Старая легенда на новый лад

Конец любой истории всегда хороший. Если тебе плохо, значит еще не конец! (Цитата из интернета). Зуко смотрел из-за плотной шторы с балкона на суетящихся около дворца Лорда Огня людей. Они собрались посмотреть на его коронацию – на него самого, как он станет новым Лордом Огня. Он уже был Лордом Зероновы – стал им неделю назад, - и, если честно, не особо был уже уверен, а нужна ли ему еще и эта ответственность. Нет, когда-то он хотел стать Лордом Огня, но теперь ему казалось, что это было так давно, что и не упомнить те дни. Тогда он еще не предполагал, как это тяжело – быть чьим-то правителем. Теперь – знал. И, если честно… Даже боялся взвалить на себя больше, чем сможет вдруг унести. Ошибется, устанет и оступится – и что? Снова начнется какая-нибудь война? Уже по его вине? Он боялся такого исхода. Но и… Потому просто не имел права оступиться хоть раз, отступить теперь. Никто не мог стать Лордом Огня кроме него. Никому он не мог доверить Зеронову, что не так давно лишилась своей главной заступницы. … Ахалиэ была стара. И умерла. Теперь у этого острова – людей и драконов, - не было более другого заступника, кроме Зуко. Так сказали ему старшие драконы. Они так же признали его правителем и теперь полагались на него. Как и люди Народа Огня. Так что – он не мог оставить ни один из своих «народов», должен был стать надежным их правителем. Тяжело и страшно. Но в голове звучит родной голос: «Мы справимся». Раз за разом. И дышать становится как-то проще. … Пару часов назад, когда Зуко еще собирался – к нему в комнату заглянул глава его охраны – Сокка. Да, так получилось. Сам гений так захотел – стать главой охраны Лорда Зероновы. Он и на земли Народа Огня его сопровождал. Он и Суюки. И теперь эта парочка тоже была здесь. И, словно от чего-то забеспокоившись, парень из Племени Воды заглянул в спальню своего Лорда. Только ему и маленькой Азуле можно было тревожить Зуко в подобных местах. И Сокка пришел к нему. Заметил – что-то долго ты «наряжаешься». На что рассеянный тогда, задумавшийся Зуко ответил ему: - Я просто… Вновь не смог заставить себя не трогать ее вещи, и немного потерялся во времени. Ее вещи. Зуко сохранил то немногое, что у него осталось от Зеро. И хранил у себя. Когда нервничал – не мог не доставать их, не мог просто не дышать их запахом. Это простое, глупое – помогало ему чуть забыться, расслабиться – просто чтобы не сойти с ума. И теперь Сокка – в который уже надо сказать раз, - застал его за этим делом. И грустно улыбнулся своему другу и Лорду. - Тебе пора отпустить ее. Пусть сам Сокка, как и его друзья – этого еще так и не смогли. Но Зуко нужно было прийти в себя. Да и сам Покоритель Огня это понимал. Но было слишком тяжело это сделать. Слишком больно. И он, также улыбнувшись Сокке, но словно его практически не видя, пробормотал, словно в бреду: - Но, увы, я еще не могу этого. И раз за разом остаюсь здесь – среди вещей и предметов, которых мы оба дотрагивались… Которые помнят еще наше общее дыхание. И я сам не знаю, во имя чего. Во имя надежды на ее возвращение? Но у меня… У меня нет этой надежды. Единственное, что мне остается… Ждать. - Чего ждать? – искренне не понял Сокка. Ему было даже как-то не по себе от этого разговора. Словно… Словно он слышал не просто слова, а чужую рану, что вдруг вскрылась гноем. От этого было горько, до тошноты. И если бы он не чувствовал, что сейчас точно нужен Зуко – точно-точно, - и не будь это его друг – он уже бы бросился прочь, лишь бы не слышать этих слов. Но Зуко был его другом. И Сокка чувствовал – ему надо, чтобы его сейчас услышали. И потому, когда Покоритель Огня замолчал – сам подтолкнул его говорить дальше. И Зуко уже осмысленней взглянул на него. Улыбнулся чуть более горько, но не улыбкой забытого всеми человека. И словно чуть растерявшись, но точно зная, что сказать – именно это крутилось у него в голове, - как-то неловко произнес: - Не знаю, - и улыбнувшись еще шире. – Наверно… Новых чудес? Такой разговор произошел у них. И Зуко – который выговорился впервые за две с половиной недели после ее смерти, - стало как-то легче. Действительно легче. И его рухнувший мир словно вновь начал собираться из осколков, выплывать из кромешной тьмы, в которой Зуко двигался словно чисто машинально. И отчетливей теперь вспоминалось: «Мы справимся». И было уже не так горько, тяжело и плохо. Ведь даже если и не случится никаких чудес – какие теперь чудеса? – он словно очнулся от боли, «вынырнул» из того дня, когда потерял Зеро. И мог вспоминать не только, как потерял ее. После того, как его услышали – Сокка услышал, - он словно смог немного, но отпустить тот день. И без прежней боли – обжигающего ада, - вспоминать все то, что было прежде. У него и Зеро. Между ними, с ними. И помня это – идти, двигаться вперед. Ради мира, что она… Нет, они создали вместе. Но сохранить который ради нее должен был именно он. … И когда наконец зазвучала музыка, что звала его показаться наконец ждавшим его людям – он смог сделать это. Сделать шаг-другой вперед. И гордо и смело выйти из дворца в залитый ярким солнцем мир… Что с тревогой, но волнением, встретил криками и взглядами людей нового Лорда Огня.

***

Все знают, что однажды умрут. Это простая, пусть и страшная, но истина. Да, кто-то боится смерти, а кто-то, бывает так, ждет ее. А кто-то и вовсе прыгает в ее объятья раньше, чем кто-то другой мог ожидать. И так бывает с людьми. Но – все-все они знают, что умрут, как бы не трепыхались, чему или кому бы не молились. Но… Никто не знает, вернется ли он однажды. Ожить после смерти… Хэх. Смешно. Мне тоже было до тошноты горько и смешно вновь ожить после того, как я так долго ждала близкой смерти. Конца моей истории. Я ведь должна была исчезнуть – для меня вообще ничего не должно было быть после! Тем более – я не могла вернуться, меня просто… Уже не должно было быть. Так мне говорили. Так и должно было случиться. Я должна была просто исчезнуть… Но Духи вернули меня. И вот уже где-то около трех недель по «человеческому» времени я вновь жила, и жила у своего приемного отца Ван Ши Тонга. Он… Благодаря ему я вернулась. И он заботился обо мне все это время, помогал вновь просто поверить, что я ЖИВА. Что не… Что это не сладкий кошмар, что мой мозг создал для меня в последние мгновения моей жизни. Он заботился обо мне… А я просто… Снова училась жить. И не бояться просто не проснуться однажды. Действительно… Я ведь дергалась от всего, после того как вернулась – меня многое пугало. Все от этого страха, что это все не реально, лишь мой предсмертный бред. Но день проходил за днем… И я потихоньку начинала вновь учиться «дышать». Просто дышать. Жить. И… И… Когда я вернулась – увидела слезы на лице Духа Знаний – уже тогда я подумала о ребятах. Что хотела бы вновь увидеть и их. Зуко… Но… В тот же день я откинула эту мысль. Я ведь умерла… У них на глазах. Я сделала им больно. Как я могла теперь к ним вернуться? С какими словами? Простите, меня выперли из посмертия? Или – я и Духи так над вами неловко пошутили? Сказать, что меня просто вернули… Я не знала, что им сказать, да и как они вообще отреагируют на то, что я вновь жива. И просто… Меня пугала сама мысль того, что они вдруг отвернуться от меня просто за то, что я вновь жива. … Глупо, да. Но – еще раз, - воскреснув, я долго была пуглива и чересчур впечатлительна, и мнительна. Видимо, для мозга и души человека такие «кульбиты» - ожил-умер-ожил-умер, - были все-же еще тем испытанием и из-за этого во мне лично что-то словно «надломилось». Я уже не хотела никаких приключений. Потрясений. Просто жить хотела, и чтобы вокруг тихо и спокойно. И встречи с ребятами, с Зуко – особенно с ним, - действительно боялась. И пусть со временем мне становилось лучше – встреча с ребятами по-прежнему казалась мне далекой. Ведь они теперь могли спросить: раз я воскресла так давно, что ж не вернулась к ним сразу? И – опять же, - а вдруг могли бы не понять меня, того, что со мной происходила после воскрешения? … Эх. Да, вот что меня терзало. И, в конце концов, я решила… Не возвращаться в их жизни. Умерла – пусть и считают мертвой. И больно от нашей разлуки будет лишь мне, а они – пройдет время, - оплачут, забудут… Но, все-же… Мне хотелось еще хотя бы раз, хоть глазком, хоть из тени, взглянуть на Зуко. Сделать для него напоследок еще хоть что-то – так он был мне дорог. И, вспомнив один наш далекий разговор, я поняла – что. Но явно не справилась бы с этим сама. И взглянув в глаза отца, что в тот миг, когда ко мне пришло это озарение, сидел со мной за столом и пил чай, я робко спросила Ши Тонга: - Если я попрошу кое о чем, ты поможешь мне? Я знала, что не откажет. Но спросила именно так, робко и неуверенно, все-еще чего-то боясь. Но мне стало спокойней, правда, когда он понимающе улыбнулся мне. - Я сделаю для тебя все что угодно, - сказал он. – Ведь ты – мой Совенок. И в который раз его доброта согрела мое не раз уже остывшее сердце.

***

После окончания войны Айро переехал в Ба Синг Сэ. Он освободил его, так что против одного отставного генерала Народа Огня в этом месте ни у кого не возникло претензий, и он спокойно вернулся в уже полюбившуюся ему чайную «Жасминового Дракона». Зуко хотел бы, чтобы старик остался с ним, но Айро заявил, что устал странствовать, а с племянником ему пришлось бы мотаться – пусть и на драконе, - но между Зероновой и Дворцом Лорда Огня. Да и… Он просто хотел уже жить тихо и спокойно… Готовить чай. И пусть Зуко любил его и ему тяжело было расставаться с дядей – он не стал дальше настаивать. Он понял его. Тем более, что не навещать себя дядя ему не запретил – более того, настаивал, чтобы Зуко прилетал к нему почаще. - Тебе тоже нужно будет отдыхать от того, что ты взвалил на себя, - так сказал ему старик. И кем бы Зуко теперь ни был – он с улыбкой признавался себе, что не ему с Айро спорить. И когда отшумела его коронация как Лорда Народа Огня – собрал бывших на той церемонии друзей и отправился в гости к Айро. «Лечить» расшатанные подготовками и самим «праздником» нервы. Айро был рад гостям. И в его чайной прошедшие войну и потери ребята вдруг ощутили себя легче, спокойней. Чай и добрый старик, что чай готовил, словно были бальзамом на их ранах, мудрые речи Айро – чем-то, что подобно ветру уносило вдаль их печали. Хотя бы в этот вечер. Хотя бы сегодня. Им это было нужно. Просто поговорить, расслабиться, повспоминать прошлое – веселые моменты и не очень. Ведь даже потери вспоминать в такой компании – было легче. И это тоже помогало немного исцелиться. … И чай. Чай был вкусным. Айро наливал ребятам уже не по первой чашке, как вдруг… Насторожился, нахмурился. И сказал: - К нам гости. Не обычно, а так… Словно рядом была угроза. Он что-то почувствовал – почувствовал это и дракон. Ночекрыл, под настороженные взгляды остальных – медленно «выныривающих» из волн спокойствия, - первым встал из-за столика и тихонько скользнул к дверям. За ним решительно шагнул Зуко, а за ним потянулись и остальные. Но когда они медленно вышли из потайной двери чайной, что вела на задний ее дворик, скрытый от чужих глаз, они… Никто из них не ожидал увидеть там того, кто там стоял. Ван Ши Тонг в своем полу-человечьем обличие стоял там. И когда увидел Зуко, решительно и величаво кивнул ему: - Приветствую вас, новый Лорд Огня. И прошу прощения, что ни был ни на одном из ваших «торжеств». Он явно имел ввиду коронации – так Зуко понял. И пусть один вид Духа-совы заставлял его сердце мучительно трепыхаться, также почтенно и спокойно кивнул Духу, встав пред ним. - Ничего, все нормально. У Духов… Много дел. - Действительно, - уркнул Ши Тонг. Но тут-же заметил. – Но, все-же, лично ты – не чужой мне, Лорд Зуко. Нас много связывает через одного человека. «Которого больше нет…» - прикусив губу до боли, горько подумал Покоритель Огня, но не сказал этого. Сказал другое. - Я… Рад, что у нее был ты. - А я – что в ее жизни был ты, - словно эхом отозвался Дух. И чуть улыбнулся. – Ты был ей дорог. Да, дорог. И я ценю это. И пусть не смог попасть ни на одну твою церемонию – да, были неотложные дела, - я хотел бы вручить тебе, юный Лорд, кое-что в честь всего этого, - и чуть повернувшись, взмахнул рукой. – Этого хотим я – я и мой Совенок. Мой Совенок – услышав это, Зуко встрепенулся, не без робкой надежды взглянул туда, куда указал рукой Дух… Но не увидел того, кого хотел бы. Там, около дерева, что росло во дворике чайной Айро, стояла не ОНА, а некто, одетый в плащ из перьев, некто, чье лицо скрывала довольно правдоподобная маска совы, так похожая на лицо Духа Знаний. На что Зуко рассчитывал вообще? Он горько рыкнул на самого себя мысленно и вонзил ногти в ладони. Зеро мертва. А сколько у Духа Совы Совят? Не Зуко это было знать. Просто… Видимо ему никогда не забыть, с какой улыбкой она рассказывала ему о том, как Ши Тонг зовет ее. Как звал, точнее. Но ему нужно было держать себя в руках. И он как можно заинтересованней взглянул вновь на Духа. Нужно было узнать у него, что за «безделушку» тот ему приволок. А потом он спросит то, что стало ему действительно любопытно. Где… Где теперь тело той, что тоже была Совенком. - Что вы хотите мне подарить? Сова, что все это время точно наблюдал за ним, как-то загадочно уркнул. И кивнул своему очередному Совенку. Некто в плаще из перьев – Дух или это все-же был человек? – медленно, словно не двигаясь, а перетекая из одного движения в другое, шагнул к дереву и протянул за его ствол руку. И кто-то взялся за нее. И… Из-за дерева шагнула женщина. У Зуко перехватило дыхание… - Мама… Он мог ее не узнать. Мог забыть. Нет. Не мог. Он всегда помнил ее лицо, он узнал бы ее из тысячи. Отличил бы от любой подделки. И это точно была она. Мама. Урса. Зуко сам не заметил, как быстро сорвался с места, как буквально подлетел к этой прекрасной женщине – постаревшей немного, но по-прежнему для него прекрасной, - очнулся лишь тогда, когда сжал ее в объятьях. Когда она обняла его, и он почувствовал ее сердцебиение, дыхание. Как она прикоснулась к его волосам… - Сынок… Зуко… Голос… Надтреснутый, так же чуть постаревший – но родной и любимый. Услышав его, парень чуть было не заплакал. Хотя, нет – мокрые дорожки слез побежали по его щекам. Но когда женщина ласково, но решительно отстранила его от себя – слез не стало. Она легко смахнула их с лица сына своими нежными руками. И улыбнулась ему. И снова объятье. Поверх головы матери – Духи, он стал ее выше! – Зуко с благодарностью взглянул на Ван Ши Тонга. Выдохнул: - Спасибо… На это Дух вновь кивнул. Но чуть ли не насмешливо фыркнул: - Скажи спасибо моему дитя. Это была идея Совенка, найти твою мать. Лишь одному человеку Зуко сказал однажды, что еще верить, что Урса жива. Что хотел бы найти ее. Сердце парня вновь дрогнуло. И тихонько отстранившись от матери – которую тут-же за руку аккуратно отвел от сына подошедший к Айро, - Зуко вновь оглянулся на неизвестного в пернатом плаще. Неизвестный же смотрел сейчас на Ши Тонга и вдруг совсем по совиному шикнул на него – на что, как заметил краем глаза Зуко, Дух развел руками и совсем по-человечески повел глазами, мол: «А я-то что? Я ничего!». После чего некто в плаще повернулся к Зуко – и вдруг… Сделал чуть дерганный шаг от него. Словно так вздрогнул. И замер. Замер, как изваяние, которому хотелось бы быть живым кем-то и сбежать отсюда, да вот только… Оно уже отчего-то не могло этого сделать. А Зуко сделал еще шаг вперед и спросил. Неожиданно хрипло. - Можно… Взглянуть на ваше лицо? Неизвестный не ответил. Но и попыток отступить, сбежать, больше не предпринимал. Замер, словно выжидаючи. И для парня это словно стало ответом. Да, попробуй. И он попробовал. Приблизившись к замершему Совенку, он медленно поднял руки и также медленно снял с чужой головы легкую, но сильно пернатую маску, что скрывала не только лицо Совенка, но и волосы и шею. Но маска была снята. И солнце осветило чуть вьющиеся ярко рыжие волосы, а на Зуко, без теней и всяких преград в виде перьев, взглянули встревоженно… Золотистые с зеленой окантовкой вокруг зрачков, глаза. Такие знакомые и чужие одновременно. Но больше – любимые. И отбросив маску прочь, парень – юный Покоритель Огня, сердце которого узнало ее и в эти мгновения просто сходило с ума от счастья, - стремительно прижал к себе девушку – девушку, что он считал мертвой, но которая оказалась жива и скрывалась лишь миг назад за маской Совы, - и жадно прильнул к ее губам своими. От этого Совенок вздрогнула, ее глаза на миг расширились… А потом на них блеснули слезы и она робко ответила на его поцелуй. Она… Да, она. Зеро. Это была она. Зуко узнал бы ее средь тысячи других девушек, подделок, да и еще лишь Духи знают кого или чего. Пусть изменился цвет глаз – он так-же остался и прежним, просто цвета поменялись местами. А вот запах, тепло, то как она отвечала на его касания – нет, это все осталось прежним. Это была она. Она. Живая и теплая, с ним рядом. И пусть Зуко еще не знал, как так вышло – сердце его, правда, пело от счастья. Ведь она вернулась. К нему. И он теперь никогда и никуда ее не отпустит.

***

- Вот! А ты говорил, он ее не признает! Солнце светило ярко, но лучи словно проходили сквозь две призрачные фигуры, что удобно устроились на крыше чайной и прекрасно видели, что происходило сейчас на заднем ее дворе. Ветер шелестел листвой растущего там дерева, и голос вскочившей на ноги фигуры – нет, призрачного юноши, - словно потонул в этом шелесте. Но только не для его неживого, как и сам этот юноша, друга. Он хмыкнул. Но беззлобно, даже словно довольно. И, поправив шляпу, что была у него на голове, произнес: - Твой брат действительно удивителен, Лу Тен. Но я сомневался, ведь боялся за них обоих… - Как бы то ни было, - упер руки в бока Лу Тен. – Ты мне проспорил и теперь должен желание, Широкумо. - Согласен, - не стал спорить призрачный Покоритель Земли. Но тут же лукаво улыбнулся, вновь посмотрев вниз, на счастливых живых, что уже развернули внизу чуть ли не торжество (Аанг и команда бросились обнимать Зеро и Зуко), и спросил. – Готов поспорить еще? - Насчет чего? – заинтересованно сверкнул глазами его непоседливый приятель. На что Широкумо широко улыбнулся. - На то, как скоро теперь моя сестра и твой брат станут супругами. Лу Тену было это по душе. Лу Тен тоже широко улыбнулся. И сделал свою ставку…