Pull the trigger

Утром ломило не только тело, но и голова трещала по швам. Фрэнк, открыв глаза, увидел на столике стоящий стакан воды, который моментально осушил. На этот раз вкус воды был вполне обычным. Он плюхнулся обратно в кровать, закрывая лицо руками, после чего зарылся ими в волосы, болезненно простонав. За что ему всё это? В голове постепенно начали мелькать события прошедшей ночи. — Сильно башка гудит? — прозвучал голос у двери, выбивший парня из своих мыслей, заставив его вздрогнуть и чуть ли не вскочить с кровати. — Месье Уэй, я... — от резкой смены положения Айеро вновь схватился за голову, болезненно мыча и жмуря глаза. — Я вижу — усмехнулся Джерард, оборвав парня, подходя к шкафу, чтобы взять, как оказалось сменную одежду, ибо вся та, что была на нём была испачкана непонятно в чём. — Почему вчера- — Потому что — снова оборвал его Уэй, зыркнув исподлобья, отчего Фрэнку стало не по себе. Но Джерарду не дал договорить упавший на пол из шкафа пистолет, — вот блядство, — юноша услышал лязг металла, скуксившись ещё сильнее, пока старший убирал оружие на своё место — так получилось... — закончил свою фразу Уэй, на что Фрэнк молча кивнул, поджав губы, будучи уверенным, что за большее количество вопросов ему прилетит. Джерард переодевался, пока юноша молча пялился на него: крепкое слаженное тело, не слишком широкий, но и не узкий торс. Взгляд опустился чуть ниже, на бёдра, на которые Айеро никогда не обращал внимания, или не успевал обратить? Он сразу отвернулся, как будто увидел что-то слишком личное и интимное на них. Переодевшись, Джерард закатал рукава рубашки по локти, придавая себе немного небрежный вид. Не забыв свои сигареты со стола, он подошёл к двери, тихо добавив — Пей побольше воды, чтобы вывести все... — он прокашлялся — токсины, — дверь закрылась, а Фрэнк вновь погрузился в свои мысли. «Неужели он так глушит свою боль?»

***

Спустя несколько дней походов в медпункт ноге и руке Фрэнка стало немного лучше, с последней даже сняли швы, но пользоваться ей полноценно он так пока и не мог. Погода ухудшалась, навеивая не самые радужные мысли в молодую голову, которая, казалось, была перегружена до предела последними событиями. Юноша решил немного прогуляться по окрестностям лагеря, пока окончательно не стемнело. Да, из-за костыля, без которого он пока что не мог передвигаться, он делал это медленно, но всё так же бесшумно. Мозг всё ещё был немного в тумане, нет, не в том, который накрыл лагерь, предвещая холодную ночь, туман, казалось, был в голове самого парня. Он слишком много думал, ему было больно от своих же мыслей, роящихся в его голове, как дикие пчёлы. Устал. Фрэнк устал и хотел закончить все свои мучения быстро и безболезненно, но как? Казалось, что мир сузился не то, что до лагеря, а до корпуса генерала-тирана, который отказывался признавать свою тиранию. Вдруг его как током прошибло. В голове всплыл пистолет. Тот самый, который упал несколько дней назад, когда Айеро проснулся после странной ночи, с чувством, что катался на американских горках до рассвета. В его голове созрел план, но план ли мести это? Из тумана собственных мыслей его вытянул чей-то диалог, доносящийся из-за угла. Диалог на, мать его, чистом французском. — Всё настолько плохо, Джер? Ты опять наносишь себе увечия? — это был голос Майки.