последний пасс

      В комнату вошёл паренёк, который был немного выше Шоё. Это был Кенма. Он нежно улыбнулся и прошёл по палате, вдыхая запах больничных препаратов, он сел рядом с Шоё и достал свой телефон из кармана. С большим с его стороны неприличием, он начал играть в него перед рыжим. Хей, Кенма, я рад видеть тебя.. Кто рассказал тебе о том, что я нахожусь в больнице? - Хината встал с белой простыни и прикрыл собой свет, что падал на Козуме, его руки сложились на бёдрах, он выглядел как учитель, который ждал объяснений в провинности ученика, но на его лица была красивая улыбка, он выглядел счастливо перед Кенмой. А, Шоё.. - Козуме забрал прядь волос за ухо, взгляд был уставлен на рыжего, глаза были полны спокойствия, Кенма растаял от улыбки Шоё, он был его лучшим другом. По словам Кенмы - Шоё самый лучший друг, который может помочь и открыть глаза на мир, он особенный. Особенный, как рассвет утренней зари, или моживельник в росе, как лёгкий дождь среди пыльного дня, или объятия любимой тетушки. В одном целом - он прекрасен. Ну что? - Шоё подошёл ближе и положил руку на плечо Кенмы, он все ещё смотрел на него своим вопросительным взглядом. Наконец игроман пришёл в себя. Он мотнул головой, пытаясь понять, почему Рыжий так смотрит на него, он положил свою руку на руку Шоё, которую тот положил Козуме на плечо. Кенма вновь улыбнулся Шоё. Кенма, что с тобой? Ты меня вообще слушаешь, или как? - В голосе Хинаты была капля раздраженности, его бесило, когда его не слушали окружающие его люди. - Почему ты тут? Как ты узнал? - переспросил Кенму Шоё и убрал руку с его плеча, он ждал ответа, выглядел же он очень серьёзно. А.. Мне Тобио рассказал. - произнёс улыбающийся Кенма. А он откуда знает? - снова напал с расспросами Шоё, ему было интересно, что творится там - в обществе. Он принёс тебя сюда. - рассказал Козуме, смотря на Шоё, он чувствовал себя очень полезным, ему так нравилось это, что его улыбка стала ещё шире обычного. Кенма, все в порядке? Почему ты так улыбаешься, случилось что-то невероятное? - с большим интересом спросил Шоё, он надеялся на то, что его друг расскажет о какой-нибудь победе их команды, или о чем-то подобном. Нет, ничего такого. - Кенма поменялся в лице, чтобы не подавать вида для Шоё, ему вообще не хотелось портить отношения, но сейчас он был как-будто одурманен вином высшего сорта. Резкий момент и рука Козуме была на талии Шоё, моргнуть глазом Шоё не успел, как был уже в объятьях Кенмы. Объятия были уютные.. уютные, как свитор, который с годами становится лишь теплее. Ему понравилось, но тут его уют превратился в беспокойство. На своей шее Хината почувствовал горячее дыхание. Кенма одарил нежным поцелуем его шею. Шоё это привело в ужас. Кенма, нам стоит разомкнуть объятия. - Рука Шоё упала на шею Козуме, она была нежная, как первый лучик солнца апрелевским утром, как та, какой она должна быть. Это взбудоражило Кенму, он был готов обнимать Шоё хоть вечность, его очень возбуждал Хината, он не мог отпустить его, ему было хорошо. Кенма. - утверждающе произнёс рыжик. Ему было не очень комфортно от такого поведения Кенмы, он никогда не видел его таким безнадежным. Честно сказать, он был в шоке от него. Что же случилось с его милым Кенмочкой? Объятия разомкнулись и настала минута молчания между парнями. Одному было стыдно, другому обидно. Через мгновенье Шоё посмотрел на Кенму и тихо положил руку на его щеку, поднимая его голову на его лицо. Козуме грустно взглянул на рыжего и отвёл взгляд вниз, ему было очень стыдно от того, что он делал с Шоё. Каждый имеет право стыдиться перед кем-то. Зачем ты это сделал, Кенма? - спокойно спросил Шоё, безусловно у него горело желание разузнать об этом больше, как ни крути всем бы было интересно. Ты невероятно красив. - ответил Кенма. Повисла тишина. Шоё сидел красный от признания Кенмы, ему стало стыдно как и его лучшему другу, они не думали, что все повернётся так, как есть.

***

Как думаешь, Ямс, стоит ли мне оставаться в этом петушатнике? - шагая домой спросил Тсукишима, он думал, стоит ли ему уйти из Карасуно. Ему не нравился актив их команды. Кагеяма вечно пропадал, Хината болеет, остальные ленятся заниматься. В их занятиях не было никакого смысла, они как-будто тратили свои силы в пустую, в никуда, чтобы лишь казаться великими спортсменами на глазах людей, показывать как они занимаются, чтобы получить похвалы, а на самом деле это была лишь ложь. Не знаю, Тсуки. - ответил его лучший друг Ямагучи, он был единственный с кем блондин общался нормально, среди всех они казались, какой-то замкнутой парочкой шарлатанов, которые пытаются скрываться от людей, крадя их эмоции и понимание реальности. На самом деле, они просто не хотели пускать в свое окружение других людей, они пытались отпугивать их словами, своими привычками и многим другим, как говорится в войне все средства хороши. После слов зеленоволосого они замолчали. Видимо, им было не о чем разговаривать, потому что оба они не такие разговорчивые, как кажутся, скорей всего Ямагучи стеснялся, а Тсукишима просто не хотел завязывать разговор, ибо был чутка расстроен, он не был таким равнодушным, каким показывал себя другим. Хината смертельно болен. - хмуро сказал Ямагучи. Мальчик беспомощьно теребил шнурок от куртки на груди, он сам бы хотел помочь Хинате, но не знал как. Правда? - неожиданно и твёрдо спросил Тсукишима. Заглянув в глаза Ямагучи, Тсуки вдруг отчётливо увидел, что его друг совсем не так весел, как кажется. И ему стало совершенно ясно, что его слова - не ложный трепет, не дешёвый мальчишеский слух. Это - стойкое убеждение, приумноженное максимализмом молодости, некоторым романтизмом и несокрушимой верой и святость уз мужской дружбы. Тсукишима опустил глаза и прижался щекой к голове низкого его почти на целую голову друга. Не беспокойся о нем. У тебя есть ещё много друзей. - тоже тихо, с болью, сказал Тсукишима. Мне все равно. - ответил Ямагучи. - пусти. Тсукишима, не поднимая глаз, шагнул в сторону. Он услышал, как Ямагучи уходит, шеркая кедами об землю. Блондин вытер рукой вспотевший лоб, надел наушники и направился вперёд.

***

Стылый осенний вечер накрыл улицу Кагеямы тишиной и покое. Шалый ветерок, заблудившийся среди кустов серени и смородины, охлаждал тяжёлую от хмеля голову, выдувал пьяный кураж и навевал лёгкую, необременительную грусть. Тобио сидел на крыше, он нацепил на себя кепку, чтобы не простудиться. С методичностью автомата он глубоко вдыхал сигаретный дым и с силой выдыхал его в воздух. Впрочем, это занятие его, похоже, забавляло не сильно. Угар веселья сменился вялой апатией. Ему было спокойно и скучно. Он сел на корточки, зябко поеживаясь от вечерней прохлады. Брюнет глубоко затянулся и снова выпустил тугую струю дыма изо рта. На земле проходила женщина в возрасте, конечно, Тобио это заметил и начал следовать прямиком за ней, ведь она направлялась к его дому. Это слегка запугивало, она несла что-то в пакете, это пугало ещё пуще прежнего. Тобио был очень заинтриговал её присутствием. Дойдя до дома Кагеямы, женщина постучала, но никто не открыл ей дверь, так как ни одной души в доме не находилось. Тут послышался шорох кустов, женщину это испугало до ужаса, она оглянулась, чтобы узнать, что это, или кто это. Она увидела парня в кепке, который приближался к ней. У неё, кажется, случился бы инфаркт, если тот не снял кепку перед ней. Здравствуйте. О, а вы, кажется, мама Шоё? - спросил тот самый паренёк с кепкой - Тобио. Он наклонился перед ней, таким образом он демонстрировал приветствие. Ой, Кагеямушка, я тебя и не узнала. Да, это я мама Шоё. Я принесла тебе фруктов в благодарность. - ответила уже со спокойствием женщина и с улыбкой протянула пакет в руки парню. Спасибо, - Кагеяма взял в руки пакет, его безразличный взгляд был направлен на женщину. - Как там Шоё? - спросил Тобио, отводя взгляд куда-то в сторону. Не знаю, - пожала плечами женщина, делая недоумевающий взгляд. - я не была там с тех пор, как его туда положили. Ясно. - хмурое лицо. Ладно, Кагеямушка, я побежала домой. Удачи тебе. - женщина помахала парню рукой и направилась в ту сторону, из которой пришла. Кулак Тобио сжался, ему хотелось поскорей узнать, что там происходит с Шоё, ему оставалось ждать только Кенму, иль же идти самому, но это был край для его полномочий, он стыдился идти сам к нему. С его стороны, как с противника, это было глупо. Тобио вошёл в дом.

***

Звук музыки наполнил клуб весельем и прикованным запахом алкоголческой дружбы. Были слышны стеклянные удары бокалов. Кричи девочек, они танцевали перед парнями, возможно, так они зарабатывали деньги. Около барной стойки стоял красавчик Ойкава, он снова проводил время со своими поклонницами, ему приносила такой кайф забота с их стороны, он был сильно пьян, поэтому без разбора танцевал со всеми, целовал всех подряд и сам не понимая того, что делает, утаскивал чужих девушек танцевать с собой, они, конечно, были не против. В клуб вошёл парень с белым ми волосами, это пришёл Сугавара, он был один, а с кем ему идти.. Сразу он увидел Ойкаву, танцующего с какой-то проституткой, он давал ей деньги, сразу заметил Коуши. Его это очень разозлило, он подбежал с яростью к этой парочке и разомкнул их объятия. Зачем ты ей платишь? - сдерживая закипающий гнев, спросил Сугавара. А, это ты, тот красавчик с парка? - изо всех сил стараясь казаться трезвым, широко улыбнулся Ойкава. Какой, твою мать, красавчик!? - не выдержал Сугавара и наотмашь отвесил брюнету звонку пощёчину. Около Сугавары, разя перегаром и пошатываясь, как пылинка на ветру, он стал пытаться завязать на ботинке шнурок. Потанцуем? - встав и продолжая довольно улыбаться, попросил Ойкава. Что!? Ну давай потанцуем до утра, Сугар, - повторил Ойкава. - Давай, а?.. Всё же после нескольких попыток уговорить Сугавару, он согласился потанцевать с ним, но при условии, если тот поедет домой. Через час, после танцев, они неожиданно слились в поцелуе. Весь бар пялился на этих двух пьяных парней, их считали сумасшедшими. Это правда было так.