Torment

Азула пристально наблюдала за ним. Он быстро и осторожно менял повязки на ее левой руке. Рана была не такой серьезной, как те, которые она наносила себе ранее, но боль в глазах брата, когда он за ней ухаживал, была видна. Зуко тоже не остался целым и невредимым. На его руках и предплечьях было несколько небольших ожогов, в основном заживающие и почти незаметные на лице. Они были результатом ее ярости и паники. Иногда ее одолевало негодование по поводу победы брата на войне. Когда кошмары и галлюцинации были невыносимы, и она боялась любого, кто подходил к ней слишком близко. Однако в ту ночь, впервые почти за полтора года, она не чувствовала желания причинить ему боль или каким-либо образом защитить себя от него. Азула смотрела и смотрела на него, но не могла разглядеть врага, у которого по случайности была та же кровь, что текла по ее венам. Она могла видеть только своего брата. Добрый, невинный мальчик, который когда-то был ее другом. Милосердный мужчина, который сохранил ей жизнь после всего, что она сделала. Единственный, кто не отвернулся от нее, даже когда она сама сказала ему это сделать. Может быть, дело в лекарствах и в усилиях всех врачей и целителей. Может, она осознала действия Зуко. Может быть, она просто устала пытаться причинить боль другим только для того, чтобы снова разрушить себя. — Останься, — попросила его Азула, пока он заканчивал накладывать повязку на ее руку. Зуко посмотрел на нее с широко раскрытыми глазами. — Что ты сказала? — она кажется могла слышать надежду в его голосе, но его тон был скорее удивленным, чем радостным. Азула не могла его винить. Это странная для нее просьба. Когда Зуко пощадил ее жизнь и не позволил Аангу забрать ее магию, она назвала его дураком. Когда он привел во дворец лучших врачей мира, чтобы ее не отсылали в лечебницу, она отказывалась сотрудничать и часто шла против их приказов. Даже после того, как он бросался к ней посреди ночи и утешал ее, когда она просыпалась с криком и плачем, она выгоняла его из своей комнаты, как только приходила в себя. — Я не хочу быть одна. Я чувствую себя в большей безопасности, когда ты рядом, — сказала она, немного стыдясь того, что призналась в чем-то подобном. — Ты жалкая, — упрекнул ее знакомый голос. Зуко встал с улыбкой на лице. — Я скоро вернусь, хорошо? — Азула кивнула и невольно улыбнулась ему в ответ. Не прошло и минуты, как он снова вошел в дверь в своей мантии. Они легли лицом друг к другу, мирная тишина позволила им расслабиться и медленно погрузиться в сон. Та ночь была одной из немногих со дня появления кометы Созина, когда Азула не видела снов и просто спала до утра. Проснувшись, она почувствовала, как брат нежно провел пальцами по ее волосам. Он лежал на нескольких подушках, а в другой руке держал свиток. Она закрыла глаза и позволила ему продолжить, приятное прикосновение заставило ее снова уснуть.