Заоблачный предел

      - Как скоро ты отплываешь в Снежную? – спросил спокойный глубокий голос симпатичного мужчины, элегантно держащего в руках чашку ароматного чая.       - Через пару дней.       - Значит, на праздник фонарей ты не останешься?       - Извини, - широко улыбнулся Чайльд. – Но я обещаю, что вернусь через пару месяцев. Ты же сохранишь для меня один фонарик, сенсей?       - Конечно, - уголки губ Чжун Ли слегка дрогнули в улыбке. – Столько, сколько пожелаешь.

***

      Несмотря на то, что Ли Юэ был известен своим тёплым и солнечным климатом круглый год, Чжун Ли впервые почувствовал холод, выйдя на улицу. Солнечное, свежее и тихое утро странным образом заставляло его вздрагивать от пробегающих по телу мурашек, вызванных неприятным кусающим ветром. Рабочий день обещал быть не сильно загруженным, но для Чжун Ли было бы лучше, если бы ему пришлось работать до глубокой ночи. Только так он смог бы отвлечься от собственных мыслей.       Поправляя на ходу свой галстук, Чжун Ли медленно направлялся к каменным ступенькам, бросая взгляд на доску с табличками, стоящую возле входа в похоронное бюро. Прищурившись, он заметил на земле странную жёлтую материю, изорванную в клочья. Подойдя к ней ближе, он понял – это был старый небесный фонарик. Странным образом его принесло почти что к порогу бюро, знатно потрепав по дороге.       "Пару месяцев…" - сказал про себя Чжун Ли.       Это был третий праздник фонарей, который он провёл в одиночестве.

***

      Дорога до облачного предела – обители Адептов, занимала без малого двое суток, если идти не спеша. Ноги вели Властелина камня уже по привычке, ведь ему доводилось бывать в этих краях столько раз, сколько ни одному смертному и не снилось. Для Чжун Ли этот поход был спонтанным. Он никогда не задумывался о том, чтобы вернуться сюда, будучи простым человеком – боялся ворошить воспоминания. Но вот, очередной подъём был преодолён, уже виднелись пышные сосны. Как же они прекрасны в лучах закатного солнца.       «Вы вступаете в подёрнутое дымкой царство Заоблачного предела. Мирские дела остались к востоку от вас».       Маленький деревянный мостик тихо скрипел под ногами. В лицо дул свежий ветерок, играющий с волосами и краями коричневого ханьфу, богато украшенного золотыми узорами в духе гео стихии. Неподалёку слышались голоса людей, избравших жизнь отшельников, вдали от мирской суеты. Возможно, у них найдётся немного воды, чтобы смочить горло.       Чжун Ли неторопливо шёл дальше, созерцая прекрасные виды, которыми невозможно насытиться даже за столь долгую жизнь. Снова деревянные мостики, беседки. Рядом шумел водопад с кристально чистой водой.       «Я погружаюсь в сон в царстве скользящих облаков и бурлящей воды, под парящим балдахином, украшенным осенней луной и созвездиями».       По дороге удаётся сорвать несколько цветов цинсинь и парочку колокольчиков, что росли не слишком высоко. Свежий приятный запах букета уносит все тревоги прочь, хочется вдыхать его снова и снова. Сердцу на миг становится легче, однако потом рана ноет сильнее прежнего, словно осколок из груди вытащили лишь на пару мгновений, чтобы засунуть поглубже.       С губ непроизвольно срывается только одно:       - Чайльд.       Затем последовал тяжкий вздох, полный грусти и сожалений. Чжун Ли уже знал настоящее имя, но в голову почему-то пришёл именно титул.       Владыка камня наконец-то дошёл до арки – условных врат, что сторожат каменные пузатые жабы, в своём роде символ богатства, которое так часто ассоциируется у всех с Ли Юэ. По краям тропы начали появляться золотистые цветы, а у подножия скал всё чаще заметен Кор ляпис – каменное сердце. Каскад ступенек тянется вверх, но подъём не кажется тяжёлым. Чжун Ли знает, что это испытание будет вознаграждено прекрасным видом. Это отвлекает его от собственной усталости.       Да, это путешествие определённо было ему нужно. Хорошо, что мадам Пин подала эту идею. Она оказалась очень проницательна, заметив потухший свет янтарных глаз, дав дельный совет. Возможно, это умиротворение предела передастся Чжун Ли, избавит от необдуманной и болезненной привязанности. Возможно, он сможет отбросить свою печаль, что пожирает его изнутри который год, и обретёт покой.       Первые два месяца он жил, как обычно, будто забыв о том разговоре в Глазурном павильоне. Но потом прошёл ещё один, и ещё. Все корабли из Снежной приходили без новостей, без писем. Так, в ожидании, прошёл год, потом второй, потом третий... Время ещё никогда не растягивалось для Гео Архонта так сильно. Оно могло бы быть мигом, в сравнении с вечностью, что Чжун Ли проживал, но в этот раз было иначе. В этот раз было нестерпимо долго.       Каждый вечер, после работы, Чжун Ли приходил на пристань как по зову, смотря на розовый закат, пока солнце не сядет за горизонт. Он провожал светило каждый день, словно улетающий небесный фонарик, загадывая одно и то же желание, как будто солнце могло его исполнить или передать слова кому-то другому. Может, хоть оно сможет, раз письма не в силах? Ещё ни на одно своё письмо в Снежную он не получил ответа. Доходят ли они туда вообще?       Поднявшись до очередных врат, Чжун Ли развернулся, окидывая взором пройденный путь. Вдали виднелись горы, скрытые облаками. Он почти пришёл. Поправив спадающий с плеч халат, Чжун Ли двинулся дальше. Сейчас он был одет не в привычную повседневную одежду, а в традиционную. Показалось, что так будет правильно, ведь он идёт в обитель адептов, а не куда-то ещё. К тому же, эта одежда была чуть теплее. В последнее время Гео Архонту было непривычно холодно, по непонятным ему причинам.       Ещё пара шагов и вот он, небольшой спуск к каменному кругу, беседка и невообразимо прекрасный вид на гладь облаков, словно это было белое пушистое море. Закатное солнце заливает золотом кроны деревьев. Высокие сосны покачиваются на ветру. Птицы напевают свои мелодии, а кузнечики стрекочут в траве. Тяжёлый подъём остался позади, можно отдохнуть.       «После дождя всегда будет солнце. Туча или облако… Всё одно в Заоблачном пределе».       Возле беседки показалась парочка гео слаймов. Сражаться с ними не было никакого желания, но те и сами, заметив чужака, бросились прочь. В этом месте лучше воздержаться от суеты и бессмысленных драк.       Подойдя ближе к обрыву, Чжун Ли прислонился рукой к шершавому стволу дерева и замер, наблюдая за плывущими облаками, за водопадом у янтарной горы Хулао. Ему стало легко и спокойно, но вместе с тем тяжело и грустно. Хотелось пустить слезу, дать волю чувствам, но они застыли где-то в глубине души, словно густая смола. Возможно, Чжун Ли вообще забыл, что значит быть человеком и что-то чувствовать. Он слишком долго держал всё в себе.       Тяжело вздохнув, Властелин камня прислонился спиной к сосне, закрывая глаза, позволяя последним лучам солнца коснуться его лица.       - Сенсей?       Внезапный голос со стороны заставил пышные ресницы вздрогнуть. Чжун Ли нахмурился.       "Показалось?"       - Ох, я думал я никогда тебя не догоню, - сдавленно засмеялся голос со спины, прозвучавший чуть громче.       Чжун Ли повернулся, желая убедиться в своих догадках. Янтарные глаза широко распахнулись, загораясь тусклым светом. Затаив дыхание, Архонт неосознанно схватился рукой за сердце, будто уколотое толстой иглой.       - Чайльд?       - Фух, ну и тяжело же сюда подниматься. Даже для такого воина, как я, это не так-то просто. Зато это отличная тренировка, правда? - пытался отдышаться Тарталья, опираясь на колени.       Тело Властелина камня стало под стать его стихии – каменным. Увидеть знакомое лицо перед собой он никак не ожидал. Когда Чайльд успел прибыть в Ли Юэ? Как он вообще смог найти его? Единственным, кто знал о походе была Ху Тао, перед которой Чжун Ли не мог не отчитаться.       - Прости, ты, наверно, заждался меня, сенсей? – выпрямился Тарталья. Он сделал пару шагов вперёд, и словно одним только взглядом сумел сломать окаменевшую перед ним статую. – Я вернулся.       Чжун Ли без сомнений шагнул навстречу, даже не думая о своих действиях, будто стал безвольной куклой, ведомой невидимым импульсом, толкающим вперёд. Он просто прижался к старому другу, как минимум другу, позволяя себе утонуть в его объятьях, точно в морской пучине. Чжун Ли наконец-то стало тепло. Спустя столько дней, месяцев, он наконец-то почувствовал чёртово тепло, которого ему так не хватало. Тарталья всем телом прижал Архонта к себе, зарываясь носом в его волосы, опускаясь на шею, чувствуя слабый запах цветов, запах Ли Юэ, запах самого Чжун Ли. Руки Чайльда сжались до боли сильно, словно он хотел сломать рёбра врагу.       - Прости меня, я не мог прибыть раньше, - тихо сказал Тарталья, будто боялся, что его могут услышать. – Мне выпало очень трудоёмкое задание. Я очень хотел написать тебе, правда. Прости, что не смог. Мне нельзя было связываться с кем-либо, это могло бы всем навредить. Мне очень жаль, - дрожащим голосом тараторил Чайльд, словно он взволнованный мальчишка, который оправдывается перед родителями.       - Всё в порядке. Я рад, что сейчас ты здесь, Аякс, - отстраняясь ответил Чжун Ли, смотря своими горящими золотом глазами. От возможности произнести любимое имя вслух стало неожиданно приятно.       - Знаешь, тебе очень идёт этот наряд. Никогда не видел тебя в нём.       - Раньше я часто носил подобные одежды. – Чжун Ли поднял локоть вверх, демонстрируя широкий, расшитый золотыми нитями рукав. Говорить на отвлечённую тему с тем, кого так долго не видел казалось необычно, волнующе, но при этом так естественно.       - Правда? Похоже мне очень повезло. Знаешь, это натолкнуло меня на мысль... я ведь примерно так тебя и представлял на празднике фонарей. Ты бы наверняка провёл его по всем законам проведения праздников, вырядился бы в традиционные одежды, исполнил бы забытый всеми ритуал.       Чжун Ли тяжко вздохнул, обиженно прикрывая глаза.       - Да ладно, я же шучу, - звонко засмеялся Тарталья, приобнимая Архонта за талию. Он приложил свою ладонь к чужой щеке, поглаживая её большим пальцем, смотря томным взглядом на тонкую линию губ. – Может ты мне именно поэтому до сих пор нравишься?       От долгожданной и желанной близости, от ощущения чужого языка, смело прорывающегося вперёд, поглаживающего дёсны, у Чжун Ли перехватило дыхание. На миг он даже растерялся, будто целуется первый раз в жизни. Руки непроизвольно вцепились в серый пиджак.       - Как же я скучал по тебе, сенсей, ты не представляешь, - прервался Тарталья и снова, с ещё большим напором, прильнул к влажным губам, покусывая их, переходя на шею и уши. Со стороны могло бы показаться, что Чайльд просто большая собака, вылизывающая лицо своему хозяину, при этом активно размахивающая хвостом. Будто он сорвавшийся с цепи зверь, которого беспокоят только его инстинкты.       - Я хочу тебя, Моракс, - сорвалось с уст Тартальи.       Он звучит уже не так мило и ласково, как пару минут назад. Он даже не спрашивает разрешения, просто констатирует факт – «ты будешь моим». Тарталья всегда берёт то, что хочет, ему не нужно чужое одобрение. Чжун Ли и не собирался его останавливать. Их желания вполне сопоставимы. Его не удивляет этот хищный взгляд голубых глаз, направленный на него, это грубое обращение к его старому имени, которое Чайльд обычно произносит с издёвкой, как бы намекая на прошлый обман. Сейчас это не важно. Сейчас Архонт хочет простого человеческого тепла и любви, которые ему может дать только Предвестник.       - Сколько же на тебе одежды, - тихо прорычал Тарталья. Он еле сдержался, чтобы не разодрать дорогую ткань в клочья, остатками разума понимая, что так поступать неправильно.       Чжун Ли сел на траву, утягивая Тарталью за собой, не прерывая поцелуя. Ловкие тонкие пальцы ослабили шёлковый пояс, и вся одежда тут же стала податливой, она больше не натянута. Первым ушёл халат, за ним спустился и нижний слой костюма. По обнажённым плечам тут же пробежал холодок, а лунный свет красиво струился по светлой коже. Чайльд не оставлял без внимания ни единого сантиметра, смакуя момент, растягивая его. Властелина камня не даром зовут богом боевых искусств, его подтянутое тело действительно принадлежит воину. Грубые руки Предвестника изучали рельеф, задерживаясь на груди. Внизу стало тесно.       Отрываться от столь отзывчивых губ не хотелось, но Тарталья пересилил себя, потому что знал, что всегда сможет к ним вернуться. Он спустился ниже, вынуждая Чжун Ли полностью лечь на землю, на разложенную тёмную ткань. Трава слабо щекотала покрасневшую от засосов шею и ноги, с которых Тарталья заботливо снял обувь. По телу пробежала дрожь, когда горячий рот предвестника заглотил возбуждённую плоть. Перед глазами замелькали звёзды. Реальные, с неба, или воображаемые – не важно, главное, что Чжун Ли хорошо. Ему наконец-то стало легко на душе. Он зарылся пальцами в рыжие волосы, спутанные, но такие мягкие. Чувствуя приближение пика, он сильно сжал их, заставляя Чайльда остановиться.       - Ты так и волоска на моей голове не оставишь, - отшутился Тарталья, больно кусая бедро.       Его рука потянулась к внутреннему карману пиджака, доставая оттуда пузырёк с вязким полупрозрачным содержимым. Похоже, какому-то слайму сегодня не повезло перейти дорогу Предвестнику.       Сняв с себя пиджак и получше закатав рукава алой рубашки, Тарталья вылил часть пузырька на руку, принимаясь за дело. Он добрался до нужного места, заставляя Чжун Ли вздрогнуть от резкой прохлады. Пальцы методично гладили кольцо мышц, постепенно проникая в разгорячённое нутро, двигаясь в нём. Один, два… До ушей донёсся сдавленный стон. Свободной рукой Чайльд закинул одну ногу Архонта себе на плечо, поглаживая её вдоль. Кожа непривычно гладкая, словно отполированный до идеала Кор ляпис. Терпеть стало невыносимо.       Прерывая свои приготовления, Тарталья подсел ближе, шире раздвигая чужие ноги. Он вошёл без предупреждения, резко, грозно нависая над сжавшимся Чжун Ли, старающимся быть тише и скрыть лицо за краем халата. Сил сдерживаться больше не осталось, Тарталья тут же начал двигаться, задавая свой темп, постепенно разгоняясь. В чужом теле ему было невероятно хорошо, так тепло и приятно, что голова шла кругом.       Чжун Ли всё ещё сдерживал голос, хотя едва ли кто-то мог его услышать, кроме Чайльда. Грубые пальцы Предвестника переплетались с потемневшими пальцами Архонта, по которым струился золотистый свет. Истинный облик Властелина камня, доступный взору одного единственного человека.       - Я хочу слышать тебя, - ласково прошептал Тарталья.       Если бы кто-то считал количество перемен в характере Чайльда за последние минуты, то сбился бы со счёта.       - Ах… - единственное, что услышал Тарталья в ответ. Его щёки загорелись пуще прежнего, по телу с новой силой разлилось возбуждение. Ещё никогда Чайльд не желал чего-то в своей жизни так сильно. Он прильнул к губам возлюбленного, активно, целиком заполняя его собой, желая сделать только своим, чтобы никто в целом мире не смог больше претендовать на его личного Архонта. Несмотря на прохладную ночь, обоим было безумно жарко. Извиваясь всем телом, Чжун Ли громко стонал в поцелуй, хмурился, запрокидывая голову от накрывающего волной блаженства и тепла. Затылок ударился о твёрдую землю, но так даже лучше. Это немного привело его в чувства.       Переводя дух, Тарталья заметил скопившиеся в уголках янтарных глаз слёзы. Он заботливо смахнул их, поглаживая Чжун Ли по розовым щекам. Архонт больше не сжимал его так сильно, но они всё ещё единое целое. Жар постепенно начинал сходить, по влажной от пота спине пробежала дрожь, но Чайльд её проигнорировал.       - Тебе не больно? – обеспокоенно поинтересовался Предвестник, желая узнать причину мокрых глаз.       Чжун Ли ответил не сразу.       - Всё хорошо.       - Никогда ещё не видел, чтобы ты плакал.       - Это слёзы радости, поверь мне, - скромно улыбнулся Чжун Ли. Прохлада снова напомнила о себе.       Улавливая лёгкую дрожь любимого, Тарталья небрежно накрыл его своим пиджаком, всё ещё с интересом разглядывая сходящую на нет черноту рук и золотые узоры. В конце концов, единственным, что сияло так же ярко, как звёзды, остались только глаза Архонта, направленные в небо. На умиротворённом лице застыла лёгкая улыбка. Чжун Ли наконец-то не чувствовал себя одиноким, смотря на прекрасную звёздную россыпь.       - Здесь очень красиво, - нарушил тишину Чайльд, проводя руками по чужим ногам. Он всё ещё поражался их гладкости и идеальности. – Похоже, в жизни адепта есть свои преимущества.       - Возможно, - хрипло ответил Чжун Ли, пытаясь привстать.       Обнимая Архонта за талию, Тарталья притянул его к себе и крепко обнял. От неожиданно глубокого проникновения Чжун Ли нахмурился и напрягся, сильно сжимая Чайльда внутри себя и, практически, душа его в объятьях.       - Хах, тебе лучше расслабиться, сенсей.       Руки предвестника блуждали по телу, согревая его непривычно ласковыми движениями. Шершавый язык прошёлся по ключицам, слизывая соль. Член снова болезненно запульсировал, желая продолжения. Чжун Ли это почувствовал. Он начал медленно, почти осторожно, двигаться, заставляя дрожащие ноги слушаться. Ему было непривычно испытывать тяжесть не от долгой изнуряющей битвы, а от близости с кем-то.       Чужая рука на бедре одним своим присутствием заставляла опускаться ниже, как будто силой придавливала к земле. Ещё пара движений и Чжун Ли удалось найти нужный угол. Из груди вырвался стон, сознание снова проваливалось в сладострастный омут.       - Аякс, - выдавил из себя Чжун Ли. – Мн…       - Что? Чего ты хочешь?       Чжун Ли наклонился ниже, боясь озвучить своё желание вслух, будто его тут же попытаются пристыдить ближайшие к ним камни и кусты. Ему пришлось остановиться, чтобы звучать менее обрывисто.       - Твою метку.       - Метку? – задрал бровь Предвестник, пытаясь понять просьбу.       - Хочу, чтобы ты оставил её на мне.       - Хочешь, чтобы я оставил на тебе свою метку? Правда? – засмеялся Тарталья. – Ты удивляешь меня сегодня всё больше, сенсей. Я оставлю её, но тебе придётся постараться.       Игривый тон Предвестника придал больше самоуверенности, чем реальных сил. Продолжить начатое оказалось куда труднее, Чжун Ли почти не чувствовал ног, коря себя за такую жалкую выносливость. Пройдя долгий путь до Облачного предела, едва ли он рассчитывал тратить силы на что-то ещё. Чайльд это заметил, перехватывая инициативу в свои руки. Движения снова стали грубыми, властными, пронзающими. Сбавив темп ближе к концу, Тарталья со всей страстью вошёл в тело Архонта, доходя до кульминации вместе с ним.       Глаз Бога на поясе в миг вспыхнул, загораясь ярче чем обычно. Внизу живота распустился голубой цветок гидро стихии. Чжун Ли почувствовал себя заполненным и измотанным, но сейчас ему от этого как никогда хорошо. Его наконец-то обнимает и греет тот, кого он так долго ждал.       …       Накинув на плечи пиджак и прислонившись спиной к дереву, Тарталья сидел и устало смотрел на водопад, перебирая пальцами волосы Чжун Ли, изредка находя в них сухие сосновые иголки. В голове всплыл благородный образ, который Чайльд увидел ещё у подножия горы. Не было никакой уверенности, что это был именно Чжун Ли, но сердце подсказывало следовать прямо за ним. Оно не подвело, теперь Властелин камня мирно спал рядом, укрытый своими же пышными одеждами.       Хорошо, что они встретились именно здесь, под яркой луной, в глуши, где единственными свидетелями их воссоединения были звёзды. В шумном городе всё было бы иначе. Возможно, они бы даже не решились на что-то большее, пока их вынужденно не разлучат новые, внезапно возникшие дела, заставляя мучительно ждать следующего дня.       «Входящий сюда путешественник слаб и ущербен. Покидающий эти земли путешественник мудр и знает истинный путь».

***

      Лучи рассвета коварно проскальзывали между гор, пробуждая Властелина камня ото сна. Первое время он не понимал, где он, затем вспомнил, куда шёл и зачем, потом вспомнил и ночь. Тело предательски заныло от ночёвки на жёсткой поверхности, но Чжун Ли не спешил подниматься, переворачиваясь на спину. Он долго смотрел на качающиеся ветви сосен, на проплывающие облака. Раскидывая руки в стороны, Чжун Ли почувствовал влажную от росы траву, водя по ней тыльной стороной ладони. Рядом умудрилась сесть яркая бабочка.       "Так тихо…"       Приподнявшись, Властелин камня сел и поправил спадающий с плеч халат. Осмотревшись вокруг, он грустно вздохнул:       "Неужели, мне это приснилось?"       Ни следов, ни даже намёков на чьё-либо ещё присутствие не было.       Чжун Ли закрыл лицо рукой, стараясь хотя бы пару минут не развивать мысли о том, что случилось. О том, как великий Гео Архонт опустился до влажных снов в святой обители, призванной очищать разум, а не забивать его низменными желаниями плоти. Что бы сказал Владыка Лун, если бы увидел его здесь в таком распущенном виде?       Никаких напоминаний о чужих губах, никаких укусов, а боль в копчике исключительно следствие сна на земле. Да, будь это правдой, по обнажённым ногам бы уже давно струилось семя, заставляющее чувствовать себя неприятно грязным. А ведь он ещё попросил оставить на нём метку… Лучше об этом не думать.       И почему он вообще решил, что Чайльд вернётся к нему, что найдёт его здесь? Похоже Синьора забрала с собой не только сердце Бога, но и его благоразумность, выдержку, собранность и хладнокровие. Столько лет прошло, пора бы перестать питать надежды на счастливую взаимную любовь до гроба. Это единственный выход остаться вменяемым. Перестать привязываться, чтобы потом не оплакивать.       «На самом юге меж скал притаилась извилистая горная тропа. Если хотите найти ответы в облаках, вы должны вознестись над мирской суетой».       Да, он определённо вознёсся, найдя для себя ответ, один единственный ответ:       "Ты безнадёжен, Моракс".       Ветер, будто поддерживая это умозаключение, сильнее качнул верхушки.       - Ох, ты уже проснулся, - послышался голос со спины. - Извини, что оставил тебя одного, я подумал, что нового талисмана, отгоняющего духов, будет достаточно. Это новая разработка Фатуи, между прочим, но это секрет, - игриво улыбнулся Предвестник, показывая жест молчания.       Чжун Ли озадаченно посмотрел на него, испытывая сразу букет доселе незнакомых ему эмоций. В янтарных глазах смешались боль, обида, ярость, непонимание, страх, разбавленные каким-то скомканным счастьем и радостью. Даже развитая мимика не способна выразить весь этот коктейль за один раз. С одной стороны, Чжун Ли сомневался, что увиденное реально, с другой он отчаянно пытался понять, как его так развели, что он не чувствует уверенности в том, что было между ним и Чайльдом ночью.       - Пока она уверенно отпугивает только слаймов, - засмеялся Тарталья, усаживаясь рядом с Архонтом и вытряхивая из пиджака пару закатников и ягоды. - Надеюсь, этого хватит, пока мы не доберёмся до ближайшего городка. Тогда я смогу угостить тебя чем-нибудь более съедобным. Всё в порядке?       Удивлённые голубые глаза вопрошающе посмотрели на растерянного Чжун Ли, стараясь понять причину столь сложного выражения лица. Предвестник молча ждал ответа, попутно сводя края одежд Архонта вместе, будто это должно было его как-то уберечь от продувающего ветра.       - Я… - слова застряли у Чжун Ли в горле. На миг он захотел рассмеяться, поражаясь собственной простоте, будто он только что родился. Вместо этого его брови гневно нахмурились, глаза заблестели от влаги, а по щеке скатилась слеза.       "Как только этот наглец сумел так провести меня? Я будто вернулся на тысячи лет назад, став несмышлёным юнцом".       - Эй, всё нормально? Ты пугаешь меня, - уже серьёзнее произнёс Тарталья. – Вчера я нормально воспринял твои слёзы, но сейчас это уже перебор.       - Значит, ты правда вернулся? – собрался с духом Чжун Ли.       - Ну конечно. Я что, по-твоему, местный дух? Я правда вернулся, приплыл из Снежной ещё вчера, весь город, между прочим, оббегал в поисках тебя, пока не уговорил Ху Тао рассказать, куда ты делся. Теперь я, кстати, должен ей подробно изложить на бумаге двадцать идей для улучшения похоронного бизнеса, в качестве платы. Потом бежал за тобой, как за очередным должником. Ах да, ты всё ещё должен мне небесный фонарик, не забыл?       - Как я могу забыть о нашем контракте, не выполнив его? – улыбнулся Архонт. – Прости меня, Аякс. Я решил, что ты мне приснился. От тебя слишком долго не было вестей… Ещё, твои метки исчезли, и я подумал…       - Мои метки исчезли потому, что я их убрал и вымыл тебя, ясно? – обиженно перебил Тарталья. – Я же не изверг какой-то, нам ещё весь день обратно до Ли Юэ топать. Настоящий воин должен уметь подлатать себя, так что вода - это не только оружие, господин консультант похоронного бюро, - фыркнул Чайльд, зажимая Архонту нос, словно перед ним был младший брат. – Как вы мне прикажете выплачивать мой долг вашему начальству? У меня до сих пор перед глазами это пугающее суровое лицо маленькой девочки.       - Это твои долги, Аякс, я не имею к ним отношения, - смеясь отмахнулся Чжун Ли.       - Вот как? Значит я твои долги на себя беру, а ты мне с моими помочь разобраться не хочешь? Все Архонты такие или только мне такой зануда достался? – в шутку надулся Чайльд, сталкиваясь лбом с Чжун Ли. – Я требую справедливости. Кто возместит мне мой моральный ущерб?       - Какой же ты шумный, - улыбнулся Чжун Ли, заключая лицо Тартальи в ладони. Он так скучал по этой игривой живости, по этой энергии, бурлящей внутри настойчивого Предвестника, которой тот щедро делится с близкими ему людьми. Эта опасная искра зажгла в сердце Архонта жизнь, пробилась сквозь камень, и после этого уже невозможно повернуть назад. – Я придумаю тебе двадцать идей по пути домой. Пока ты рядом, я дам тебе всё, что пожелаешь, Аякс.       Последние слова прозвучали глуше остальных, плавно переходя в поцелуй.       «Направляйтесь к непослушному потоку, наслаждайтесь видом кружащихся облаков. Заберитесь на самую вершину и узрите Заоблачный предел».