Чёртов костюм.

– Где ты это достала? – Едва не задыхаясь от возмущения вопросил темноволосый учитель. – Герои не выдают своих секретов. – Хитрым голосом пропела его подруга, показывая принесённую вещь, что ещё больше вогнало брюнета в краску. Агх... Ну что он за наивный идиот?! Он серьёзно надеялся на то, что Каяма забудет? Ладно, пожалуй стоит успокоиться и рассказать эту историю с самого начала. Любите ли вы посещать бары? Там приятная атмосфера, если повезёт, компания лучших друзей и неплохие напитки. Пусть все и знают, что после того, как будет выпит очередной бокал обжигающей жидкости, потянет на жутко неловкие приключения, но никого это не останавливает. Как иррационально. Но и сам Шота подобным грешил, естественно не в одиночестве. Точнее наоборот, он никогда не был причиной очередной культурной посиделки (пьянки), предпочитая просто принимать приглашения друзей. Так как их у него немного, подобные походы случаются именно с Каямой и Хизаши. Это произошло на днях. Как всегда неугомонная леди с шилом явно не в мешке, а в куда более интимном месте, собрала друзей в привычном баре. Два экстраверта общались и шутили, попутно вливая в себя литры алкоголя. Айзава хоть и не был разговорчив, но от друзей (собутыльников) не отставал. Так продолжалось около нескольких часов. Спустя вышеупомянутое время, стало намного веселее. Брюнет теперь вполне разговорчив, даром что нетрезв. Его спутникам так же на месте не сиделось. Наверняка началось бы что то невообразимое и находящееся за гранью адекватности, если б неумеющему пить Ямаде не стало плохо. Так что в самый разгар культурной посиделки (пьянки) он просто уехал, вызвав себе такси. Брюнет на нетрезвую голову решил ещё посидеть с Немури в том баре. Это и стало его главной ошибкой! Слово за слово, разговор двух опьянённых умов пришёл к теме смущения. Вообще, странная тема для разговора между героиней рейтинга R и абсолютным пофигистом. Но как бы там ни было, чересчур говорливый темноволосый разразился целой тирадой на тему того, что ничего в этом мире его не смутит. Мол, он про герой, много что повидал. Сможет ли его удивить что то в этой жизни? Наверняка нет. Беседа окончательно превратилась в спор. Каяма настаивала на том, что даже столь равнодушного человека что-то сможет вывести из равновесия. Айзава это всячески оспаривал. Именно тогда в спор вторглись природная любовь к азарту и хитрость темноволосой. – Давай устроим пари! – Сказала она тогда. – Ты... Ты... Весь вечер ты должен будешь провести в костюме горничной! Если не сможешь, должен будешь отдать половину зарплаты. Если можешь, то я буду угощать тебя и Ямаду в этом баре полгода! К своему удивлению, он тогда согласился, разгорячённо пожав руку коллеги. А на следующий день вместе с похмельем пришло осознание собственного поступка. Господи, на что он подписался?! Расстаться с половиной заработка и прослыть в коллективе не сдерживающей обещания тряпкой не хотелось. Но куда больше не хотелось делать... Это! Чёрт... Но вот, прошло несколько дней. Тема пари никак не затрагивалась, к невероятному счастью Шоты. Он не горел желанием напоминать подруге об их идиотизме, предпочитая не попадаться ей на глаза вообще. Темноволосый уже хотел окончательно облегчённо выдохнуть и списать всё на то, что утром героине забылся пьяный бред... Но не тут то, чёрт бы побрал эту извращенку, было! На лице Каямы невероятно хитрая многозначительная ухмылка, а прямо в его комнате лежит... Это. Чёрное платье на дециметр выше колена с белыми вставками, красивыми кружевами и пояском. Чёртов ажурный чепчик и даже непонятно откуда взявшиеся чулки... Полный набор! Глубоко вздохнув он даже понял, что же это было за затишье перед бурей... Она подыскивала ему этот наряд! И где вообще такое продают?... Переведя на подругу испепеляющий взгляд, Айзава заставил её быть чуть серьёзнее. – Ой, да ладно тебе! Я же не заставляю тебя в этом по коридорам общежития разгуливать. Просто посиди вечерок у себя, и все дела! Но, в любом случае, решение твоё. Ещё раз поразмыслив над ситуацией, он понял, что обстоятельства явно не в его пользу. Посчитав в своей голове несколько циферок, учитель пришёл к выводу, что просто физически не протянет на оставшуюся половину зарплаты. Ведь он, к сожалению, не йог, способный продержаться на металлических шипах без воды, еды, да в одной набедренной повязке. Метнув в её сторону ещё один не мение убийственный взгляд, он раздражённо пробормотал: – Ты просто невыносима, и фантазия у тебя абсолютно ненормальная. * * * Ещё раз посмотрев в зеркало, Шота удивился тому, что вообще попал в эту ситуацию. Хотя, справедливости ради, стоит признать, что выглядит не так плохо, как могло. Но ощущения всё равно очень странные и смущающие. Сжав зубы ради того, чтобы денежки не сказали ему "пока", он приготовился терпеть. Волосы тоже потерпели некоторые изменения и теперь были заплетены в два аккуратных хвостика. Чёрт... В который раз уже на языке вертится это слово? Да не важно... О чём он думал, когда соглашался на условия пари? Что, если увидит кто-то из детей... Или не дай бог коллег! По идее, охранять спокойствие Айзавы и заодно следить за выполнением поставленных условий должна была, собственно, Немури. Но та упорхнула в закат, бросив напоследок что-то о ждущих её гипотетических приключениях на личном фронте. Но и расслабляться не стоит. Подруга (надзирательница) сказала, что позовёт кого-то вместо себя. Шоте уже очень не нравится эта затея, но обстоятельства против него. Хотя, странно. Его воображение не может представить себе человека, который не удивится, увидев тридцатилетнего бледного мужика в костюме горничной, заполняющего отчёты... Но как бы там ни было, через какое-то время в запертую дверь комнаты учительского общежития постучали. Немури говорила, что этот человек постучит ровно три раза, сделано это во избежание встреч с бедными, не ожидающими подвоха случайными окружающими. Открыв дверь, Айзава поклялся себе лично повыдёргивать подруге волосы и придушить чёртовым пояском от платья. На пороге с кипой бумаг стоял Хизаши. Чёртов, мать вашу, Хизаши. Ему, конечно, приятна компания старого друга... Но бога ради, не сейчас! Ямада молча смотрел на него, задумчиво сверкая изумрудными глазами из под цветных стёкл очков. Шота глядел так же, разрываясь между желанием выгнать Хизаши куда подальше или же молча пойти точить нож для грядущего убийства подруги. Но в этой борьбе верх неожиданно одержал здравый смысл. Айзава молча отступил на шаг от двери, показывая, что можно зайти. Мик всё так же без слов шагнул в просторное помещение, закрыл дверь на защёлку, после чего вновь принялся за бессовестное разглядывание коллеги. Через несколько секунд этой немой сцены, по лицу Ямады начала таки расползаться ну очень широкая улыбка. Брюнет, предчувствия предстоящий концерт фыркнул. Вот тогда радиоведущего и прорвало. Что там он думал о том, что нет человека, который не удивится его облику? Есть. Хизаши нисколько не удивился, хотя Немури наверняка ничего ему не говорила. Почему не удивился, спросите вы? Потому что заржал, самым наглейшим образом. Не засмеялся, заржал. Истерика эта длилась не меньше десяти минут. Сначала светловолосый пытался устоять на ногах, но в итоге не выдержал и, откинув куда-то стопку бумаг, повалился на пол. И вот, представьте себе куда более интересную картину: хмурый мужик в костюме горничной испепеляет убийственным взглядом другого, едва не умирающего от истерического хохота, громкость которого порой приходится контролировать стирающим квирком. Представили? А Шоте представлять не пришлось. – Ха... Аххаха, Стёрка, ты такая милашка, Ха... – Сообщил ему раскрасневшийся Мик, которого, судя по всему, вот-вот придётся откачивать. – Мик, ещё одно слово, и твой труп будут месяцами искать натренированные ищейки. – Без тени улыбки ответил ему собеседник. – Про... Ха... Прости... – Отсмеявшись извинился блондин. Злиться на него долго в любом случае не получилось бы, но всё равно частенько раздражает такое поведение. – Извиняться ты никогда не умел, но так как твоя причуда полезна Юэй, живи. – Со вздохом произнёс педагог. – Каяма просто сказала мне проследить за исполнением какого-то пари. Я так понимаю?... – Понимаешь. – Не дал ему закончить мысль Шота. – Вот, заодно решил проверить тесты своих. – Махнул блондин на ту самую кипу бумаг. – Как раз пока сделаем работу. – Угу... – Красноречиво согласился Айзава. Не дожидаясь разрешения хозяина комнаты, Ямада уселся за стоящий в углу деревянный стол. Светловолосый давно уже "в гостях" у своего друга чувствовал себя как дома. Не говоря больше ничего лишнего, оба учителя принялись за проверку работ учащихся... * * * Ох, как же за эти несколько часов Шо устал от компании назойливого преподавателя английского! Конечно его поведение всегда немного... Гм... Вызывающее. Но сейчас он и вовсе стал ходить по краю терпения брюнета. Приколы из серии "Шо, у тебя так пыльно, не помешала бы уборка" или "Шо, твоей грации позавидуют многие победительницы конкурсов красоты!" скоро сведут бедного классного руководителя в могилу. Какое-то время Айзава просто огрызался и выложил едва не половину известных ему нестандартных способов убийства, но эта чёртова канарейка не унималась. Позже темноволосый просто принялся игнорировать собеседника (если можно так выразиться о данном "диалоге"). На тот бесплатный стендап не следовало никакой реакции. Так что Стёрка, старательно игнорируя внешний раздражитель, упорно проверял стопку сочинений своих подопечный, гордо лёжа на небольшом диване. Пара часов после встречи двух преподавателей прошла в работе, иногда прерываясь комментариями блондина. Но в какой-то момент радиоведущему стало скучно, и он решил окончательно доконать бедного друга. Развернувшись, Ямада опёрся о спинку стула и посмотрел на коллегу. На лице его расцвела хитрая улыбочка. – Шо~... Ну ты же сейчас такая милашка, почему молчишь? Или горничным запрещено разговаривать с другими людьми? Айзава же был спокоен словно удав, будто в мыслях он находился где-то далеко. По крайней мере подальше от надоедливых блондинов. – Шо? Язык проглотил? Ноль реакции. – Ластик? .... – Зава? .... – Ну, – Разочарованно, словно маленький ребёнок протянул учитель английского. – Шо, ты обиделся? Тогда я сяду и буду смотреть на тебя грустными-прегрустными глазами... Выполняя свою угрозу, светловолосый встал со стула и присел на противоположный от коллеги край дивана, сверля второго ожидающим взглядом. Стёрка это видел, но старательно не подавал признаков заинтересованности, делая вид, что рассматривать сочинение Каминари, в котором ошибка ошибкой погоняет, невероятно увлекательное времяпрепровождение. Ямада посылал "невероятно печальные" взгляды из под цветных линз, ожидая от друга хоть короткое словцо с усердием Хатико. Через десять минут подобного игнорирования блондину вновь надоело. Захотелось во чтобы то ни стало выбить из Сотриголовы хоть какой-то шёпот. В обрамлённой светлыми прядями голове возникла невероятно интересная идея. Хизаши начал медленно подкрадываться к коллеге всё ближе. В итоге, буквально через минуту Мик уже нависал над классным руководителем 1А, расположив руки меж, его головы, нависая над ним, будто в планке. Очки с цветными линзами покосились, едва не спадая, открывая вид на спиральные эмеральдовые глаза, в которых поблёскивал огонёк азарта. Сдастся ли Шо? Он конечно пофигист, но нарушения личного пространства не выносит от слова совсем. А стоять во внезапной "планке" Сущий сможет ну очень долго, огромное спасибо тренировкам. Несколько прядей светлых волос выбилось из неопрятного хвоста, мимолётно касаясь лица Айзавы. Тот в свою очередь титаническим усилием воли пытался продолжить проверять чёртовы работы и скрыть появившейся на бледных щеках лёгкий румянец. Что этот идиот вообще делает?... Нельзя было, как любой бесячий человек на его месте, продолжить изводить издалека? Казалось, темноволосый даже слышал стук сердца внезапно приблизившегося радиоведущего. Сотриголова принял условия столь смущающей игры, но сосредоточиться на тексте уже не мог. Взгляд антрацитовых глаз задумчиво блуждал по кривым строчкам, но составить хотя бы простейшее слово из букв он не мог. Это не укрылось от невероятно внимательного взгляда меломана. Тот одной рукой легко выхватил тетрадь, откинув её куда то в сторону. Условия всё усложняются. Теперь, когда не к чему проявлять нешуточный интерес, Айзава принялся изучать стены своей же комнаты. Но толком сосредоточиться и не получается. Немного понаблюдав за попытками брюнета продолжить игнорирование, Хизаши всё больше изводил бедного Ластика. Светловолосый приметил одну мелкую тёмную прядку, что выбилась из общей причёски. Мимолётно коснувшись стремительно краснеющей щеки, он медленно заправил за ухо надоедливую прядь. Вот тогда Шота не выдержал, и всё же глянул на лицо этого ходячего, но столь любимого раздражителя. Взгляды обоих учителей встретились. Взгляд чёрных, практически бездонных глаз ненадолго остановился на чужой цветной радужке, а потом изучающе скользнул по лицу Хизаши, примечая буквально всё. Мелкую родинку, что ранее скрывалась под тональником, блики на копне пшеничных волос, по девчачьи длинные ресницы... Всё в этом человеке прекрасно. Неожиданно, Ямада резко подался вперёд, почти сократив ничтожную дистанцию меж их лицами. – Да что ты делаешь? – Дрожащим голосом спросил темноволосый, хрипло выдохнув это почти в сухие губы собеседника. – О, так ты соизволил ответить. Знаешь, из тебя в самом деле получилась милая горничная. – Медленно, растягивая каждый слог тихо произнёс Мик. Едва он закончил говорить, Шота добил то едва заметное расстояние, решительно вовлекая возлюбленного в их первый поцелуй. А спор он тогда выиграл. Каяма исправно угощала больше-чем-друзей в том самом баре, но и по сей день не догадывалась о столь интересном времяпровождении в её отсутствие...