Сновидения

Безмятежный урок тянулся бесконечно сквозь солнечную пелену из окна. Гакушу рукой прикрывает свой взгляд от солнца — уж сильно оно по глазам режет, — и невольно косится на задние парты. Занятие действительно тянулось медленнее резины и даже замечания учителя халтурщикам не разряжали атмосферу откровенной скуки. -… Спать на моём уроке? Сверх наглости! — тяжёлая ладонь с хлопком опускается на деревянную горизонталь парты, привлекая внимание остальных учеников к назревающему представлению. Глаза цвета то ли лаванды, то ли сирени, устало вознеслись к часам над школьной доской — подобные ситуации не стоили того времени, что предназначалось уроку. Некоторым учащимся стоило бы более ответственно относиться к учёбе, что бы ненароком… Ход мыслей о нерадивом соне сбил вопяще-алый цвет волос, попавший в поле зрения. Асано слушал возмущения учителя в пол-уха, из-за чего не обратил внимание на того, в чей адрес они были сказаны. Каково же было его удивление, когда под те же возмущения учителя красноволосая макушка Акабане покинула класс, зевая на ходу. «Нерадивый соня», — проносится у Гакушу в мыслях и он задумчиво смотрит на время. Кажется, Карму не в первой выгоняют с урока за подобное.

***

Сад алых роз манил своим ароматом. Лепестки сверкали капельками росы в утренних лучах солнца, источая свежесть и желание прикоснуться к ним. Асано наклоняется к цветам, аккуратно проводя ладонью по венчикам, чтобы случайно не измять нежное творение флоры, собирая утреннюю влагу. Прохладная… Но так идёт алому розоцветнику! В саду спокойно. Умиротворяющая тишина, красота природы — не чувствуется груз обязанностей, что Гакушу изо дня в день носил с собой в Кунугигаоке. Здесь ему можно расслабиться, насладиться спокойствием, наблюдая за тем, как распускаются алые лепестки роз. Алый… Перед глазами всплывает образ одноклассника, нагло спящего на уроке. Где-то вдалеке — или прямо под ухом? — он слышит его голос, как он зовёт Асано по имени. Гакушу просыпается под раздражающую трель будильника в полнейшем недоумении, которое будет преследовать его весь день голосом Кармы, что проспит весь урок японского языка. Гакушу непременно разбудит его на перемене и, не в силах лицезреть сонный взгляд своего, вроде как, соперника, отведёт свой. — Дома спать надо, — неудавшийся упрёк прозвучит совсем не упрекающе, словно из уст заботливой матери. Акабане смотрит на него с прищуром из-за светящего в их сторону солнца, и оттого его взгляд кажется Асано слишком пристальным. Конечно, это не мешает ему заметить внушительные синяки под глазами красноволосого. — Ты вообще спишь? Карума растягивается по парте, пряча довольную улыбку. Рукой задевает стоящего рядом парня и блаженным голосом тянет: — Бессонница… Гакушу хмыкает. Продолжать разговор ему нет смысла, проблемы Кармы — не его проблемы. И сон с его присутствием ничего не значит. Наоборот даже — сегодня он на удивление выспался. Сновидение, конечно, вряд ли на это как-то повлияло.

***

— Люблю розы. Они мне идут. Асано молча скользит взглядом по собеседнику. Лицо Акабане не украшает уверенная ухмылка, оно сосредоточено и расслабленно. Алые волосы развиваются на прохладном ветру — небо пасмурно. Гакушу смотрит на сад. Некоторые цветы начали увядать. Это навевает тоску. — Полюби маки — может, бессонница уйдёт. — Асано чувствует, как на его плечо ложится чужая рука, а на интуитивном уровне — полуулыбку собеседника. Закрывает глаза, вдыхая воздух, что отдаёт чем-то осенним. — Но тогда ты меня больше здесь не увидишь, — на его плечо кладут голову. Алые пряди щекочут нос. Гакушу спешит выдохнуть остатки кислорода, на мгновение наслаждаясь идеальной тишиной, а после — барабанная дробь будильника. Ему опять приснилось.

***

На большой перемене Асано находит на удивление не спящего Акабане у школьной клумбы с маками во дворе Кунугигаоки. Случайная встреча отдаёт сильным дежавю. Он бы и ущипнул себя за локоть, если бы не был уверен, что происходящее является реальностью. Впрочем, здесь — в школе — атмосфера совершенно другая, нежели во сне. — Люблю маки. Помогают уснуть, — Карма осторожно касается алого цветка, прикрыв глаза, вдыхая аромат. — Не люблю розы. Навевают тоску. — отвечает Асано, присаживаясь на скамейку у клумбы к однокласснику. Тот слабо улыбнулся. — Как спалось? — скорей, чисто вежливость, чем интерес. В ответ лишь молчание: Акабане совсем не по вежливому заснул. Ночью заснёт и Гакушу. Во сне будут увядшие, скорчившиеся алые розы и отсутствие Карумы. Пробуждение будет вялым и совсем не бодрым, зато в школе его точно будет ждать выспавшийся красноволосый одноклассник.