Ясное небо, в огне войны

Вольфганг считал секунды до своей кончины, но вместо этого услышал звонкий удар, после чего последовал крик, наполненный болью. С Вольфа вмиг сняли повязку, и перед ним оказался Миллер, с металлической трубой в руках. Она была в крови, и было ясно кого же он её ударил. На полу схватившись за голову, лежал Оскар, с разбитым затылком. — Я так и знал, что он нам не друг! — сплевывая сказал Миллер, грозно смотря на Оскара. — Спасибо Мил, ты мне помог… — Рано радуетесь! — прошипел Оскар, наводя ствол на Миллера. Невнимательность привела к ранению плеча парня. Но Миллер не отступил и схватив трубу, ещё раз огрел её Оскара, и тот наконец упал без сознания. — Надо быстрей убираться. Тс! Надо же было ему именно в плечо стрельнуть… — Надо спасти Гришу! Они его живим не отпустят. Они, взяв по стволу, выбежали в холл, и увидели то, чего вообще не ожидали. Вся комната усеяна трупами, и просто оглушёнными людьми. Где-то из дальней комнаты послышался детский плач и женские крики. — Не убивайте! — кричала женщина. — Мэм, я не сделаю вам нечего плохого… Просто заберите этого ребёнка. Гриша старательно пытался успокоить женщина, и спасти ребёнка. Сам он был весь в крови. — Вольфганг… Он точно человек? — спросил Миллер, смотря на всё это. — Не могу сказать точно… Но я сам в шоке. Мужчина обернулся на голоса, и поняв, что с Вольфом все хорошо, рухнул на колени. — Слава Богам, он живой, — пробубнил себе под нос Гриша. Вольфганг сразу же подбежал к Грише, и крепко того обнял. Он сожалел о том, что не послушал мужчину ранее, но сейчас было главное, что он живой. — Гкх… Вольф, осторожно! Со свистом в тело Гриши попала пуля, и тот рухнул на пол. Оскар оклемался слишком быстро, для человека которого два раза огрели трубой. — Я же сказал, рано радуете!.. Он не успел договорить, ему в голову прилетает кирпичом. Это было неожиданно, но пока Вольф с Гришей обнимались, Миллер стоял прямиком у входа, и когда Оскар объявился, он даже не удосужился обернутся, и схлопотал камнем. — Спасибо Милл, — спокойно выдыхая сказал Вольфганг. — Я лучше его свяжу, пока снова не пришёл в себя… Парень сразу же спохватился оказывать первую медицинскую помощь пострадавшему. Это было трудно, но ему помогла та самая женщина, которая испугалась Гриши сначала. Она оказалась медсестрой, которую группа Оскара тогда перехватила, и большую часть перебила. Когда удаление пули прошло успешно, и уже зашивали рану, Гриша потерял сознание. Это было не удивительно, но Вольфа это ввело в панику, но его успокоили, что все будет хорошо. И правда, все было хорошо. Но Гриша не приходил в себя пару дней, что оказалось хорошей возможность для Вольфа отплатить за тот случай с лихорадкой. Он выхаживал его три дня, пока тот не пришел в себя. Благо, когда он пришел в себя, Вольф расплакался от счастья. Это было бы смешно для Гриши, ведь о нем, о старике которому уже за сорок беспокоится мальчик… Но это дало ему понять, что он ему хотя бы нужен. — Вольфганг, иди ко мне, — Гриша распростер руки, дабы показать, что хочет обняться. Парень подошёл к нему, и всё ещё плача, уткнулся мужчине в плечо. — Со мной все хорошо, чего разревелся как девчонка? — Мне было так страшно… Я думал, что ты умрёшь! — парень не переставал плакать. Гриша не мог больше слушать как он плачет, и отстранил его от себя. — Перестань, иначе мне придётся принять контрмеры, — сказал мужчина с очень серозным лицом. — Я не могу, — всхлипывая сказал Вольф. — Ты сам нарвался. Гриша заткнул его, поцеловав прямиком в губы. После он отстранился, да бы посмотреть на реакцию мальчишки. Но это ввело и его в ступор… Мальчишка не был испуган, и даже не продолжал плакать. Он покраснел, и не выражал ничего. От такой реакции даже самые чёрствые люди обидятся. — Ты чего? — пощелкал перед носом, мужнина пытался его привести в чувства. — Я-я… После он попустил руки на пах, что уже дало понять кое-что… — Только от поцелуя? Серьёзно? — Гриша был в шоке, но и радость это тоже принесло. — Это все ты виноват! Вот теперь на лице Вольфа читалось обычное смущение. — Хочешь продолжить? — мужчина положил одну руку на бедро парня, который уже сидел на нем. — Да… Гриша приподнялся, и снова впился в его губы. Вкус метала ударил по вкусовым рецепторам. Пройдясь языком по губам Вольфа, он слизал остатки крови, из небольшой ранки на них. Щиплющую боль, перекрыла боль от укуса. Но эта боль отбилась приятным ощущением на подкорки мозга, заставляя и так возбужденный орган, пылать желанием ещё больше. Хотелось поскорей пропустить эти мучительные пытки, которые отбивали последние отголоски здравого смысла, заставляя уподобляться животному в период гона, ведшего препятствий для соития. Наконец Гриша опустил руки к рубахе, которая скрывала его многочисленные пулевые, и не только, раны. Данный вид красивого и накачанного торса, заставил парня принять более радикальные меры, нежели простое плаванье по течению событий. Он сдернул с Гриши остатки одежды, и принялся делать минет. Не сказать, что это был самый лучший минет в жизни мужчины, но и не сказать, что это было ужасно. Гриша в какой-то момент даже простонал, что удивило Вольфа. Параллельно второй рукой парень себя растягивал, иногда замедляя движения ртом, то наоборот ускоряясь и беря всё глубже. Когда поумствовал что уже готов, уложил мужчину на лопатки, и самостоятельно ввел в себя эту махину, садясь верхом. Он не думал, что член окажется настолько большим, и по началу было очень больно, даже при том, что получилось растянуть аж до трех пальцев. Когда Вольф ввел член до половины, он подумывал пока прекратить, и растянуть себя посильней, но холодные руки Гриши, которые оказались на его талии, просто насадили его до конца. Резкая боль, и обеспокоенный голос Гриши, отдались эхом в его голове, и он чуть не отключился, но что-то не дало это сделать. Взяв всю силу в кулак, он попросил пока посидеть так, ведь эму очень больно, что он даже говорить не может. Та самая ранка на губах, снова начала кровоточить, ведь Вольфганг буквально впился губами в израненные губы. Хватило всего пяти минут что бы парень привык, и он сам начал движение. Плавные и не очень уверенные движения, заставляли мужчину просто уходить с головой в действие. Так хотелось поставить парня раком, и вдалбливаться до такой степени, что бы тот просто расплакался, но понимание того что он сам не очень хорошем состоянии, да и делать Вольфу больно, ещё и после того что случилось — не хотелось. Он просто наблюдал за неловкими потугами парня, но уже спустя минут двадцать не выдержал, и все же поменялся с ним местами, оказавшись над ним, но все также в нем. — Можно мы продолжим в таком положении? Грише не нужно было одобрение, ведь он все равно продолжил делать по-своему. Парень просто кивнул в знак согласия, и Гриша не сдерживаясь начал входить во всю длину, от чего первые пару проникновенный парень не мог нормально вздохнуть. Под конец Вольфганг был выжат как лимон, а на лице Гриши была радость. В этот раз мужчина не потеряет близкого ему человека. Ни за что и никогда…