Torment

— Разве Зула не рассердится на тебя за то, что ты посылаешь людей, проверяя ее? — спросила Кии. — Да, — ответил Зуко, даже не задумываясь. Он уже готовился к ссоре, когда Азула наконец вернется домой. Она определенно отругала бы его за излишнюю импульсивность и драматизм, а также за попытку помешать ее планам. Но он готов был выставить себя дураком и спорить с сестрой часами, лишь бы не узнать, что она пострадала, а он мог бы предотвратить это, если бы действовал быстрее. — Даже если она в порядке, она все равно вернется домой? — Нет, — он даже не пытался скрыть своего разочарования. Мало что может заставить ее принять такое решение. Да и не было никакой возможности, немедленно вернуть ее домой, если с ней все в порядке. Маг огня все еще был потрясен тем, что она пыталась вернуться раньше. Азула никогда не была из тех, кто убегает от долгой и тяжелой работы. Хотя обычно она лучше умела отличить сложную миссию от обреченной. — Ты действительно думаешь, что она может быть в опасности? — Кии посмотрела на него своими большими, встревоженными глазами. — Я просто осторожен. И немного параноик, — сказал он, положив руку ей на плечо, пытаясь убедить и ее, и себя. — Это дело старшего брата или будущего мужа? Зуко на секунду задумался. — Я думаю, и то и другое. Почти всегда это оба варианта. — Откуда ты знаешь разницу? В чем разница? Вы оба мои брат и сестра, но вы не относитесь ко мне так, как относитесь друг к другу, и я не смотрю на тебя так как она, — девочка сделала паузу. — Я много о ней говорю, но до тебя мне еще далеко. — Мы, э-э… Как, черт возьми, объяснить это ребенку? Как объяснить это кому-либо? — Азула и я… Мы немного отличаемся от других людей. — Чем же? — Я не знаю, — честно ответил он, — но для нас всегда так было. Быть братом и сестрой и быть в отношениях — понятия для нас идентичны, но только для нас. И я очень долго не осознавал этого, так как это было нормально для нас. Я не могу представить, скажем, Сокку, любящего Катару вот так, и я определенно не вижу тебя такой, но с Азулой все совсем иначе. Есть ли в этом смысл? — Нет, но я действительно не понимаю ничего, что люди говорят о вас двоих, хорошее или плохое. Думаю, это одна из тех вещей, которые как все говорят, я не пойму, пока не стану старше. — Или я просто плохо умею объяснять, — усмехнулся он, а потом вдруг помрачнел. — В чем дело? — Что плохого говорили о моих отношениях с Азулой и кто были эти люди? — Я отвечу, но только не говори Азуле! Она страшная, когда злится! И не будь с ними слишком суров! — Ничего не обещаю.