Счастливый дурак

— Они не железяки. Они… совсем как мы. В чем-то и умнее нас. Чувствительнее. Восприимчивее. Добрее. — Ты думаешь?.. — Я знаю. Он стоял перед большим внедорожником. Мощный угловатый силуэт машины резко очерчивался красноватым закатным солнцем и черной сеткой забора. Теплый вечерний ветерок доносил откуда-то издалека голоса ребятишек, игравших на площадке во дворе. В небе проносились силуэты чаек. Солнце начинало понемногу прятаться за плоские крыши городских девятиэтажек. Ветер слабо подергивал волосы, щекотал шею. — Он тебе ничего не сделает, — негромко сказала Сан, — ты же ему ничего не делаешь. — Да, но… Послушай, а если я… Ну, понимаешь, я… Она повернула к нему голову и парень увидел вдруг, как она склонила голову набок, точно не веря, что он сомневается. — Дураки в мире людей не всегда дураки в мире машин, — усмехнулась Санвилл. — Да я и не… — Если я скажу, что ты не дурак, ты мне не поверишь. — Что?.. Но… Ох. Она была права. Слово «дурак» слишком пристало к самооценке, чтобы пытаться вышвырнуть его с бухты барахты здесь и сейчас. — Знаешь, люди не любят дураков, — заметила Санвилл, — а машины не выносят притворщиков. Так что выбирай. — Дурак, — обречённо вздохнул он. — Особенный дурак, — подмигнула ему та. — Да обычных и не бывает. Она рассмеялась и протянула ему руку: — Давай, попробуй его увидеть. И кивнула на машину. Он неуверенно дал ей руку. Боже, какие твердые пальцы… Прямо коготки хищной птицы, надо же… — Закрой глаза, — попросила Сан. Ему не надо было спрашивать зачем. Уже понял, что она отвечает на все вопросы только когда захочет. Он закрыл. Сквозь веки в глаза просвечивал догорающий закат и из-за этого он видел не темноту закрытых глаз, а красновато-коричневый цвет. Так всегда бывает, когда жмуришься на солнце. Сан потянула его вперёд, коготки пальцев сильнее сжали ладонь. Он подчинился и сделал пару шагов, отчётливо слыша как кроссовки ступают по пыльному асфальту. Ее рука потянула его ладонь выше, а потом вторая рука направила куда-то вбок. Он вздрогнул, ощутив холодную проволоку рабицы. — Просунь вот сюда, — услышал он странно посерьезевший голос Санвилл. Она убрала руки и он медленно, чуть повернув, просунул ладонь в квадратную ячейку забора. — Так, чуть дальше… Правее… Стой! Ещё пара сантиметров вперед. Он послушался. И вздрогнул, наткнувшись на гладкий прохладный металл. — Только не открывай, — предупредила Сан, увидев, как он морщится, пытаясь незаметно подсмотреть, — ничего мне не говори, говори с собой в голове. Слушай все ощущения. — А когда можно будет открывать?.. — Когда этот вопрос перестанет тебя волновать. — А… Ладно. Он тихо выдохнул. Ветер провел по щеке новым порывом, взьерошил волосы. Железная рабица холодила оголенную руку. Дыхание Сан слышалось рядом с ухом. Пальцы осторожно сжимали тот кусочек металла с небольшой бороздой, похожей на прямую складку в одежде. Он чуть сместил ладонь левее. Складка на гладкой поверхности продолжалась. Вот здесь, кажется, маленькая неровность, будто грязь налипла или ржавчина. А здесь царапина… Да, а здесь вмятинка… Рабица снова коснулась руки. Неудобно из-за забора машину гладить… Здесь складка кончается, а вот здесь… Ой, а здесь крутой обрыв вниз… Какая-то гладкая прямоугольная выпуклость… Может, поворотник?.. — Чувствуй не снаружи, — услышал он рядом Санвилл и даже вздрогнул, — чувствуй ВНУТРИ. Внутри?.. Как это?.. За колесо, что ли, залезть? Рука снова провела по складке. Пальцы легко скользят по металлу. Такое приятное движение, прямо как маленькое дуновение ветерка. Ну же, давай… Не такой он всё-таки дурак, должен догадаться… Чувствуй внутри… Внутри… …себя? Тепло. Солнце. Ветерок. Отдаленный смех детей. Кеды. Волосинка щекочет ухо. Рабица касается руки. Сан дышит в затылок. Кричат наверху чайки. Да. Он чувствует все это. И ему не обязательно открывать глаза, чтобы убедиться, что он здесь. Что она здесь. Что сейчас вечер и что они у парковки. Он знает, что касается машины. И ещё, если он дурак, то наверно сейчас самый счастливый дурак на земле. И знаете, лучше уж счастливый идиот, чем несчастный притворщик. Да. Намного лучше. — Открывай. Он вздрогнул, распахнул глаза. И почти сейчас же встретился взглядом с другими, незнакомыми глазами. Они смотрели на него сквозь ячейки решетки — такие же широко открытые от любопытства или удивления. Да. Вместо машины за забором стоял человек в темной куртке, шляпе и сапогах с блестящими значками автомарки. И рука парня лежала на его плече, нащупывая пальцем ту самую складку, только не металлическую уже, а кожаную и потертую. Автомобиль улыбнулся и кивнул. Парень хотел что-то сказать, уже воздух набрал, моргнул… Но через секунду снова появился внедорожник. — Стой-чтой, а как же?.. — начал было парень. — Не бойся, так и должно быть, — все ещё серьезно сказала Санвилл, — все хорошо, просто… Ещё не пора. Нужно время, чтобы научиться понимать и разговаривать с ними. Тебе есть что рассказать, им тоже. Но вам нужно узнать друг друга лучше, никто не поверяет свою биографию первому встречному. Он только молча кивнул. Домой шёл озадаченным и задумчивым. У него получилось… Получилось. Вопрос только, как долго это новичковое везение будет с ним? Не смоется ли золотым кольцом в раковину при первой возможности? Не кинет ли его в шаге от чего-то важного? Чёрт знает, как говорится… Что ж, теперь он хотя бы знает, что может говорить с автомобилями и они ему ответят… Интересно, есть ли официальное название у этой автошизы?