бред автора-насекомого

      - ..Я серьёзно. Я переживу тебя всех многих из наших нынешних фанатов, переживу Натали, своих детей, внуков, воспитаю седьмое поколение правнуков, всё ещё не помру и даже в лице не изменюсь. Кстати, ты же можешь умереть от моих рук. Но ты мне не поверишь, и слава богу. - Буквально на секунду на его лице растянулась улыбка. - Докажи. - Вместо возражений и утверждений, что это бред сумасшедшего и/или наглый пиздёж, требует Антон. - Как? - Укуси меня..? - Предложил он, на что получил недоверчивый взгляд. - А ты вытерпишь? Будет больно. Тони немного улыбнулся, кивнул. Проследовав к Игорю, он сел к нему на колени, выказывая всю свою готовность и решительность. - Ничё, думаю, и похуже бывало, - усмехнулся он, - Приступай. Он старался как-то оттянуть время, дабы Антон успел засомневаться в том, что это действительно то, что ему сейчас нужно. Да, Тони понимал на что идёт, понимал, что его ждёт боль, возможно, много боли, но не настолько же. Его будто двумя вязальными спицами проткнули: Вроде тупые и опасности не представляют, но если всё же так резко вгонишь их в кожу - мало не покажется. Неприятные ощущения от того, что в него вот так впились, расползались от плеча по всему телу, заставляя покрыться мурашками, протянуть что-то бранное и резко заметно вздрогнуть. - Не дергайся. - Отстранившись от парня, полушёпотом посоветовал Александров, всё же отмечая, что укус неровный, и кожа немного-таки треснула. Он никогда насчёт аккуратности особо не волновался. Но сейчас мало того, что он в здравом рассудке, что он не животное, которое набросится на первую попавшуюся жертву; Сейчас он оставил эти глубокие следы ни на ком-то вообще левом, которого видит в первый и последний раз, а на своем лучшем друге. Антон согласно кивнул, руками крепче сжимая плечи мужчины. Казалось, он и сам его пальцами вот-вот проткнёт, настолько сильно вцепился в него. С образованных отверстий текла кровь. Чёрные крупные капли скапливались в самых ранах, разрастаясь, и под действием того, что Антона немного потряхивает, стекали вниз, оставляя характерные, бордово-коричневые следы. Проводя по одной из таких дорожек языком, стирая её, Игорь решил, что всем этого хватит: Антон, должно быть, уже натерпелся, а у него в крови нет сейчас особой потребности. Но почему-то сам факт того, что Антон же это и предложил, немало забавил и заставлял закончить начатое. Очередной всхлип Тони вызвал в нем новый приступ какой-то злости и жалости к нему одновременно. Несмотря на второе, он снова впился в него. Как итог, на Антоне теперь четыре лишних, не предусмотренных природой, дырки, и все истекают кровью по его коже, вот-вот запачкают его одежду. Раут заставляет его поднять голову, оторваться от причинения ему вреда, о котором он фактически сам же попросил. Встретившись с ним взглядом, он вновь непроизвольно отпрянул, едва не упав. Он всегда находил глаза Игоря какими-то неправильными, неестественно яркими, а сейчас, когда зрачки его стянулись в тонкие полоски, ему показалось, что он смотрит в глаза какому-то хищному зверю. Ему помогли удержать равновесие, хотя он сейчас не мог разобраться, к лучшему оно или к худшему. Стоило рухнуть наземь и валить от него куда подальше или продолжать добровольно отдаваться в лапы этого монстра?.. - И что теперь ты со мной сделаешь? - Спросил Тони, когда тот вновь вернулся к своему занятию. Он не сосал кровь из него, нет, он лишь слизывал уже скатившиеся и только образующиеся её капли, будто играясь или извиняясь. Это чувство было непривычно, учитывая то, кто вообще этим делом сейчас занят. Странно, что Антон не испытывал вообще никакого отвращения. И наверное, даже больше: Если бы не боль, может он бы даже кайфовал. - Убьешь, как свидетеля чего-то паранормального? Я же слишком много знаю типа, не? - Не знаю.. Много внимания с твоей смерти будет.. - Он не поднимал взгляд на него, кусающего губы в попытках хотя бы приглушить свое болезненное скуление. - Ну не сдерживайся, не надо.. Мне нравится, как ты стонешь. - Он улыбнулся, когда Антон постарался слезть с него, потерпев неудачу, ведь его лишь ближе к себе прижали. Антон просил о прекращении пытки, хныча, упираясь руками в стену и стараясь немного успокоить бешеное сердцебиение, сбившееся дыхание, пытаясь держать равновесие самостоятельно и терпя очередной укус, срываясь на очередной стон и больше никак не желая препятствовать. Его свалили в сторону в положение лёжа, нависая сверху. Он уже сам не замечал, как слёзы стекали с глаз, как он сменил своё поведение на едва не панически испуганное, как самостоятельно же искусал собственные губы в кровь. Он ничему не сопротивлялся и спокойно принимал любые действия того. Уже, кажется, не чувствуя боли из-за накатившего страха, но почему-то чувствуя себя чем-то, что используют и выбросят. Он поддался, когда с него стянули футболку, и выгибался вампиру навстречу, не смотря на всё свое желание прекратить всё, что сейчас происходит. Чувствовал собственную кровь на губах Игоря, стонал в грязные поцелуи, обхватывая его шею руками, почему-то дико желая того, к чему всё ведёт.. ***       - Помоги мне! - Чем? - Антон совершенно не заинтересован в его бедах, реагируя спокойно, не обращает никакого внимания на его резкий восклик, на смысл им сказанного. Его ответа, соглашения или возмущений никто не дожидался, раз уже через пару мгновений он был прижат к стене. - Ёбаный ж рот! Ты совсем страх потерял?! - Невольно крикнул он, тщетно стараясь вырваться, оттолкнуть его. - Отпусти меня! Какая блядская муха тебя укусила?! - Сидеть, блядь! - Рявкнул Игорь, и Тони мгновенно успокоился, лишь с упреком, некоторыми смущением, страхом смотря в его глаза. Он дожидался следующих его действий. И, каким бы смелым он ни был, ему было страшно от неизвестности и банально от поведения Топора. Теперь, казалось, Антон и сам по себе жался ближе к стене. Скоро безо всякого страха его отпустили, но он остался на месте, не позволяя себе и шелохнуться. - Я надеюсь, тебе не с недотрахом помогать надо? - Вполне серьёзный вопрос он сводил к шутке своим тоном. - Как пойдет. - Он нехорошо оскалился, забираясь ладонями под свитшот Раута. Он не реагировал отрицательно, но и положительного отношения к происходящему не выражал, лишь уводя взгляд в угол комнаты, заливаясь краской. - И часто к тебе мужики под одежду лезут, раз ты вот так реагируешь? - Тебе позволено.. - Тихо признался он, закрывая лицо рукой и отворачиваясь, но его быстро вернули в прежнее положение, стягивая с него кофту. Он поёжился, когда холод окутал его тело и покрылся мурашками после прикосновений Игоря. - Хорошо, запомню. - Просто заткнись, пожалуйста.. - Попросил он, и уже через десяток секунд взвыл, искренне жалея, что рот Игоря занят не разговорами, а новой пыткой. Тони думал, что того весьма печального опыта больше не повторится, но вот, кажется, судьбе и Игорю было похуй на все его надежды. Антон на инстинктах попытался оттолкнуть его от тебя, что показалось просто детским сопротивлением против ребят постарше. В этом так же не было никакого смысла. - Постой, пожалуйста, послушно! - Настойчиво попросил Игорь, крепко вжимая Антона в стену, но почти мгновенно отпуская его из-за его болезненного шипения. Он честно старался отвлечься от боли на что-то ещё, но каждый раз она накатывала на него новой волной, заставляя крупно дрогнуть и заскулить, закрывая рот руками. В один момент он потерял всякое равновесие, силы, едва не рухнув на пол. - Да ты хули такой слабый? Девки подольше тебя стоять будут. - Упрекнул его Александров, взяв его под бёдра на руки и всё так же прижимая к стене. Он машинально скрестил ноги у него за поясницей из банальных соображений безопасности, скребя ногтями по стене, но после укладывая руки на плечи Игоря. Это просто какая-то совсем неправильная ситуация. Совсем неправильная его реакция на совсем неправильные действия Игоря. Совсем неправильно сейчас чувствовать возбуждение, желание бóльшего, удовлетворение от боли. Совсем неправильно наслаждаться такой близостью в такой момент, запрокидывая голову, рвано выдыхая и прижимаясь к нему ближе.. - Ты грёбаный извращенец-мазохист, ты знаешь об этом? - Усмехается Игорь, замечая его удовольствие. - Знаю.. - Шепчет Антон, не давая ему вернуться к оставленной им же ране, затягивая в поцелуй со вкусом его крови..