Гарри Поттер? Не похоже

Драко встретил меня у входа, вежливо улыбаясь. У него отлично получилось играть свою роль, и, если бы я не знал наверняка, я и вправду мог бы подумать, что мы видимся лишь во второй раз. – Доброй ночи.... Марволо. – Даже эта лёгкая заминка перед моим именем была сделана так естественно, что оставалось только мысленно поаплодировать его таланту. – Прошу, проходите. Отец сейчас на совещании с Комиссией, но думаю, скоро он освободится. А пока... Я могу провести вам экскурсию по Мэнору, если желаете. На последней фразе лицо Драко приобрело такое нетерпеливое выражение, что я, не сдержав шипящего смешка, согласился. Проходя по коридорам поместья, слушая вдохновлённый голос Драко, я осматривался вокруг и, неожиданно для самого себя, проваливался в воспоминания. Странно, но когда я был здесь как Гарри, ничего подобного не было. Но теперь, в образе Лорда, восприятие словно немного изменилось. Вот картинная галерея. Баснословно дорогие полотна в не менее дорогих рамах, среди которых десятки лет назад я, молодой и амбициозный Лорд, шёл рядом с тем, кого мог назвать близким человеком. С Абраксасом Малфоем. Тогда я ещё позволял себе проявлять положительные эмоции рядом с ним, несмотря на воздействие крестражей. Окно с искусным витражом, возле которого мы часто останавливались, чтобы обсудить какое-нибудь интересное заклинание. Кусочек витража в левом нижнем углу до сих пор синий после одного из магических экспериментов Абраксаса. Вернуть стекло к изначальному зелёному цвету не получилось даже у меня, а он заявил, что синий ему нравится даже больше. "Благородный и чарующий" — так он сказал тогда. Вот углубление в стене. Сейчас здесь стоит антикварная ваза, но когда-то её не было, и именно в этой нише Абраксас оказывался прижат к стене чаще всего. И он отнюдь не был против. Жар предательски растёкся по щекам. Я отвел взгляд от ниши, чувствуя себя глупым подростком. Такое никогда не смущало меня, к тому же в то время я был уже далеко не невинным мальчиком. Но сейчас почему-то сердце забилось быстрее, сжимаясь от какого-то давно забытого чувства. Я мог лишь порадоваться, что маска скрывает выражение моего лица и Драко не видит этого позорного румянца. Мы шли всё дальше. Драко, как истинно радушный хозяин, с энтузиазмом показывал мне буквально каждую комнату, и именно поэтому я заметил, когда мимо одной из дверей он прошёл, даже не взглянув на неё. — Неуш-шели там нас-столько неинтерес-сно? С лёгким любопытством спросил я, ожидая в ответ кивка или слов о том, что комната давно не используется, но... Драко внезапно смутился. — Там... Музыкальная комната. — Он отвёл взгляд. — Не думал, что вам... Будет интересно там. Она почти пустая...

***

Люциусу стоило усилий сохранить спокойное выражение лица на собрании, когда по нервам ударило предупреждение о незванном госте, проникшем на территорию Менора. Он знал, кто это. И при мысли, что он не может выйти к Лорду прямо сейчас, что тому придётся ждать, у Люциуса сжималось сердце. Лорд ненавидел ожидание, каждый Пожиратель знал эту непреложную истину. Десяток минут протекли мучительно медленно. Каждая секунда чудилась ему отсчетом собственной жизни. А потом Люциус услышал это. Через толстые стены поместья и голоса членов Комиссии, через паническое биение пульса в висках, тихие звуки скрипки пробрались, словно минуя уши, прямо в его разум. Драко снова играл. Сейчас, когда должен был давно спать в своей комнате, когда худший ночной кошмар Люциуса свободно расхаживал по Менору, он играл в проклятой Музыкальной комнате, становясь идеальной мишенью для Лорда. "Что он забыл там так поздно?!" — пронеслась отчаянная мысль в голове Люциуса. Всё тело напряглось, желая вскочить и бежать туда, к сыну. Защитить его, увести от опасности, но... Совещание уже подходило к концу. Договорённость была почти достигнута, и если сейчас он прервёт это... Задание Лорда останется невыполненным. И тогда поплатится жизнью не только Люциус, в этом можно было не сомневаться. Остаток совещания прошёл как в тумане. Единственным, что заставляло Люциуса дышать, были звуки скрипки. Если Драко способен играть, значит, он ещё жив и относительно цел. Значит, Лорд не заинтересовался им, или посчитал ниже своего достоинства идти на звук музыки. Когда последний из членов Комиссии исчез во всполохе камина, тревога, которую Люциус сдерживал всё это время, наконец вырвалась наружу. Дыхание моментально сбилось, руки затряслись. На негнущихся ногах он почти побежал... Не к Лорду, нет. Тот и так будет в ярости из-за ожидания, лишние несколько минут ничего не изменят. Люциус торопился в Музыкальную комнату, к сыну. Чтобы убедиться, что Драко жив, чтобы отправить его в спальню, скрыть от угрозы. Перед дверью Музыкальной комнаты он остановился. Замер, прислушиваясь, смутно ощущая, что что-то не так. Заглушаемая паникой интуиция нашептывала, что не случайно по пути сюда Люциус не встретил ни Лорда, ни даже домовиков, но этот шёпот оказался проигнорирован. Дверь распахнулась. Музыка оборвалась на высокой ноте, и взору Люциуса предстал Драко, испуганный и смущённый таким неожиданным вторжением. А рядом с ним... Вальяжно раскинувшись на единственном стуле, восседал Лорд. Он выглядел величественно даже сейчас, в полупустой комнате, в которой давно не задерживался никто, кроме юного наследника Малфоев. Лорд не произнёс ни слова, не повернул голову в сторону Люциуса, но его недовольство ощущалось кожей. До этой секунды он явно был увлечён музыкой, его внимание и сейчас оставалось прикованным к Драко, который уже стыдливо отложил инструмент. Лорд плавно поднялся. Даже не удостоив Люциуса взглядом, он подошёл почти вплотную к Драко. — Ты воис-стину талантлив, Драко. В с-столь юном возрас-сте далеко не каждый может похвас-стать подобной виртуознос-стью и выдерш-шкой. Люциус затаил дыхание. Из уст Лорда даже похвала звучала как угроза, заставляя кожу покрываться мерзкими мурашками. А Драко улыбался. Искренне, смущённо и счастливо, абсолютно не ощущая опасности, словно... Так и не поняв, кто именно стоит перед ним. Сердце Люциуса замерло комком где-то в горле. Он ведь так и не поговорил с сыном после вчерашней ночи, занятый сначала тем, чтобы прийти в себя после Круцио, а затем делами Комисси. Так и не объяснил, кто этот незваный гость в маске, понадеявшись, что Драко поймёт сам, по тем рассказам, что слышал от отца раньше. А теперь Люциус с ужасом осознавал, что Драко не понял. Не догадался. Возможно, принял гостя за какого-то странного знакомого отца, а повторное появление могло лишь укрепить это заблуждение в разуме ребёнка. И сейчас, глядя на сияющее лицо сына, Люциус понимал, что Лорд каким-то непостижимым образом за две короткие встречи завоевал расположение Драко. Так же, как десятки лет назад произошло и с ним самим. — А теперь с-ступай с-спать, Драко. Час-с уш-ше пос-сдний, а нам с-с твоим отцом ещё многое предс-стоит реш-шить. Лорд плавным, змеиным движением коснулся плеча Драко, подталкивая его к двери. Мальчик лишь кивнул и послушно исчез в коридоре. А Люциус остался. Стоял напротив своего ожившего кошмара, не смея даже поднять глаза, и пытался сглотнуть комок в горле, чтобы произнести хоть что-то. — Люциус-с, мой с-скользкий друг... — Лорд не собирался ждать, пока он придёт в себя. В шипящем голосе в полной мере прозвучало всё раздражение, испытываемое им. — Мош-шет быть ты прекратиш-шь трястис-сь, с-словно ш-шалкий маггл, и наконец доложиш-шь мне о с-своих ус-спехах, если, конеш-шно, такие у тебя ес-сть?

***

Слушать Люциуса было... Утомительно. С каждой секундой я испытывал всё больше разочарования не только в нём, но и в себе. Когда-то блистающий юный Малфой, заслуженно получивший от меня прозвище "скользкий друг", сейчас превратился в жалкое, трясущееся создание, не способное даже внятно излагать свои мысли. Он то и дело бросал на меня затравленные взгляды, ожидая Круцио за каждое слово, и видит Мерлин, мне было нелегко сдержаться. Только мысль о том, что это ничтожество полезно мне, сохраняла ему жизнь. "Неужели я сам превратил его в... это?" — пронеслась в голове раздраженная мысль. Почему-то на мгновение появилось сожаление, даже капля вины. Словно я по глупости сломал дорогую игрушку, которую можно было использовать дольше и интереснее. Впрочем, так оно и было. От моего тихого раздражённого вздоха он дёрнулся всем телом, и я просто прикрыл глаза, чтобы не видеть его хотя бы секунду. С этим определённо нужно было что-то делать, но... Не сейчас. Он закончил доклад и замер, едва дыша. — Похвально, Люциус-с... — произнёс я после нескольких секунд тишины. — Ты... Не нас-столько никчёмен, как я думал. И, прежде чем он успел отреагировать и сказать что-то раздражающее, я резко направился в сторону Зала для собраний. — Приготовьс-ся к с-собранию, мой с-скользкий друг. — Холодно бросил ему, не обернувшись. Пожиратели прибыли быстро, даже быстрее, чем прошлой ночью. Всё та же напряжённая и нервная горстка людей, всё в том же составе. Не хватало лишь Северуса, звать которого я не стал. Макнейр сразу выступил вперёд, опустившись на одно колено. Он выглядел на удивление воодушевленно и явно собирался доложить мне что-то обнадёживающее. — Итак, Уолден... — В моём голосе проскользнул интерес. — Я виш-шу ты не терял время с-сря. Докладывай. — М-мой Лорд, — его голос на мгновение дрогнул, но, в отличие от Люциуса, он взял себя в руки в ту же секунду. — План ещё не идеален, но я смог составить примерный порядок действий. У меня есть некоторые знакомства в Азкабане, и мы используем связи Нотта для подкупа... Он всё говорил, а я... Чувствовал удовлетворение. За такой короткий срок, не имея практически ничего, составить вполне неплохой набросок плана — тот минимальный уровень, который я и хотел видеть у Пожирателей. И раз уж Макнейр, обычно предпочитающий разбираться громко и кроваво, смог собраться и начать выполнять задание именно так, как надо, значит среди Пожирателей не всё так безнадёжно. В воздухе постепенно таяло напряжение. Люди едва слышно облегчённо выдыхали, мысленно благодаря Уолдена за то, что он смог угодить Лорду. — Прекрас-сно. — Произнёс я, стоило ему договорить. — Наконец-то хоть кто-то из вас-с ответс-ственно подош-шёл к выполнению с-садания. Он расплылся в горделивой улыбке. Похвала Лорда дорогого стоила, а с учётом того, что с самого начала собрания никто так и не был приласкан Круциатусом, он, возможно, посчитал себя главной причиной моего мирного настроя. — Вот только... Кажетс-ся, ты упус-стил один ваш-шный момент. — Улыбка сползла с его лица, он даже немного побледнел. А я усмехнулся, чувствуя, как части моей души это приносит невероятное удовольствие. — Время. На это понадобитс-ся больш-ше двух отведённых тебе дней. — Милорд... Я могу лишь надеяться на вашу милость. Я... Прошу вас об отсрочке. Клянусь, я приложу все усилия... Он смотрел мне в глаза. Вернее, в маску, но тем не менее. Не опускал голову, не прижимался к полу, словно червь, а смотрел на меня горящими глазами. Он действительно собирался сделать всё возможное, чтобы выполнить мой приказ. С моих губ сорвался шипящий смешок. Он едва заметно поёжился, но не дёрнулся и не опустил взгляд. Мне нравилось, как он держался — без того жалкого, панического ужаса, что у Люциуса, но при этом со страхом и уважением. А другой части моей души хотелось сломать его в эту же секунду, раздавить как червя, чтобы он не смел даже дышать в моём присутствии. Но я задвинул эту мысль подальше. Сейчас не время и не место, к тому же было бы глупо наказывать единственного человека, который делает что-то полезное. — Я дам тебе время, Уолден. — Спокойно кивнул я. — Ты... зас-служил некоторые пос-слабления, так и быть. Вернис-сь на с-своё мес-сто.