heartbeat

Тэхену вот-вот стукнет двадцать три года. А еще раньше наступит годовщина со смерти Чонгука – 30 мая. И Тэ никогда не сможет забыть эту цифру, он не уедет, пока не попрощается с Чонгуком. …- Привет. Тэхен пришел в тот самый парк, за больницей Хенвон, где похоронено тело Гука. Тэхен сюда приходит, на самом деле, довольно часто – каждые выходные. - Как ты там?,- он грустно усмехается и садится на одноместную лавочку. – Со мной, кстати, тоже все хорошо. То есть, все как обычно и все идет своим чередом. Разве что, Чимин, кажется, наконец-то нашел себе девушку,- Тэ хитро прищурил глаза и изогнул одну бровь, по традиции лучших друзей, любящих сплетничать в шутку. - Ну или парня, кто ж знает. Он буквально уже вторую неделю ходит с розовыми соплями и сердечками над головой, если бы ты это увидел, точно бы поржал,- выходит грустно. Рядом с этим местом даже счастливое оборачивается радостной грустью. – Я, конечно, был бы рад узнать, кто это, но кажется, Чимин еще не готов мне сказать. Я подожду, это легко… Кстати, главная новость, я перееду к тебе уже на следующей неделе,- глаза Кима внезапно заблестели, вспомнив про главную новость. – Я подтянул свой итальянский, правда акцент меня подводит,- и снова неловкий смешок. – А вообще, я чувствую себя неплохо. Три дня назад был дождь, это было лучшее за последнюю неделю. Я стоял на балконе минут десять, пока окончательно не продрог. Знаешь, я как будто проживаю жизнь заново. Когда я лежал там…,- «с тобой» остается неозвученным,- я мог только слышать, как он барабанил по стеклам. Пиздец... Я и впрямь порой забываю, насколько много всего я упустил за какие-то полгода…- и он снова замолкает, переводя взгляд на голые ветки магнолии, которые еще в апреле месяце так прекрасно цветут из года в год. – Чонгук…Я люблю тебя. Все до банальности сентиментально, но бог видит, насколько жаль Тэхену то, что они так мало поговорили о чувствах друг другу. Всего каких-то пару минут. В то время, как Тэ хотел кричать на весь мир о безумной любви к этому парню, он мог только сидеть и так же ласково (влюбленно) смотреть на самое красивое лицо человека. - Мне не хочется покидать тебя здесь, одного, но я собираюсь каждый год по несколько раз присылать видео или хотя бы аудио Чимину,- Ким положил правую руку на сердце, давая клятву. – Конечно, я хотел бы приходить сам, но зачем? Ведь ты всегда…Со мной. Бесконечно

* * *

Тэхен наливает себе совсем немного вина – только для атмосферы – зажигает свои любимые свечи на столе, берет снова полную тарелку клубники (наверное, четвертую за последние два часа и седьмую за этот день) и включает компьютер. Закат. Это время у Тэ самое любимое. С одной стороны, бесконечное множество воспоминаний с Гуком, а с другой – конец очередного дня. Его взгляд сразу переключается на монитор компьютера, когда на нем высвечивается медиафайл с лицом Гука на заставке. Губы невольно расплывается в улыбке и он проглатывает вновь образовавшийся в горле комок и нажимает на “PLAY”: - Йаа, Тэхен-а,- Чонгук широко улыбается и поправляет камеру, направив ее на себя. – Если тебе вдруг интересно, когда я все это снимаю, то отвечаю сразу: сегодня 13 мая, на часах полдень и прямо сейчас тебя забрали вновь на дополнительное обследование в кабинет Юнги,- точно, Тэ хорошо помнит тот день. – На самом деле, мне чертовски много всего хочется тебе рассказать, но и времени у меня в обрез,- его всегда у нас было в обрез,- поэтому я скажу тебе главное,- Тэ видит, как сильно нервничает Чонгук: он нервно кусает нижнюю губу и вечно отводит взгляд. Кажется, к концу записи Тэхена придется собирать по частям. – Ким Тэхен… Я люблю тебя,- Гук выпрямился и серьезно посмотрел на камеру, подтверждая сказанное. А Тэ уже невыносимо. Он не слышал эту фразу уже больше четырех лет. В глазах начало щипать. – Я не знаю, успею ли я сказать это до того как мы с тобой…как нам придется разойтись, но эта запись сделана на тот случай, если я не успею,- «Ты успел, Чонгук»- повторяет про себя Тэ, сжав ладони в кулак и закрыв ею рот – не время, чтобы расклеится. – Но ты должен знать,- и снова Гук улыбается. – Знаешь, у меня у самого никогда не было отношений. Ты, считай, первый человек, которого я так сильно полюбил,- как и ты у меня,- и я искренне радуюсь, каждый чертов день просто тому факту, что мы с тобой знакомы. Я не знаю, сможем ли мы стать кем-то больше, но даже если мои чувства будут невзаимными, я буду рад тому, что я люблю тебя,- улыбка, как ни странно не спадает, зато Тэ дает волю слезам. За последние два года он боялся заплакать – вдруг это причинит вред Чонгуку внутри него? – однако эта запись стала добивающей. Тэхен слишком давно не слышал голос Чонгука, а еще дольше – не видел. У него на телефоне лишь одна папка с 367 фотками с Гуком, а у Гука ( Тэ купил зарядку для его телефона, а отгадать пароль, состоящий из даты его рождения, было легче легкого) было их больше в три раза – но все то были фотками Тэ, спящего или ржущего. Но каждую их этих фоток Тэ рассмотрел во всех ракурсах – запомнил все, что было, и теперь, видя Гука, смеющегося и улыбающегося, он не в состоянии терпеть. – Я очень хотел бы стать с тобой настоящей парочкой. Ну знаешь, ходить с тобой в кино по воскресеньям, мокнуть под дождем без зонта, купить по два Каппучино в Старбаксе и долго распивать его, стоя возле реки и смотреть на то, как разводятся мосты…Но, видимо, нам пока что не суждено. Хотя знаешь, на это мне даже плевать, потому что я буду рад, если ты сделаешь это за нас двоих. Ты же помнишь, Тэ? Я же всегда буду с тобой,- Тэ помнит. Не растирая дорожки слез на своих щеках, он как запрограммированный снова бережно кладет ладони на сердце – бьется. Чонгук всегда будет с ним. – Поэтому знаешь, Тэхен, я попрошу тебя об одной вещи. Я не знаю как, но пожалуйста,- Гук смотрит на него умоляюще,- пожалуйста,- говорит он еще вкрадчивее,- проживи эту жизнь так, как хотел бы ее прожить. Чтобы то ни было. Я хочу, чтобы ты улыбался, как улыбнулся в тот день, когда я рассказывал тебе шутки о мертвецах. Хочу чтобы ты не строил из себя идеального человека, которым ты, возможно, не хочешь быть. Ты ведь будешь волноваться за наше сердце, да?- наше. Тэ всегда будет волноваться за него. – Так вот, не волнуйся. Пусть оно не станет для тебя причиной отказа от чего-то, что ты хочешь – это все, что я хочу от тебя. Ведь помни, что ты живешь ради себя,- Гук мило наклонил голову набок и снова улыбнулся. Глаза у него были покрасневшими – он пытался не заплакать. – Если ты когда-нибудь откажешься от этой жизни, то просто помни, что я умру тогда с тобой. Тот факт, что через пару дней меня закопают – полная херня. Бред. Пока мое сердце будет биться с тобой, я буду жив. Я буду жить ровно до тех пор, пока ты сам не положишь конец нашим жизньям. Но даже тогда ты должен знать, что мы с тобой – бесконечны. В день когда ты умрешь – я буду с тобой. Я всегда буду с тобой, каждую секунду мое сердце будет биться. И ты не забывай об этом, хорошо?... Я люблю тебя, Тэтэ. Береги себя…Береги нас обоих. Я вверяю свою жизнь и свое сердце тебе,- Чонгук невесомо касается уголком губ камеры и, помахав рукой, выключает запись. “STOP” Минута чтобы осознать, и точно такая же минута, чтобы успокоиться. Чонгук разрешил. И он говорил везде правду, про все. Он точно так же, как и Тэхен, хотел признаться во всем, но точно так же боялся остаться без ответа. Но он признался. Дважды. Первый раз – на запись, второй – глядя в глаза Тэхена. Бесконечны Тэхен обязательно набьет татуировку (ведь Чонгук разрешил, да?) Пара дат, пара красивых фраз, но первым делом он хочет набить на ключице почерком Чонгука: «Мое сердце будет биться за нас двоих». Именно так и назывался медиафайл. И именно эта фраза не сломит Тэ в трудное время. Потому что он будет жить так, как обещал Чонгуку – счастливо, беззаботно, так как хочет. И это будет навсегда. Бесконечно. И с заставки телефона Гука Тэ тоже не уберет свою неудачную фотку. И со своей заставки не уберет спящего Чонгука на другую фотку. И у обоих на рингтоне будут песни Алека: у Тэ будет играть “If We Have Each Other”, а у Чонгука его излюбленное годами “Let Me Down Slowly”. И Тэ даже не подумает менять что-то в своей жизни. Пусть все будет как раньше. Все остается таким, каким было при уходе Чонгука. За нас двоих будет биться одно сердце. И это будет бесконечно