Они должны были встретиться

Поезд резко остановился, и все пассажиры вывалились на платформу однородной тягучей массой. Как все-таки поменялись поезда за все это время. Раньше я ездил в дорогих купе с господами в дорогих фраках, курящих сигары, и с дамами в платьях из лучших домов Парижа. Сейчас же все вагоны были как один: ещё не оправившееся от военного времени — сырые, мрачные, пропитанные смертью и страхом. Пассажиры сидели на деревянных скамьях, близко друг к другу. Но тем не менее я сел на поезд, который довез меня до Швейцарии. Мне пошёл шестой десяток. Что только я не успел повидать за эту жизнь: пережил революцию, Гражданскую войну, две мировые. И вот свою старость я решил встретить там, где меня ждало, как мне казалось уединение. В Москве меня ждал почёт и доля славы на парадах, но меня там ничего не держало. Да, правительство выделило квартиру, да, приглашали на всякие мероприятия, где мои сослуживцы вспоминали войны из года в год. Я же хотел забыть все то, что повидал на фронтах. Я ехал за уединением, хотя понимал, что на самом деле хочу найти армию белых, увидеть Российскую империю ещё раз. Местные развозили новоприбывших на телегах. Некоторые были поудобнее, другие не очень. Я раскошелился на такси. Старый чёрный Форд вёз меня через всю эту крошечную страну к домику моего старого знакомого — князя Юсупова. Он не переметнулся на сторону красных, а бежал сюда, как и многие мои знакомые. Домик был построен по всем канонам швейцарского шале. Маленький, аккуратный. На крошечном крыльце из чёрного дерева меня ждал мой постаревший товарищ. Нетвёрдой походкой старика он подошёл ко мне, и мы обнялись. -Виталий, как ты изменился, -пролаял он старческим голосом на ломанном русском. -Взаимно. Он пригласил меня войти, а я ещё раз оглянулся на пейзаж вокруг. Зелёные луга, холмики. Рядом с домом паслись две черно-белые коровы. -Ты держишь скот, а, Князь? Тот крякнул. -А что мне ещё осталось в этой Швейцарии? Жена умерла, дети уехали, вот и осталось мне: маленькое состояние отца, домик и коровы. А ты как все эти годы? Какова она, красная армия? -Все те же люди, только воевали за другие приказы. -Ты на генерала похож. Я действительно отпустил усы. Чем-то был похож на Сталина, за что меня дразнили сослуживцы. Но за эти годы я почти не изменился: такой же поджарый, лишь седина и морщины, остатки войны, давали знать о моем возрасте. -А скажи, Князь, из наших тут ещё кто-то остался? -Право не знаю. Я из своей избы, -как он по-русски назвал своё жилище.-Не выбираюсь. -А где искать? -В парке одном. Тут недалеко. Могу повозку свою одолжить. Хотя тут местные ездят, можешь к ним подсесть. -И что там? -Санатории всякие. Наши там в основном. Не молоды мы уже для всего этого, вот и остаётся, что просаживать остатки капиталов на дряхлое Здоровье. Я не хотел найти кого-то конкретно, я просто не мог выносить общество старого Юсупова. Он оставался для меня совершенно другим: молодым, полным энергии и сил, заводилой в полку и танцором на балах. А ещё Князь напоминал мне отголоски прошлого, которое невозможно было вернуть. Все эти балы и квартирования полков в Петербурге были чем-то очень далеким. Через несколько дней с одним милым швейцарцем я действительно оказался на территории многочисленных санаториев. И действительно видел много русских, но знакомых, хоть немного, лиц не было. Либо все постарели настолько, что узнать я их уже не мог. Я стоял, опершись на перила какого-то мостика в окружении сосен. Говорили, что горный и сосновый воздух полезны от туберкулёза, а таких санаториев здесь было много. Иногда мимо меня проходили дамы с бледными лицами, опирающиеся на своих спутников. Я поглубже вдохнул воздух, а потом повернул голову, когда чуть не упал с моста, потому что возникшее передо мной повергло меня в шок. Передо мной стояла Дарья Александровна. Собственной персоной, ничуть не постаревшая. На негнущихся ногах я подошёл к барышне и почти шепотом произнёс: -Дарья Александровна, это вы? Девушка резко обернулась на меня. -Нет, вы ошиблись. -Нет, нет, ошибки быть не могло. Княжна Деникина Дарья Александровна. Я знавал такую в молодости. Вы точная её копия. Я не врал незнакомке. На меня смотрели изумленные два голубых бездонных глаза из прошлого. -Либо я глуп и стар и сошёл с ума, либо уже умер. Девушка улыбнулась, и в её глазах заплясали искорки. -Я-Ксения Ивановна, дочь бывшей княгини Деникиной. Вы были знакомы с моей матерью? -Да… Она здесь? -Да, маменька на процедурах, но вот я её жду, значит, скоро должна выйти. Только девушка закончила разговор, как из-за моей спины донёсся голос: -Ксюша, кто это с тобой? Я обернулся. На меня смотрела пара тех самых глаз — отголоски моего прошлого. За все время они ни разу не поблекли, не потеряли своего природного сияния, но главное, что они не потеряли того выражения, с которым каждый раз смотрели в мои. Она смогла пронести эту привязанность спустя года и сейчас разбудить её вновь в моем сердце. -Даша…-выдохнул я. Она подбежала ко мне и крепко прижалась, как когда-то в молодости. Не в силах сдержать эмоции мы оба заплакали. Но то были слёзы радости. Наконец, Дарья Александровна посмотрела на меня и сказала, улыбнувшись: -Мы должны были встретится ещё раз.