Удача Героя

На последнем инструктаже присутствовали только начальник Аврората Шеклбот и молодой, но подающий надежды аврор Поттер. Остальные члены их команды уже заняли свои места, готовясь к задержанию особо опасного преступника — волшебника-убийцы, терроризирующего магловский и магический Лондон вот уже полгода. И, как всегда, Мальчик-который-выжил попал под раздачу, идеально совпадая с типажом жертв новоявленного маньяка, не чуравшегося жизненной силы ни магов, ни маглов. — Аврор Поттер, — говорил Кингсли бесстрастно и по-деловому, но между его бровей залегла глубокая складка, свидетельствующая о крайней степени волнения, — я убедительно прошу вас не геройствовать. Как бы абсурдно это ни звучало, — он позволил себе небольшую подбадривающую улыбку. Гарри украдкой вздохнул и потер плечо, на котором красовался шрам от темномагического проклятья. Нарваться на знатока малоизвестных чар во время рядовой операции, закрыв собой пожилую ведьму-артефактолога, в три слоя увешанную защитными амулетами собственного изготовления, способен только герой. «На всю голову герой», — как разорялся потом Снейп, вынужденный этого самого героя лечить. Гарри тогда объявили официальную благодарность и устроили неофициальную головомойку, а эта история еще долго развлекала опытных авроров: ее пересказывали за кружечкой пива, ею пугали новичков. — Держи. — Кингсли протянул Гарри небольшую булавку и какую-то странную массу, больше всего похожую на кусок жевательной резинки. — Приколешь к вороту. Она считывает твои жизненные показатели. Нам нужно прижать его с гарантией, а мы пока так и не установили способ, которым он убивает. Ясно только, что жертвы отключались и умирали не мгновенно. И что чары с большой вероятностью можно отменить. Неотвратима только Авада, да и то… Шеклбот махнул рукой в сторону своего подопечного, намекая на его странные отношения со смертельным заклятьем, а после озабоченно нахмурился: по его опыту во время сотрудничества с магловской полицией все обычно шло наперекосяк, будто бы присутствие не владеющих волшебством вносило коррективы в действие чар. — Как только твои показатели хоть чуть-чуть пойдут вниз, активируется порт-ключ и к тебе перенесутся авроры со стазисом наготове. Что бы там ни было, мы тебя вытащим. Но если что-то пойдет не так, вот тебе аварийный порт-ключ. Крепится на зуб. Настраивается на владельца и активируется мысленным усилием. На крайний случай! Только на крайний случай! А то этот гад нам еще толпу народу угробит. Гарри согласно покивал, демонстрируя служебное рвение. Для него, наверное, навсегда останется загадкой, где проходит та тонкая грань между чрезмерным героизмом и простым выполнением своего долга. — Наводка должна быть верная. Парк, с десяти до полуночи. И что людей манит в таких местах по ночам бродить? Свидания он им там назначает, что ли? Иди. До начала операции пятнадцать минут. Теперь вся надежда на твою удачу, Гарри. Всю дорогу до точки аппарации Гарри размышлял о том, что его удача довольно странная штука. Разве можно назвать удачей детство без родителей, многолетнее противостояние с превосходящим противником, еще до рождения предсказанную судьбу Избранного? С другой стороны, все его приключения заканчивались благополучно. Ну, по большому счету. Так что он был почти уверен, что эта капризная, переменчивая дама, с чувством юмора примерно как у Снейпа, еще выкинет что-нибудь эдакое. Ведь никогда не знаешь, где тебе повезет. * * * Директор Хогвартса, кавалер ордена Мерлина первой степени, внештатный консультант Отдела тайн Северус Снейп несся по коридорам, сводя на нет радостное по поводу наступивших выходных настроение учащихся своим мрачным видом. По пути он умудрился снять десяток баллов, назначить отработку и отчитать молоденькую преподавательницу магловедения за неподобающий внешний вид. С чувством выполненного долга он зашел в собственный кабинет, где, наконец, позволил хмурому выражению покинуть свое лицо, сменившись совершенно нехарактерной мечтательной улыбкой, удивительным образом придавшей ему привлекательности. Черные глаза зажглись предвкушающим блеском. Сегодня была первая суббота месяца, а значит, пришло время передать свои обязанности профессору МакГонагалл и аппарировать в Тупик Прядильщика, где в темной гостиной располагался прибор, наличие которого трудно было заподозрить у такого сильного и умелого волшебника, как Снейп. Но Северус был ученым-исследователем, который, пусть и тяготел к зельеварению и темным искусствам, не чурался нового в любой из областей. В том числе и в области магловских технологий, если, исходя из чисто практических соображений, они могли помочь решить какую-либо из его проблем. Дело было в том, что он ненавидел оборотное зелье, считая, что, принимая личину другого человека, впридачу хотя бы отчасти получаешь его привычки и образ мышления. А своим разумом он дорожил, как, наверное, ничем на этом свете. Кроме мальчишки Поттера, наверное, но не стоит о грустном в такой радостный день. Кроме того, разум был его главной эрогенной зоной, а значит, ни в коем случае нельзя было его как-либо затуманивать, отправляясь за удовольствиями определенного рода. Да, в деле удовольствий маглы достигли несколько больших успехов, чем волшебники, сделав анонимность доступной для любого, давшего себе труд обзавестись необходимым оборудованием. Несмотря на острый ум и наличие некоторых представлений о магловском мире, освоение компьютера, оснащенного доступом в интернет, отняло почти год. Все-таки директорские обязанности занимали практически все его время, даже с учетом помощи МакГонагалл. Но теперь все досадные, выводящие из себя ошибки были позади и ничто не мешало наслаждаться преимуществами. Зайдя в дом, Снейп не торопился направиться к вожделенному компьютеру. Сначала он медленно разделся донага, смакуя освобождение от образа нелюдимого профессора, вечно застегнутого на все пуговицы, закованного в многослойную броню, которую, по слухам, не снимал даже ночью. Когда все предметы директорского костюма были педантично разложены по своим местам в шкафу, он прошествовал в ванную. Горячая вода расслабила тело и помогла очистить разум, настраивая на нужный лад. Совсем скоро он направится навстречу своему приключению. Перестанет быть самым одиозным директором Хогвартса, бывшим Пожирателем Смерти, убийцей Альбуса Дамблдора, сальноволосой летучей мышью и прочая, а станет просто мужчиной, готовым подарить удовольствие другому мужчине. Наскоро вытершись, Северус запустил нужную программу и получил вожделенное сообщение, в котором значилось: «Хэмпстед-Хит, одиннадцать вечера, озеро». Завершали письмо несколько цифр — координаты. Как раз хватит для прицельной аппарации. Как маглы справлялись с поиском нужного места — было не совсем ясно, но обычно проблем не возникало. Бывали только случаи, когда встреча срывалась, если партнер струсил или решил проигнорировать приглашение, но некоторый элемент лотереи лишь придавал пикантности и будоражил нервы. О, Мерлин! Было нечто совершенно восхитительное в том, чтобы не иметь ни малейшего представления о партнере: ни его эрогенных зон, ни любимых поз, ни тайных фетишей. И, конечно, рьяно взяться за изучение. Или позволить изучить себя. Открыть в себе что-то новое, решиться на что-то, чего никогда бы не позволил, будь имена названы, а лица знакомы. Некстати вспомнилось, как несколько месяцев назад Северус обнаружил в установленном месте сразу двух партнеров вместо одного. Высоких, сильных, решительно настроенных быть сверху. Некстати, потому что воспоминание о том, как он извивался и скулил, отбросив свою извечную сдержанность, полностью отдав контроль, отказавшись от амплуа мистер-я-не-покажу-свою-уязвимость, вызвало неожиданно сильное возбуждение. Не то чтобы он жаждал повторить опыт, которого, будучи грозным директором, ни за что бы не получил, но сам факт, что тот был… Как же хорошо, что несколько лет назад озверевший от тактильного голода Северус все же ответил на авансы того магла из бара, который и рассказал о предоставлявшей услуги по организации такого рода встреч крохотной фирмочке! Преданным клиентом которой Снейп и являлся до сих пор. Как и некоторые другие волшебники. Впрочем, маги попадались редко и свято блюли инкогнито, как свое, так и партнера. Оставшееся до встречи время он лениво размышлял о том, что ненавидит секс на природе, где грязь и сырость мешают устроиться с комфортом. Значит, ни на что серьезное сегодня рассчитывать не приходилось. Хотя, если все пойдет хорошо, можно будет проявить немного фантазии… Пятнадцать минут до одиннадцати. Как раз хватит, чтобы дойти, не спеша, и как следует осмотреться! * * * Гарри вздрогнул, когда услышал шаги. Он уже почти час шатался по тропинкам вокруг крохотного озера, по словам аналитиков, идеально подходившего для целей убийцы, и был взвинчен до предела. Обычно неприятности норовили вцепиться в него, едва завидев на горизонте, а не мариновать столько времени! Все-таки его удача действительно была дамой со странностями! Но, кажется, что-то все-таки начиналось… Он не сопротивлялся, когда подошедший мужчина, черты лица которого было не разглядеть из-за окружавшей их темноты, потянул его в кусты, едва дождавшись судорожного кивка на короткий вопрос. В чем состоял вопрос, Гарри не расслышал из-за непрекращающегося гула в ушах. * * * Северусу пришлось хорошенько прогуляться вокруг озера, чтобы на одной из тропинок обнаружить-таки своего сегодняшнего визави. Нет, определенно, маглы страдают топографическим кретинизмом — эта точка была наиболее удалена от указанной в письме. — Составишь компанию? — перестраховываясь, задал он обычный вопрос-пароль, хотя вероятность нахождения случайного человека в таком месте в такой час была совсем низкой. Или, кажется, на том конце озера тоже кто-то был. Невербальное выражение согласия Снейпа полностью устроило, развеяв сомнения. Похоже, его партнер в определенном смысле был девственником. Судя по шумному дыханию и частящему пульсу, ему еще не доводилось участвовать в организованных таким образом встречах. Они сошли с тропинки, направляясь к присмотренному Северусом старому дубу с толстым стволом, который мог послужить опорой заплетающимся от волнения ногам его спутника. Решившего, похоже, не проявлять никакой инициативы, во всем положившись на более старшего и более опытного. Наступал любимый момент Снейпа — разворачивание подарка, которого с таким нетерпением ждал целый месяц. Что окажется под оберткой? Флоббер-червь или клык василиска? Впрочем, и то, и другое умелый зельевар пристроит к делу. Щеки у его подарка были теплые и нежные, подтверждая первое впечатление о чрезмерной молодости владельца. Шея — неожиданно слишком чувствительна, легких поглаживаний самыми кончиками пальцев хватило, чтобы заставить запрокинуть голову, открывая больше. «Что же тебе понравится? Поцелуй или укус? А если я сделаю так? Да ты кремень! Ну, не закусывай губы, оставь мне хоть что-то…» Пуговицы легко поддались умелым пальцам, позволяя коснуться гладкой кожи груди, заметно вздрагивавшей под прикосновениями. Снейп едва не мурлыкал. Повезло, тело у доставшегося ему сегодня подарка было на зависть. На вид и на ощупь. А если наклониться ближе, к самой заполошно бьющейся жилке на виске, то можно вдохнуть запах волос, смешанный с легким запахом пота. Бьющая по нервным окончаниям смесь. «Как же удобно все-таки тебя обнимать! Да, спрячь свое пылающее лицо на моем плече, пока я избавляюсь от мешающих тряпок, оставляя твою кожу беззащитной перед вечерней прохладой и моей жаждой!» Обнажив все стратегически важные зоны, он забирал ощущение сильного молодого тела под пальцами полными горстями, понемногу теряя голову от жадности. Было что-то невероятно притягательное и возбуждающее в вымученной сдержанности и стоическом молчании прижавшегося к дереву партнера, заставляющее рычать и действовать грубее. Северус заменил руки губами, терзая вкусную шею. Так он добился первого отклика — на его спину легли две раскаленные ладони, с силой прижавшие ближе, так, что их бедра соприкоснулись. Оглушительное впечатление, ненадолго превратившее их в пару соляных столбов, стремящихся слиться в один. «Что же с тобой? Боишься? Волнуешься? Но я знаю средство — мягким расслабленным языком по груди, медленно, все ниже и ниже. И пока ты приходишь в себя, ты уже в моей власти, во мне. По крайней мере, часть тебя.» * * * Гарри не понимал, что происходит. Его не собирались убивать? Его собирались изнасиловать! Иначе зачем расстегивать брюки? Впрочем, теперь он был рад такому повороту событий, потому что то, что творил с ним предполагаемый убийца, возбуждало до боли, заставляло член течь, а критическое восприятие отключаться. Бывало ли у Гарри подобное? Мерлин! Незнакомый мужчина стоял перед ним на коленях. Незнакомый мужчина с ласковыми руками, горячими губами и восхитительным, чуть горьковатым запахом, от которого закипал мозг, ласкал его, чередуя почти невесомые мазки языком с грубыми посасывающими движениями. Гарри никогда не был с мужчинами и не думал, что с ними может быть так… Или дело было не в поле партнера, а в его мастерстве? В пошлом чмокании, обжигающем жаре и одуряющей глубине и тесноте, от которых временами становилось почти больно? * * * Северус был счастлив! Нет, он ни в коем случае не мечтал снова стоять на коленях, он был сыт служением сполна, но сейчас он имел над другим человеком самую полную власть, какую не имел ни благодаря темным искусствам, ни благодаря высокой должности. Он держал в своих руках, в своих губах чужое удовольствие и сам был почти на грани, слыша отчаянные скулящие звуки, свидетельствующие о приближающейся разрядке. «Ну же! Что толкнет тебя за грань? Взять так глубоко, чтобы уткнуться выдающимся носом в жесткие волоски в паху? Или царапнуть внутреннюю сторону бедра, вызывая мурашки? Или сжать ягодицы, с откровенным обещанием надавив между ними ловко пробравшимися пальцами?» * * * Гарри закричал, в последний момент успев перехватить крик, вцепившись зубами в рукав. Устоять на ногах не удалось, так сильно его тряхнуло обещание проникновения. Лишь пальцев, но и этого хватило, чтобы излиться, а после провалиться в короткое забытье, наполненное переливающимися под веками звездами. Последняя его мысль была о желании повторить испытанное. * * * Ознаменовавший оргазм крик, хоть и был вовремя заглушен, все-таки разнесся по округе. Вспугнув кого-то, находившегося неподалеку. Снейп молниеносно призвал палочку из кармана и машинально послал на звук Сковывающие Чары. О чем тут же пожалел — теперь придется накладывать Обливиэйт, а ему иррационально хотелось запомниться. Запомниться именно этому молодому мужчине, который, похоже, только открывал свою сексуальность, не зная о себе почти ничего. «Как бы я хотел дать тебе больше! Но все имеет свою цену. Моя всегда была непомерно высока. Может быть, тебе повезет больше. Прощай!» Северус позволил себе еще пару секунд слабости, насладиться вкусом и запахом чужого удовольствия. И именно они стали роковыми. На рефлексах, которые не бросил оттачивать и после окончания войны, он смог увернуться от брошенного в него стазиса и контратаковать. * * * Гарри показалось, что он отключился всего на секунду. Но очнулся уже в кабинете Кингсли. Хозяин кабинета самозабвенно переругивался с Северусом Снейпом. — Ты совсем идиот ловить на живца мага, который убивает Ритуалом Адун? — наступал Снейп. — Надеюсь, тот мальчишка хоть выжил. — Жертва — магл, не знаю, откуда он там взялся. Но мы дали восстанавливающее, потом стерли память, — отбивался Шеклбот. — А ты, если знаешь причину смерти, почему молчал? — А меня никто не спрашивал! — отрезал Снейп и замолчал, поняв, что у их разговора есть свидетель. Гарри думал, что тоже попадет под раздачу, раз уж даже Главному Аврору досталось, но грозный Директор упорно не раскрывал рта, сверля странным взглядом черных глаз. Ярость, стыд, обреченность, снова ярость и какая-то тоска. До Гарри начинало постепенно доходить, почему Снейп оказался здесь. Либо именно он убивал, проводя этот самый Ритуал Адун. Либо… Все же никогда нельзя знать, где тебе повезет! — Ты можешь подтвердить свои слова про ритуал? — разрушил красоту момента Шеклбот. Вовремя, а то у Гарри уже скоро бы дым из ушей пошел от умственных усилий и вызванного ими смятения. — Для знающего человека там полно улик. Когда пришлешь отчеты по вскрытию тел, я подготовлю показания для Визенгамота. Я могу быть свободен? Не хочу покидать Хогвартс надолго. Ледяного выражения лица и знаменитых глубоких складок у рта, означавших у Снейпа крайнюю степень раздражения, хватило Кингсли, чтобы не задавать тот самый вопрос. Но вот Героям никакие законы были не писаны. — Снейп, постойте! — Гарри нагнал Северуса только у точки аппарации и, предвосхищая все возражения и гневные высказывания, выпалил: — Вы мне кое-что обещали! — И что же я, по-вашему, мог вам пообещать, мистер Поттер? — не предвещающим ничего хорошего голосом спросил Снейп. — Вы обещали мне больше, — в тон ему ответил Гарри. — Если бы нас не прервали… Или то, что я Поттер, делает меня непривлекательным? — А то, что я — Снейп? — усмехнулся Северус, чувствуя, что сдается. — Чаще всего я предпочитаю анонимный секс, но в качестве исключения из правил… Вы свободны сейчас? — Я пострадал в ходе операции, мне полагается отгул, — хитро улыбнулся Гарри, подхватывая Снейпа под локоть и аппарируя в дом на площади Гриммо. Он ненавидел секс на природе — кровать намного удобнее.