//ты точно такая же//

Вот, светловолосая уже направлялась к районному участку полиции, дабы написать заявление. Конкретно, она хотела написать его на Кристину и Дениса, так как понимала, что все остальные больше как смотрители и пока что, кареглазая решила ничего про них не писать. Написав заявление, Саша с чувством выполненного долга пошла домой где еë ждала до сих пор мирно спящая Алëна. Горбачёва шла сквозь стен домов, направляясь к своему, ничем не отличающемуся от других. На улице вновь пошëл снег. Крупные хлопья из собрания снежинок подали на улицы образуя на дорогах толстый слой. Снежинки так же опадали и на лицо кареглазой, та лишь немного прищуривалась, смахивала их и шла дальше. Заходя в родную квартиру, Саша разулась, сняла куртку и тихо прошла в комнату, где Алëна уснула. Как оказалось, девушка делала всë тихо не зря, Швец до сих пор спала. Выглядело это довольно мило. По сравнению с большой двуспальной кроватью, голубоглазая казалась на ней маленьким котëнком, что свернулся клубочком. Девушка успела натянуть по мимо пледа ещë и одеяло, но как было позже замечено Сашей, младшая всë равно дрожала. На самом деле, как бы тихо старшая ни открывала дверь, Алëна всë равно проснулась от звука открывающейся двери. Голова девушки сильно болела, тело дрожало и у него самой не было сил на то, чтобы подать хоть какие-то признаки жизни. Она лишь приоткрыла глаза, и то этого не было видно. Старшая аккуратно закрыла дверь выходя из комнаты. В комнате с шкафом она переоделась в домашнюю одежду и вновь направилась в комнату к голубоглазой. Там она аккуратно присела рядом, немного поправив красные пряди, которые спадали на лицо Швец. После этого девушка чуть сильнее приоткрыла глаза и это заметила Горбачёва. - Не спишь что ли? - Шëпотом спросила Саша. Алëна, от бессилия лишь кивнула, подавая признак жизни. - Ты себя нормально чувствуешь? - Положив руку на лоб спросила кареглазая. В ответ вновь лишь проявление признаков жизни, только на этот раз отрицательное. Горбачёва, положив руку на лоб, уже поняла что у Швец высокая температура, но тем не менее решила проверить градусником. Замерив, Алëна первой увидела результат. - Сколько? - С беспокойством в голосе спросила кареглазая. - 38.9. - Хрипло ответила голубоглазая. Саша уже хотела что-то сказать, но Алëна начала первой. - Ладно, спасибо, я домой пойду... - Пытаясь встать с кровати произнесла девушка. - Кто б тебя ещë отпустил. - Ответила светловолосая, притягивая красноволосую назад, в ответ получив вопросительный взгляд. - Ты правда думаешь что я тебя отпущу больную? - Продолжила кареглазая. - Прости... - Привычка извиняться за любое действие оставалась. - Завтра уже всë нормально будет. - Виновато продолжила Алëна, щурясь от боли в горле. - Какое завтра? Лежи лечись спокойно. - Вновь прикрывая одеялом, спокойно сказала Горбачёва. - Спасибо... - Швец хотела обнять старшую, но не стала, боясь заразить. Саша это заметила и ложась рядом обняла Алëну. Светловолосая в любом случае понимала, что это переохлаждение и это не заразно, к тому же, ни в коем случае не оставила бы младшую одну. Так они пролежали ещë несколько минут, но вспомнив про хоть какие-то таблетки, кареглазая пошла к месту, где они обычно лежали. Когда девушка принесла несколько таблеток вместе со стаканом, красноволосая ещë раз поблагодарив выпила их. - Давай, спи теперь опять, легче будет. - Приобнимая сзади сказала Горбачёва нежно целуя Алëну в щëку. Почувствовав тëплые руки старшей, красноволосая вновь уснула. Когда это произошло, Саша продолжила просто лежать рядом. Она одной рукой обнимала младшую, а второй немного поглаживала дрожащую руку. Иногда светловолосая проверяла температуру, которая постепенно падала. За окном начался снегопад с сильным снегом. Снежинки кружило в воздухе, а ветер завывал, словно деревенская собака, которую забыли впустить домой в мороз. Всë это придавало некую атмосферу. Было и впрямь интересно смотреть на хоровод снежинок под аккомпанимент ветра. В наушниках кареглазой тихо играли самые старые песни Земфиры, а сама девушка заинтересованно читала Булгакова. После прочтения очередной главы, светловолосой в голову пришла идея для песни. // Осень, вот тебе те тюльпаны... Небывалой, как у Булгакова, желтизны. Тебе не холодно? Осень же, закутайся в шерстяные шарфы... // - Появились в заметках на телефоне совсем новые строчки. Иногда Горбачёвой приходили идеи для песен. Это происходило не часто, но и не редко. Девушка могла иногда писать песни целыми днями, а иногда не написать не одной за несколько месяцев. К вечеру песня была готова. На часах виднелось "19:47". За всë это время Саша так и не вставала, просто не оставила бы младшую одну, хоть и могла спокойно уйти на кухню, где обычно и рождались новые творения. Ещë через несколько минут вновь проснулась Алëна...