Сrazy in love

Томас остановил машину перед шикарным особняком и заглушил мотор. На улице раннее утро, Томас только вернулся с ночной смены, он дико устал, но понимал и то, что дома тоже полно работы. Долго мужчина не выходил из автомобиля, задумавшись, он смотрел вниз. Его рука автоматически достала из кармана пиджака телефон, заставкой на экране служила одна фотография. На ней был изображён сам Том в обнимку с высоким, симпатичным мужчиной. Наверное, это единственный приятный момент из жизни, который испытал Томас. С тяжёлым вздохом мужчина покинул салон автомобиля и медленным шагом поплёлся к особняку. Открыв дверь и войдя вовнутрь, Том не услышал ничего, кроме тишины, которая до боли сдавливала грудь. Немного постояв в прихожей, он прошёл в гостиную, где у камина, на большом диване шоколадного цвета сидел мужчина, тридцати пяти лет. Его густые брови насупились, а чёрные, как сама ночь, глаза коварно блеснули. Даже не глядя на него, Томас чувствовал этот тяжёлый взгляд и эгоистичную улыбку, до ушей долетел сухой смех. - Как ты вовремя, - мужчина басил и говорил очень медленно, словно сам наслаждался своим голосом. - Здравствуй, Ли, - тихо поздоровался Томас. - Значит, так, - Ли встал с дивана в полный рост, медленно приближаясь к своему собеседнику. – Кухня твоя, приготовь мне завтрак, и я поеду на работу. Получив распоряжение, Томас быстро прошмыгнул на кухню, чтобы избавиться от сверлящего взгляда Ли. Он бы всё отдал, лишь бы никогда не встречаться с этим мужчиной, Том ведь даже не знал, что всё так обернётся. Встав возле плиты, Томас принялся готовить завтрак, а из головы у него не выходили воспоминания, что треплют его душу. Случилось это пять месяцев назад. Том работал, да и работает по сей день травматологом в местной больнице, и как-то к нему на приём попал Ли с переломом руки. Томас следил за срастанием костей, а Ли, в свою очередь, следил за ним. Его покорила доброта, простота и невероятная красота мужчины, он больше походил на принца, чем на доктора. Тонкие черты лица, мелодичный голосок, ослепительная улыбка, светлые волосы и блестящие зеркальные глаза, цвета неба. Ли хотел обладать таким мужчиной, он всего добивался сам, и сейчас решил, что заберёт то, что хочет. Он стал ухаживать за Томом, каждый день говорил ему комплименты по поводу одежды, причёски, парфюма, шутил с ним, и доктору это нравилось, ведь Ли был видным мужчиной. Через некоторое время кости пациента полностью срослись, и Ли перестал видеться с Томом, но у него остался его номер телефона, а в голове уже созрел один план, который мужчина вынашивал очень долго. Выждав момент, вечером он позвонил Тому. Гудки выводили Ли из себя, но когда, он услышал долгожданный голос, он мигом собрался, сделав свой голос максимально слабым. - Здравствуй, Ли, что случилось? – бодро спросил Томас. - Том…Я взобрался по лестнице на книжный шкаф и упал. Не знаю, что со мной, но всё тело болит и…трудно дышать, - голос Ли звучал довольно убедительно. - О боже, - переполошился доктор. – Возможно, ты сломал ребро. Только бы кость не пробило лёгкое. Ты всё ещё в своей домашней библиотеке? - Да, лежу на полу. - Хорошо, ни в коем случае не вставай, я скоро приеду, всё будет хорошо, - Том тут же бросил трубку и сорвался с места. Он пару раз навещал Ли, приходит к нему на дом, осматривал его, поэтому Томас знал, где живёт его пациент, и знал расположение особняка. Доктор примчался очень быстро, мигом зашёл в жилище и прошёл в домашнюю библиотеку. Он глазами окинул комнату, но не обнаружил там Ли. Томас сильно испугался, а когда услышал за спиной щелчок замочной скважины, испугался ещё сильнее, даже выронил из руки чемодан с медикаментами. Обернувшись назад, он увидел Ли, он запирал дверь, а когда покончил со своей работой, засунул руки в карманы брюк и стал очень медленно приближаться к Тому. С каждым его шагом врач чувствовал, как страх сжимает его глотку. Он не знал, что сейчас произойдёт, поэтому попытался как-то выказать своё недовольство. Собрав последние силы в кулак, Том возмутился: - Ли, что это значит?! Но Ли в ответ только улыбнулся, медленно нарезая круги возле своей жертвы. Он не болен, ничего не сломал, жив, здоров, стоит и улыбается! Томас, находившийся во власти страха, вдруг чётко осознал, что сейчас с ним сделают. Когда Ли оказался за его спиной, он резко отвернул голову в сторону большого окна, которое было зашторено. Да, кажется Ли тщательно подготовился, завесил окна, запер дверь, обманом заманив в свою ловушку Тома. Просчитал все ходы. Почувствовав, как чужая рука накрыла собственную, Томас вздрогнул от неожиданности, посмотрев вниз, на сплетение рук. Это вызвало мурашки, возбуждение немного подступало, но страх не давал прохода. Медленно, ловкая рука Ли забралась под рубашку Тома, лапая крепкое, идеально сложенное мужское тело. - Ли, - выдохнул Томас, не в силах больше сдерживаться. – Что ты делаешь? Но Ли не ответил. Доктор знал, что этого нельзя допустить, он не должен, но хозяин дома стоял на своём. Схватив Томаса за горло, Ли придвинул его к себе вплотную, и жадно впился в его губы. Тома всего заколотило от страха, он прервал поцелуй, вдохнув воздух полной грудью. - Мы ведь мужчины, - он пытался возразить, но Ли его и слушать не хотел. Он снова припал к губам своей жертвы, проникая языком вовнутрь, а потом резким движением развернул любовника, сильно впечатав его в стену. Том зашипел от боли, попытался уйти, но, неожиданно для себя, получил удар по лицу. Ли придавил его своим телом, крепко схватил за волосы и замахнулся ещё раз. Тогда Том зажмурил в страхе глаза и притих, позволив мучителю сделать то, что он так долго хотел. В тот день Томас и стал собственностью Ли. По его настоянию он переехал в его особняк, и они стали однополыми супругами. Вначале Тома всё устраивало, Ли был хорошим любовником, дарил незабываемые ночи, но обращался с супругом, как с вещью. Он мог его оскорбить, ударить, приласкать, но он никому не позволит, чтобы кто-то другой прикасался к его собственности. Том не возражал, всё терпел, находя плюсы во всех недостатках. И, как теперь известно, Ли из разряда тех мужчин, которые не любят ни с кем делиться. Том всё стоял у плиты, жарил омлет, изредка посматривая на грязную посуду, стоявшую справа от него. Она осталась ещё со вчерашнего дня, и это Том будет всё мыть. На кухню зашёл Ли с галстуком в руке, он никогда не умел его завязывать, или просто не хотел. Сунув галстук в руки супругу, Ли коротко бросил: - Завяжи. Том сначала убрал омлет с плиты, поставил его на стол, а потом руки в боки, и пошёл возмущаться. - Неужели, в моё отсутствие, ты не мог помыть посуду? – спросил он. Ли этому очень сильно удивился, его густые брови поползли на лоб. В первый раз Том повысил на него голос. - Давай-ка кое что уточним, - сказал в ответ Ли. – Я мужик, я зарабатываю деньги. Кухня здесь. Ещё вопросы будут? - То есть я не мужик, и не зарабатываю деньги? – Том обиделся на то, что его принимают за кухарку. - В моём доме ты никто, понятно? – Ли повысил голос, ещё немного, и он перейдёт на крики. - У меня есть свой дом, и я…. - Молчать! – Ли замахнулся. От его крика у Тома зазвенело в ушах. Он снова зажмурился, показывая страх и слабость. Взяв его одной рукой за грудки, Ли напомнил ему одну вещь: - Ты всего лишь объект для секса. Ни больше, ни меньше. От этих острых слов, у Тома к глазам подступили слёзы, но он держался. Очень обидно, что супруг считает его слабым, хотя, на самом деле это не так. Том тоже может накричать и ударить, но эти действия лишь усугубят его ситуацию, да и время ещё не пришло, нужно ждать. Ловким движением мужчина завязал галстук на шее любовника и замер. Ему вдруг так захотелось затянуть этот галстук, как удавку на шее тирана, и совершить убийство, но ещё рано, да и убийство совсем не входит в его планы. Чтобы отвести от себя подозрения, Том, с помощью всё того же галстука, придвинул к себе Ли и крепко поцеловал его.