Ричард Окделл - сын мятежника

Прошел год, и другой… И еще один. И Ричард понемногу научился всему, что должен уметь тот, кто думает о своей земле, своем замке. О людях, которые живут в Надоре. Благодаря помощи Алвы и хорошему управляющему Надор стал развиваться понемногу. Не сразу получилось разобраться во всех хитросплетениях. Но, как ни странно, помогли бумаги покойного тессория. Их отдал Ричарду Леонард, который получил титул после гибели троих родственников.       Несмотря на то, что они отвратительно относились к маленькому Дику, теперь Окделл не желал им зла. Напротив, старался поддержать и дядю Лео и женщин – Марию, потерявшую свекра, мужа и сына, и двух дочерей, Иоланту и Лионеллу. Особенно сильно переживала утрату младшая, Лионелла. И молодой эорий старался утешить ее. Дик стал писать ей из Надора, и в один из своих приездов в столицу попросил у Леонарда, графа Манрика руку и сердце его племянницы. К тому времени Ричарду было чуть больше двадцати.       Арно отслужил у Лионеля, а после стал одним из отчаянных капитанов в Торке, где и остался. Благо, с Дриксен и Гаунау был заключен мир, и служба на границе стала по большей мере охраной от контрабандистов. Эмиль по-прежнему возглавлял Южную Армию. Что касается Лионеля, он продолжал жить наездами, и чаще в дороге – между Гаунау и Талигом.       После гибели Константина его друзья, встретив Ричарда, не стали задирать его. Наоборот – Эстебан признал, что они были неправы, и предложил пойти в таверну и выпить по бокалу вина за примирение. И за упокой души их друга. Что и было сделано.       Что же касается Рокэ, то он больше не брал оруженосцев. Он вообще отдалился от двора, и больше времени проводил в родном краю. Писать письмо Ворон не любил, и поэтому общение на время прекратилось. Лишь через десять лет бывшим эру и оруженосцу все-таки удалось встретиться. Это случилось на одном из приемов во дворце. Рядом с Алвой была миловидная женщина в цветах Дома Ветра. Она держала за руку мальчика лет восьми. Дик взглянул на него и остолбенел – на него смотрел... Эжен Алва. Только глаза были не карие, а ярко-синие – наследство отца. - Знакомьтесь, Гонсало – это герцог Окделл, мой бывший оруженосец. Хотя, как сказал в свое время старик фок Варзов, бывших эров не бывает, как и бывших оруженосцев. Дик, я рад вас видеть в Олларии. Скажите, как поживает ваша супруга? - Благодарю, она в добром здравии, но не любит выезжать в столицу. К тому же трое детей занимают весьма много времени. - Понимаю. Хотя у меня пока всего один.

***

      Что было дальше? А просто жизнь шла своим чередом. Ведь лучше всего, когда в столице и на окраинах мир и покой, когда каждый делает то, что должен, и когда потрясения остаются в прошлом, обрастая ворохом домыслов и легенд. Излом был благополучно пройден и забыт. А Ричард Окделл знал, что в один прекрасный день придет на площадь в день святого Фабиана, чтобы назвать имя маркиза Алвасете.