Torment

Азула уже порядком устала от всех этих людей. Последнее, что ей было нужно, в таком плохом состоянии, это быть окруженной кучей раздражающих идиотов, которые постоянно хвалили Озая и пытались угодить ей в надежде, что это принесет им их благосклонность. Прибыло уже более двадцати новичков, каждого она встречала и допрашивала обо всем, утверждая, что это должно было поддержать «их» план снова сделать Озая правителем, и каждый из них каким-то образом всегда был хуже предыдущего. Больше всего раздражала Иша, молодая девушка из довольно богатой семьи, которая, казалось, решила стать новой лучшей подругой Азулы. Хотя даже не умела достойно притворяться, будто действительно любит ее. Такая некомпетентность бесила Азулу больше всего на свете. Тем не менее, конечно, в ту секунду, когда принцессе удалось собрать достаточно энергии, чтобы поговорить с Айрой, последним человеком, которого ей нужно было допросить, она нашла девушку возле костра с Аосу — ее парнем, как она считала. — Сиджи, Тайзен, Ксанг… Иша. — Ваше Высочество! — сказала девушка своим громким, высоким голосом, от которого у Азулы начала болеть голова. — Рада что ты присоединилась к нам. — Есть кое-что, о чем мне нужно знать, и я надеялась, что Айра сможет помочь, — ответила она, и девушка просто кивнула. — Я сообщу вам любую информацию, которую имею, Ваше Высочество. Азула улыбнулась и начала спрашивать об очевидных вещах, например, о семье девушки, помогали ли они им каким-либо образом, как она присоединилась к другим предателям и чем была полезна группе. Затем она перешла к более серьёзному допросу, о том, что ей известно о мнении народа на их план, считает ли она, что у них достаточно сторонников, дабы иметь реальный шанс на победу. Есть ли кто-то, кого, по ее мнению, можно убедить присоединиться к ним, и есть ли у этих людей какая-либо власть в стране. Действительно интересующий вопрос она приберегла на конец. —Что ты слышала о Зуко? — спросила Азула, сдерживая улыбку, когда группа заметно напряглась. Они называют его слабым и притворяются, что готовы встретиться с ним в бою, однако одно только упоминание его имени пугает их до полусмерти. — Никто ничего о нем не слышал. Кроме… — Сиджи, казалось, было неловко говорить об этом. — Распространяется грубая, волнующая нас ложь о ваших отношениях с ним, Ваше Высочество. Они говорят, что Вы… Ну, они хотят убедить людей, что Вы… — Что я его любовница, — закончила она за него, закатив глаза, — как будто Зуко когда-нибудь так повезет. Тайзен казался искренне оскорбленным, возмущенным и даже шокированным тем, что он услышал, хотя Азула была почти уверена, что он или кто-либо из них слышит об этом не в первый раз. Иша отшутилась, сказав, что это была либо жалкая попытка выставить ее в плохом свете, либо Зуко в хорошем. Но Айра и Аосу хранили полное молчание, что Азуле совсем не нравилось. — Вы двое верите, что за этими слухами есть доля правды? — спросила принцесса, и остальные трое повернулись к ним, сразу же посмотрев на своих друзей так, словно они были их заклятыми врагами в течение многих лет. — Конечно, нет, — ответил Аосу. — Хотя то, сколько времени, как я слышал, вы проводили вместе, заставляет задуматься. Но я уверен, что у Вас есть объяснение этому, если предположить, что это вообще правда. Как будто мне когда-нибудь придется объясняться перед таким бесполезным насекомым, как ты. — Ваше Высочество, — притворилась невинной Айра. — Просто такая глупость не заслуживает даже нашего внимания, не говоря уже о вашем. — Вы двое слышали, как кто-то оскорблял и нагло лгал о вашей Хозяйке Огня, и не сказали ни слова в ее защиту, — тон Ксанга был суровым, — что вы двое сделаете, когда кто-то сделает то же самое с Королем-Фениксом? Девушке хватило приличия пристыдиться. Аосу, с другой стороны, был в ярости. — Ты смеешь сомневаться в моей верности королю Озаю? Называть меня трусом? Меня отправили в кипящую скалу за то, что я поддерживал его. Ты оказался там после того, как отказался сражаться за него. В который раз Азуле захотелось дать пощечину своему брату за то, что он ее не послушался. Она твердила ему, что привести Ксанга было ошибкой. Этот человек был верным и, безусловно, самым компетентным из всех людей, которых он выбирал, чтобы следовать за ней. Но его предательство в прошлом, по отношению к их отцу не было секретом. Хотя переход людей на другую сторону во время войн не был чем-то необычным, это делало его первым подозреваемым за любую измену. — Достаточно! — принцесса встала, и ее ярость заставила пламя подле них стать синим и огромным, заставив всех отпрыгнуть назад, ожидая нападения. — Мастер Ксанг доказал свою лояльность и был для меня более полезен, чем все вы вместе взятые. Докажите мне, что вы чего-то стоите, прежде чем вести себя так, будто я должна доверять вам больше, чем ему или кому-либо еще. И знайте. Свое. Место. Вы не имеете права спрашивать меня о моих же решениях, а я не обязана вам объяснять, что я делаю или чего не делаю. Аосу поклонился. — Простите меня, Ваше Высочество. Я не хотел проявить к вам неуважение. Азула презрительно посмотрела на него и его подругу. — В следующий раз, когда вы двое каким-либо образом оскорбите меня, случайно или нет, вам придется сражаться со мной в Агни Кай, — сказала девушка, заставив всех шестерых уставиться на нее в страхе. Она заставила себя ухмыльнуться и сказать то, что они и ожидали от нее. — Может быть, у вас обоих даже останутся шрамы, такие же, как у моего брата, — встретилась она глазами с Аосу, — тем не менее, сегодня вы получите более милосердное наказание. И будете сражаться с мастером Ксангом и его друзьями. При этом, не используя свою магию. Сейчас же. Все шестеро немедленно встали и заняли свои позиции. Азула должна была признать, ей все еще нравилось запугивать людей, заставляя их делать все, чего она хотела. И что жестокие атаки Ксанга были забавными. Но, конечно же, она бы предпочла, чтобы это был ее брат.