Моя куноичи

Вытираю капельки пота, текущие вниз по лицу и напряжённо вглядываюсь вдаль. Сегодня на тренировке пришлось изрядно попотеть, чтобы доказать наставнику, что я выучила новую технику. Я точно не ожидала, что эта техника окажется настолько сложной, что к концу дня у меня будут сводить все мышцы в теле. Устало вздохнув, сажусь на траву и облокачиваюсь на крону дерева. Мое одиночество прерывает тихий шелест листвы где-то сверху. Резко вытаскиваю кунай из кармана, находящегося на ноге и прислушиваюсь. Нужно попытаться встать, или меня застанут врасплох. Сквозь боль, пытаюсь встать на ноги, получается не с первой попытки, но в конечном итоге я встаю в стойку, вытянув руку с кунаем вперед. Подозрительная тишина, в лесу не бывает настолько тихо. В радиусе тридцати метров не слышно не одной птицы, что явно дает понять одну вещь — я сама себя подставила, потеряв бдительность. Резко поворачиваю голову влево, вглядываясь в кромешную тьму между листвой. Позади раздается движение, я пытаюсь быстро обернуться, но боль дает о себе знать, что забирает драгоценные секунды. Неожиданно в нос бьет знакомый парфюм. –Хатаке, твою мать! –Развернувшись, восклицаю, недовольно смотря на мужчину. Убираю кунай в карман и отхожу на несколько шагов назад. Маска скрывает лицо шиноби, но глаза выражают нескрываемую издевку. –Мино Ито, я передам Цунаде, что бы она погоняла тебя еще на своих тренировках, действия слишком медленные, реакция тоже хромает, теряешь бдительность.И какая из тебя куноичи? — Пока Какаши пытается задеть меня, я изучаю его неординарную внешность, которая, признаю, всегда меня интересовала. Пепельного цвета волосы похоже единственное, что мне нравилось в нем. Вечно раздражающая маска на лице, строгий взгляд и ужасный юмор. И как у этого человека могли быть фанаты, в большинстве случаев — фанатки. Одним разговором он выводил меня из себя, а находиться рядом больше чем пять минут, приравнивалось к мучительной смерти. –Обыкновенная куноичи, никто еще не жаловался, — раздраженно цокую. Желание вставить ему кунай в одно место резко возрастает. И сразу же приходит понимание того, что огромная толпа его фанаток порежут меня этим же кунаем на кусочки, когда узнают что я сделала с их дорогим Какаши. –Мино, ты вообще не понимаешь? А если бы это вообще был не я, а какой-нибудь отступник? Ты сейчас не в лучшем состояние, чтобы хотя бы убраться куда подальше.–С усталостью разъясняет, как маленькому ребёнку, нашкодившему без присмотра родителей. И в чем-то он был прав, в принципе во всем, но признаваться в этом Какаши, обозначает автоматическое поражение. О котором мне будут припоминать при любом удачном случае. Осматриваю мужчину еще один раз, непроизвольно отмечая для себя, что встретились бы мы при других обстоятельствах в самом начале, я бы влюбилась в него, как дурочка, но никакого другого начала нет и не будет. Разворачиваюсь и собираюсь уходить в сторону деревни, затылком чувствую его взгляд, но повернуться себе не разрешаю. Тело слушается с трудом, но я упорно продолжаю идти, несмотря на боль во всем теле. Перестаралась на тренировке, с утра повезет, если встать смогу. Нужно быстрее добраться до дома или упаду прямо тут, на глазах у Какаши. Одна мысль о том, что это будет очень позорный случай, заставляет идти дальше. Не помню уже, как добиралась до дома, но лежа в кровати, даже не раздевшись, мгновенно отключаюсь. Пробуждение с утра вышло не очень. По комнате гуляет холодный ветер, заставляя ежиться и пытаться укрыться одеялом. Странно, вроде бы закрывала окно перед уходом на тренировку, а после даже сил не было, чтобы открыть. Потянувшись, медленно сползаю с кровати, ноги предательски дрожат, тело не желает слушаться. Дохожу до окна и закрываю его, на душе становится сразу спокойно. Даже и не заметила, что открытое окно вызвало у меня беспокойство. –Срочно нужен холодный душ, чтобы придти в себя, — аккуратно снимаю и скидываю одежду в корзину для грязных вещей. Срываю полотенце с двери шкафа, и щеголяю в чем мать родила до ванной комнаты. Холодные капли позволяют придти в себя и начать трезво мыслить, даю себе короткий передых и отхожу от холодных струй воды. Тело все еще не слушается, но чувствую себя лучше. Сегодня у меня выходной день, а значит, что пора сходить за продуктами. Последние дни совсем не ем, не до этого. Укоризненно осматриваю себя в зеркало, будто бы это чем-то поможет. Худое подтянутое тело, выпирающие ключицы, короткие по плечи волосы и ярко-зеленые глаза. Не все так критично, как казалось. Только взгляд пустой, в котором ничего нельзя разглядеть. А когда-то в этом взгляде можно было увидеть всё. Торопливыми шагами прохожу в свою комнату. Быстро одевшись и расчесав влажные волосы, беру деньги и ухожу из дома. Тело почти отошло от вчерашней тренировки, чувствую себя намного лучше. Уверенно направляюсь на рынок самым коротким путем, чтобы не встретиться с кем-нибудь с утра пораньше. Пока иду, невольно вспоминаю прошлое. Прошлое рядом с тем человек, который сейчас является самым опасным убийцей. Его черные волосы, темные глаза, грубый голос — это всегда заставляло меня испытывать такой огромный спектр эмоций. Мы были одним целом, пока в один момент он не решил бросить меня. –Как ты там, Итачи? –Проговариваю шепотом, чтобы изредка проходящие люди мимо не услышали мои слова. Мысли о нем заставляют грустить. Уже два года прошло с нашей последней встречи, чувства поутихли, но надежда и любовь таилась где-то внутри, надеясь на что-то. В тот день, когда отступник принес меня ночью израненную на порог резиденции, там находилось пару человек — Какаши, Цунаде и Хокаге. Я сопротивлялась, не хотела уходить от него, умоляла не бросать меня тут, но Итачи было не переубедить. –Мино, –твердо произносит он, я понимаю что его интонация может значить только одно — он намерен оставить меня тут, –Успокойся. Мой тихий всхлип, судорожное прижатие к нему и тихие слезы в плечо. –За что, Итачи? –Отхожу, поднимая взгляд на любимые тёмные глаза. Пытаюсь найти в них ответ, но натыкаюсь лишь на уставший взгляд. Устал от меня? Устал от наших отношений? От чего ты устал, любимый? Он подходит ко мне, аккуратно целует в израненный лоб и уходит, скрывшись в тени домов. Меня вырывает из воспоминаний мягкий удар об кого-то. В нос снова бьет знакомый парфюм. Поднимаю глаза и натыкаюсь на укоризненный взгляд Какаши. Отхожу на пару шагов назад. Зрелище, которое я вижу заставляет издать смешок. Хатаке с множеством пакетов в руках, смотрится уж очень смешно. Такой непривычно домашний, будто не самый лучший шиноби стоит передо мной. –Невнимательная, –осматривает меня с ног до головы, останавливая взгляд на слегка высохшей головы, вздыхает и опять переводит взгляд на меня.–Я тут переборщил слегка с покупками, возьми пару пакетов себе. Брови удивленно поднимаются наверх. Неужели он пытается наладить со мной контакт после неудачной первой попытки. От такого точно нельзя отказываться, в каких бы отношениях мы с ним не находились. Слишком долго думаю, а он стоит и терпеливо ждет моего решения. –Хорошо, –произношу, стыдливо опустив глаза на дорогу. Его поступок ввел меня в ступор. Мало того, я шокирована его предложением. Все в деревни знали, что с Какаши у нас явная не любовь к друг-другу, да и мы этого особо не скрывали, постоянно устраивая перепалки у всех на глазах. Один раз мы даже начали драться, пока не прибежала Цунаде и не разняла нас. Протягиваю руку, чтобы взять пакеты, но он молчаливо проходит мимо. Хмыкаю. Хоть что-то не меняется никогда. Вся оставшаяся дорога проходит в молчании, кажется обоих это устраивает. Я изредка поглядываю на мужчину, но он упорно продолжает идти вперед, не замечая мои взгляды или делая вид что не замечает. Людей на улице становится больше, и все они удивлённо посматривали на нас с Какаши. Со стороны, наверное, выглядело будто мы пара, так еще и к всей этой комичной ситуации прибавлялся Хатаке, идущий рядом с кучей продуктов. До моего дома мы дошли в тишине, так же молча мужчина поставил пакеты в коридоре, попутно оглядывая мое жилище. –Эм.спасибо, Какаши, –неуверенно произношу короткую фразу, пытаясь не смотреть на него. Между нами воцаряется молчание, никто не пытается прервать эту тягучую тишину. –Не за что, куноичи. Выделив последнее слово, Хатаке разворачивается и уходит, оставляя меня в гордом одиночестве. Подбираю пакеты и несу их на маленькую кухоньку, но не прохожу и полпути, как замечаю движение в моей комнате. Бесшумно опускаю пакеты на пол и с осторожностью прохожу в комнату. Сердце пропускает сильный удар. В глаза бросается длинный черный плащ с красными облаками. На глаза набегают слезы, пытаюсь сдержать порыв разрыдаться. Итачи смотрит на меня, не отводя взгляд. Нравится тебе, то что ты видишь? Понимаешь что это из-за тебя? Зачем ты пришел, Учиха? Много вопросов и так мало ответов на них. Мужчина делает пару шагов, останавливаясь передо мной. –Зачем? –Вопрос остается без ответа. Я подхожу ближе и утыкаюсь в его плечо. Он лишь только наблюдает, не предпринимая никаких действий в ответ. Хочется разрыдаться, высказать все что я о нем думаю, но я лишь сильнее утыкаюсь ему в плечо. –Я хочу, чтобы ты вернулась, –произносит он, через длительное молчание. Отхожу от него назад, утирая рукавом кофты слезы. Все-таки расплакалась, не смогла сдержать эмоций. –Что?..–Нахмурившись, смотрю на мужчину, который когда-то оставил меня тут, как ненужного котенка.–Серьезно, Итачи? Через два года ты приходишь ко мне в дом и говоришь, чтобы я вернулась? Черт, да ты хоть понимаешь, что я чувствовала тогда? Что я ощущала после? Как ко мне по началу отнеслись? Как мне было тяжело справляться тут одной? Твою мать, я прошла через многое за эти два года. Я только начала учиться жить без тебя, как ты возвращаешься и портишь все к чему я так упорно шла… Итачи не дает мне договорить, подходит ближе и обнимает. Пытаюсь отстраниться от него, но он этого не позволяет. Я не смогу оставить эту жизнь, когда все только началось налаживаться. Уйти с ним, значит оставить Цунаде, которая относится ко мне, как к дочери, напарников по команде, даже Какаши оставлять не хочется. –Это из-за него? Из-за него ты не хочешь уходить? –Тихо проговаривает мне на ухо, прижимая меня сильнее к себе. Я и сама не знаю ответа на этот вопрос. Мы с Какаши всегда ссорились и пытались задеть друг-друга, не переходя на дружеское общение. Сегодняшняя ситуация заставила меня переосмыслить свое мнение о нем. –Не знаю, –отвечаю честно, скрывать от него что-то не имеет никакого смысла. Он не любит, когда ему врут. Итачи резко отстраняется и смотрит в коридор. –В следущий раз дай четкий ответ.–В следующую секунду он уже выпрыгивает в окно, одарив меня лишь взглядом на прощание. Хочется пойти за ним, но я отгоняю от себя эти мысли. Может год назад я бы и без раздумий пошла с ним, но слишком много воды утекло. Я уже не та девочка, которая любила его настолько сильно, чтобы меня не волновала его организация и то, чем он занимается. Уйти с ним обозначало бы, что я прерываю все связи в деревне навсегда. Пути бы назад уже не было. Да, и упущенное не воротишь. Моя любовь к нему еще жива, бьется где-то внутри, но ее недостаточно, чтобы действовать так безрассудно. Оставшийся день до позднего вечера проходит в полном одиночестве, я только и делаю, что размышляю о том, когда случится наша следующая встреча и при каких обстоятельствах. Лежа на кровати, я держу в руках короткую записку, когда-то написанной Учихой. Сминаю ее и засовываю в карман штанов. Когда слезы утихли, осталась лишь только пустота. Снова. С чего он вообще решил, что я не хочу уходить из-за Какаши? И почему я не смогла дать точного ответа? Я уверена в том, что у меня не могло быть к нему никаких чувств, но такой простой вопрос от Итачи, ввел меня в ступор. Я уважала Хатаке, хоть и не показывала этого, но не любила его, как мужчину. Всегда казался мне слишком хладнокровным, слишком молчаливым и слишком отчуждённым. И откуда у него столько фанаток? За что его вообще можно полюбить? Мои рассуждения прервал легкий стук в дверь, который можно было едва расслышать. Не спеша встаю и плетусь к входной двери. Кого там еще принесло? На пороге стоит Цунаде, удивленно осматриваю ее. Сегодня она слишком нарядно выглядит. Светлые волосы аккуратно уложены, красивое белое кимоно с лепестками сакуры, да и пару браслетов она где-то раздобыла. Впервые вижу ее такой. –Собирайся, малышка Ито, мы идем в бар! Никаких отрицательных ответов я не принимаю! Так что одевай свой самый лучший наряд и пойдём отдыхать! –Обреченно вздыхаю. Завтра же на тренировках сама ничего сделать не сможет, так еще и судя по ее настрою — трезвой я точно домой не попаду. Остается лишь снова вздохнуть и идти за Цунаде, которая по-хозяйски проходит в мою комнату и открывает шкаф. Когда она смогла откопать в моем шкафу черное кимоно, которое я спрятала в самое дно шкафа, я находилась не в самом лучшем настроение. Мало того меня так бесстыдно выдернули с комфортного одиночества, так еще и кимоно заставляют одеть. Радует только то, что это кимоно было единственное в моем шкафу. После мне предстояло тяжелое испытание в виде косметики и волос. Не знаю, что она со мной сделала, но стоя напротив зеркала, я себя не узнала. В отражение на меня смотрела красивая молодая девушка, одетая в черное кимоно, которое отлично гармонировало с зелеными глазами и накрашенными красной помадой губами. –Кто там будет? –Мы уже подходили к бару, когда я решила задать Цунаде такой вопрос. –Много кто, не бойся Какаши не любитель таких встреч, так что его скорее всего не будет, –она пожимает плечами, ускоряя шаг. В баре на удивление было не так много народу, почти всех людей, которые находились тут я не знала, поэтому отсев от всех подальше, я могла спокойно запить свои мысли о Итачи алкоголем. Я даже не считала сколько я выпила. Просто в один момент стало очень легко и весело. Когда одиночество надоело, я подсела к компании в которой находилась Цунаде. Но как только я попала в поле зрение женщины, ее потянуло танцевать и поэтому сейчас мы находились в центре комнаты, танцуя с остальными шиноби. Я даже и не заметила в какой момент в бар зашел Какаши. Лишь только помню его взгляд, который пристально наблюдал за мной. Мне нравилось то, как он смотрит за моими движениями. В какой-то момент Цунаде пришло в голову потанцевать на стойке бара и вот тогда началось самое веселье. Я не обращала никакого внимание, когда поднималась на стойку бара вместе с Цунаде. Единственное что меня волновало, а точнее волновал — это был мужчина, который не отводил от меня взгляд. Хотелось доказать Какаши, что я чего-то стою. Пока я танцевала с закрытыми глазами, даже не заметила, как Хатаке приблизился ко мне. Не помню, как я спустилась к нему и как мы начали танцевать вместе. Не помню, как я потянулась к нему за поцелуем, приспуская маску и как он на него ответил. С утра будет стыдно, но сейчас, когда алкоголь берет надо мной вверх, не хочется даже и задумываться об этом. –Маленькая куноичи, — смеется Какаши, когда я отстраняюсь от него. –Извини, я не хотела, –язык заплетается, но я выговариваю слова. После даже не поднимая взгляд на него, выхожу из бара и плетусь домой. Похоже хватит на сегодня алкоголя. Уже дома, когда я лежа в кровати, думала о случившемся. Мне пришло осознание того, что я сделала. Я поцеловала Какаши Хатаке.