Обрети смысл

Ведь если говорить по правде, то больше всего в жизни я хочу кого-нибудь любить.    

«А теперь я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнётся снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого — мужчин, женщин и детей, — кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час». Голос  обезумевшего выпускника Слизерина ударом молота отдавался в головах. Наступила зловещая тишина не предвещающая ничего положительного. Воздух, пропитанный пылью и кровью металлом, оседал в легких. В то самое время Гермиона вернулась в Воющую Хижину. Зрелище, открывшееся ей предназначалось не для девочки-студентки, запах смерти, казалось, окутал все вокруг. Декан Слизерина, лежал в небольшой луже крови в почти невообразимой для человека позе. Рваная рана на шее была не столь устрашающей, однако Гермиона помнила, каким чудовищем она была оставлена. Девушка упала на колени перед умирающим мужчиной, припала губами к шее, пытаясь высосать яд. Периодически выплевывая сгустки крови, она пыталась найти хоть малейший признак жизни. Вспомнив про дорожную флягу с водой, она разорвала свою рубашку и принялась промывать рану. После порывшись в сумке, она влила в него какое-то зелье и им же снова обработала раны, оторвав от рубашки кусок ткани побольше, осторожно перебинтовала горло мужчины. В конце достала Беозаровый камень и с силой запихнула его в рот профессора. Применить магию она не могла, во-первых, сюда сразу же бы слетелась часть Пожирателей, а во-вторых, состояние Снейпа было настолько нестабильным, что выброс чужой магии мог точно убить его. Собравшись с силами и сорвав с окна плотную штору, она перекатила тело мужчины на нее, выдохнула и начала потихоньку тащить его к выходу…  Тут же Снейпа буквально выбросило из воспоминаний Минервы, женщина пристально смотрела на директора, казалось он перестал на время дышать. — Что… Что было дальше, Минерва? — Стараясь не выдавать дрожание, спросил мужчина. — К тому времени, пока Гермиона закончила с тобой в Хижине, Невилл расправился с Нагайной, а Гарри с Томом. Для всех ты был мертв. Гермиона видела этот всеобщий хаос, и попросила меня помочь переправить тебя в Мунго. После она каждый день приходила навещать тебя. Оставляла тебе кофе и зелье сна без сновидений. Иногда читала тебе свежие новости. А когда ты впервые дрогнул веками, она прибежала и добилась еще раз твоего полного осмотра, удостоверившись, что твоей жизни ничего не угрожает, больше ни разу не появилась в палате. Она вернулась на седьмой курс вместе с Гарри. После экзаменов, впервые я увидела ее на слушании твоего дела, после приговора, она обняла меня и не сказав ни слова ушла.  А из газет я потом узнала, что Гермиона расторгла помолвку с Уизли, — декан Гриффиндора выглядела устало. — Она приходила в палату, после того как я очнулся… Свежий кофе и зелье всегда стояли на тумбочке. Только я ни разу ее не видел — признался Снейп. Минерва лишь развела руками. — Северус, мальчик мой, я не знаю, что произошло там —  в Хижине, но прежней Гермионы мы больше не встретим. Война изменила всех нас. Доброй ночи, Северус. С этими словами, Минерва вышла из комнаты директора, она как никто другой знала, что ему теперь нужно все это еще раз прожить и как следует подумать. Конечно же работать или читать в этот вечер директор Хогвартса уже не мог. Он не помнил, что могло произойти в палате, после его пробуждения. Грейнджер лично он там не видел, значит наговорить каких-либо гадостей не успел. Да и какой там говорить, голос вернулся к нему спустя пол года. Значит он не мог быть причиной ее исчезновения, или все-таки мог? Снейп тряхнул головой, — ничерта не понимаю! Осталась последняя ниточка — Драко, но он как назло уехал во Францию, где осталось единственное не конфискованное имущество Малфоев. *** Осенний Лондон был укутан промозглым туманом, вечно спешащие прохожие зябко прятались под зонтами и еще выше поднимали воротники. Интересно, можно ли было отличить профессора от обычного жителя столицы? — Думала Гермиона, сжимая в руках бумажный стакан с глинтвейном. Умиротворяющая атмосфера Королевского парка с его осенним буйством красок вгоняла в меланхолию. «Не стоит упускать возможность насладиться хорошей погодой». Фраза прозвучала в голове голосом бывшего профессора Зельеварения. «Действительно, прекрасная погода, от которой у меня промокли ноги и хлюпает нос». И снова этот голос из прошлого:  «мисс Грейнджер. Вы не можете сдерживать себя? Или Вы гордитесь тем, что Вы невыносимая всезнайка?» Ох Драко…и надо же было напомнить о Снейпе! Вернется — придушу голыми руками! Именно с этими мыслями Гермиона вошла в магазинчик с вполне объяснимым названием «Lignum scientiam*». Сразу после войны «Золотому трио» выплатили вполне приличную компенсацию и присвоили ежемесячную выплату как Ветеранам Второй Магической Войны. Вернувшись домой Гермиона первым делом, решила ехать к родителям в Австралию, чтобы вернуть им память, однако не учла одного момента, Obliviate невозможно отменить спустя две недели. Перечитав гору литературы и испробовав множество заклинаний, Гермиона была вынуждена вернуться в Лондон без родных. Бабушка еще при жизни завещала ей небольшое поместье близ озера Бассентуэйт**, но жить Гермиона там не хотела. Продажей поместья занялась специальная фирма, эта же фирма подыскала для нее небольшую, но весьма уютную квартиру почти в центре Лондона. Учитывая последние годы жизни в Хогвартсе, запросы бывшей старосты были не велики. Поэтому ее вполне устроило жилье с одной спальней и гостиной, относительно небольшой ванной комнаты и кухни с балконом. Тех денег, что выплатили ей за войну вполне бы хватило, жить несколько лет не работая, но Гермиона решила, часть галлеонов перевести в магловскую валюту и открыть свой книжный магазин. В чем в чем, а в книгах она разбиралась прекрасно. Научиться бы еще так же разбираться в людях, — порой с досадой думала выпускница Хогвартса. Домой она приходила иногда уже за полночь, ссылаясь на большую загруженность или попросту отпуская заменявшего ее продавца домой пораньше, редкие встречи с Драко разбавляли гнетущую ее тоску. Сколько раз она хотела отправить сову Гарри, но не могла рисковать их браком с Джинни, поскольку та до сих пор не приняла их с Роном разрыв. А так хотелось быть кому-то нужной, или просто любить не пряча в себе эти чувства.