От королевы школы к обычной девочке и наоборот

      Как интересно иногда поворачивается жизнь: вот только вчера ты была самой крутой девчонкой в школе, все тебя уважали и даже немного побаивались, друзей было хоть отбавляй, а парень — довольно известный гитарист. И вдруг… бац, и твоих самых близких людей уже нет. И вся твоя жизнь рушится на глазах: друзья уходят, парень оказывается тем ещё мудаком, а место авторитета занимает другой наследник богатеньких родителей. Привет, я Маринетт Дюпен-Чен, и это моя история о дружбе, любви, лжи и предательстве.

***

      Сегодняшний день не должен был отличаться от других. Понедельник, 7:50 утра, светит солнышко, я в спешке собираюсь в школу, поскольку опять проспала. Это уже не первый раз — я слишком люблю поспать с утра, за что я частенько получала от родителей. Быстро одевшись в белый топ, чёрные рваные джинсы и чёрно-белые кеды, собрав свои иссиня-чёрные в хвост, накрасившись и покрутившись перед зеркалом, я спустилась на кухню. Там меня любезно ждал омлет, приготовленной мамой. Самих родителей уже не было — им нужно следить за бизнесом. Мои родители — известные по всей Франции владельцы сети пекарен «TS», Том Дюпен и Сабин Чен. Они начинали с маленькой пекарни в одном из районов Парижа. Мне было тогда лет 6. Но за 11 лет они сумели сколотить состояние, и мы стали поистине богатыми. Хоть мы и по-прежнему живём там, где открылась первая пекарня, у нас есть ещё два дома в других районах нашей страны, куда мы иногда приезжаем на лето.       Пока я ела, в дверь постучали. Быстренько доев завтрак, я открыла дверь. За ней стоял мой парень. Это Лука Куффен. Мы с ним познакомились ещё в школе. Сначала это была просто дружба, но после мы повзрослели и стали встречаться, поскольку почувствовали, что это не просто дружба. В Париже он довольно известный гитарист. Он пошёл по стопам отца — Джаггеда Стоуна, моего кумира в 13-14 лет. А мой теперешний кумир стоит прямо передо мной и протягивает мне руку, улыбаясь. — Готова к последнему учебному году? — спросил он. — Определённо, — улыбнулась я и, захватив свой чёрный рюкзак со всеми вещами, пошла в лицей. Он находился рядом с моим домом, что позволяло мне не опаздывать, даже если я опять встану позже положенного.       Мы зашли в здание, где меня поприветствовали многие ученики. Я к такому вниманию давно привыкла, и оно даже льстило мне. Я всем мило улыбалась и несколько глупо махала ладошкой. Я проследовала до своего класса уже в одиночестве. К сожалению, Лука учится в параллельном классе. Вместо него у меня в классе есть его сестра — Джулека. Какая-то она странная, если честно. Молчит, а если и говорит, то какую-то околесицу, сидит на задней парте и уже почти слилась с ней. Жуткое зрелище… Уж лучше бы вместо неё Лука был в нашем классе.       Я зашла в класс. Меня встретила моя подруга — Хлоя Буржуа. Столкнув на пол сидящую рядом свою девчонку на побегушках, Сабрину Ренкомпри, она пригласила меня сесть рядом с ней. Я не отказалась от такого предложения. Мы вместе стали обсуждать последние новости как в Париже, так и в мире моды. Вскоре прозвенел звонок, и в класс зашла наша классная руководительница и по совместительству учительница французского языка и французской литературы, мадам Бюстье. Рядом с ней встал парень. Это был блондин с зелёными глазами, одетый в чёрную футболку с тремя полосками жёлтого, зелёного и сиреневого цвета, голубые джинсы и оранжево-белые кеды. Поверх футболки он надел расстёгнутую белую рубашку. Мадам Бюстье улыбнулась всем и представила новенького классу. — Здравствуйте, дети! С сегодняшнего дня с вами будет учиться Адриан Агрест. Можешь выбрать любое свободное место.       Этот самый Адриан огляделся и заприметил место на первой парте первого ряда, через проход от нашей с Хлоей парты. — Что-то мне его фамилия кажется знакомой, — прошептала мне Хлоя. Я напрягла память и попыталась вспомнить, где я могла встретить фамилию «Агрест». И тут меня осенило. — Он же сын Габриэля Агреста, — прошептала я Хлое. Та удивлённо раскрыла рот. — Нужно обязательно с ним познакомиться! — решительно прошептала Хлоя.

***

      После урока я сидела на лавочке и рисовала в своём блокноте несколько эскизов. Одним из моих хобби является шитьё. Я частенько люблю посидеть за машинкой или иголкой, чтобы в конце получить офигенную вещицу. Вот только мне особо некому её показывать — родители весь день заняты, друзья не оценят. Но в будущем я хочу стать дизайнером. Я думаю, у меня всё получится.       Ко мне подошла Хлоя с новеньким. Я хотела спрятать свои рисунки, но Агрест успел взять мой блокнот. Он некоторое время рассматривал, что там есть, затем неодобрительно хмыкнул, протянув блокнот мне обратно. — Признаться честно, не очень, — сказал он. — Дизайнер из тебя так себе. Но, возможно, если ты будешь для меня делать всё, о чём я тебя попрошу, я изменю свой вердикт и даже поговорю со своим отцом, чтобы взял тебя на стажировку. Габриэль Агрест, слышала о таком?       Я поднялась с лавочки, скрестив руки на груди и гордо вздёрнув подбородок, и посмотрела на Агреста. — Считаешь меня легкодоступной шлюхой? Думаешь, что если пообещаешь мне что-то, так я сразу прибегу к тебе на коленях? Ошибаешься, мальчик. Я уж как-нибудь сама справлюсь. Уверена, через несколько лет ты услышишь обо мне из модных журналов. А что касается твоего отца… Естественно я о нём знаю, я же всё-таки увлекаюсь модой. Ну, а твоё мнение меня совершенно не интересует, — я услышала звонок, оповещающий о начале следующего урока. — Чао, бэйби!       Послав ему воздушный поцелуй, я с каким-то внутренним удовлетворением отправилась на следующий урок. Я спиной чувствовала прожигающий взгляд Агреста. Жаль, что он такой идиот, а мы бы могли быть друзьями. Ну, значит, не судьба.

***

      Дома меня ждала… тишина. Я этому уже перестала удивляться — родители весь день ездили по разным местам, и домой возвращались только к вечеру. Я поднялась к себе. Кинув рюкзак куда-то в угол, я села за компьютер. Просмотрев парочку видео, я всё же решила сделать домашнее задание. Меня отвлекло сообщение от Луки. Привет, малышка. Не хочешь сходить на мой концерт завтра? Буду рад тебя видеть)

Конечно приду, даже не сомневайся) Я не пропускаю ни один твой концерт.

Шикарно! Я зайду за тобой где-то в 18:00. Будь готова.       Я отложила телефон и взглянула на время. Уже был вечер, а от родителей вестей нет. Надеюсь, что у них всё хорошо, просто дел много. Я попробовала позвонить маме, но трубку никто не брал. На всякий случай я позвонила и папе, но его телефон был недоступен. Внутри поселилась какая-то тревога, но я постаралась отогнать мысли об этом. Спустившись вниз, я быстро состряпала небольшой ужин — тёплый салат с куриной печенью. Разложив по тарелкам — себе и родителям — я принялась его есть. Неожиданно мой телефон зазвонил. На экране высвечивался незнакомый номер. Мне хотелось сбросить — мало ли, спамеры опять тревожат — но что-то внутри подсказало, что нужно взять. — Алло? — Вы Маринетт Дюпен-Чен? — раздался незнакомый мужской голос. — Да, а вы кто? — спросила я, забеспокоившись. — Я доктор Джонсон. Ваши родители были госпитализированы в тяжёлом состоянии. Они попали в аварию на Елисеевских полях. Мы наблюдаем за ними, но… да, сестра Мэри? — в трубке были уже слышны два голоса, но разобрать слова я не смогла. Вскоре я вновь услышала голос доктора. — Сожалеем, но ваших родителей больше нет.       Послышался звук упавшей на пол вилки. Я, еле сдерживая рыдания, попросила адрес больницы. Узнав его, я тут же сорвалась с места, села в так вовремя проезжавший мимо автобус и поехала на место назначения.       Вскоре я уже была там. Меня встретил тот самый доктор Джонсон. Он провёл меня до палаты, где ещё лежали мои родители. Приборы издавали неприятный и давящий на уши непрерывный писк. Я села возле мамы и взяла её за руку. Я ничего не могла сказать, просто держала за руку. Слёзы сами катились по щекам. Вскоре доктор Джонсон попросил меня выйти и поговорить о похоронах. Поскольку я ничего дельного особо сказать не могла, мы договорились, что завтра-послезавтра я заберу тела из морга. В убитом состоянии я отправилась обратно.       Дом меня встретил пугающей тишиной. Гнев и отчаяние захлестнули меня. Подойдя к барной стойке, за которой я сидела за ужином, я с силой перевернула все стулья, с дивана я расшвыряла все подушки, затем опустилась на пол и ударила кулаками пол. — Чёрт! — выкрикнула я со слезами на глазах.       Я какое-то время прорыдала, потом всё же нашла в себе силы подняться к себе в комнату и завалиться спать лицом в подушку. Шикарное начало года…