Двойной обман

— Чувак, — ни с того ни с сего начал Дженсен уже в самолете до Чикаго, — у тебя есть фотка, где я сплю с собаками? Джаред засмеялся, запрокинув голову, а потом потер рукой лоб — как всегда, когда немного смущался. — Так ты слышал? — По-моему, рассказанное толпе хихикающих фанаток уже нельзя назвать тайной. Джаред махнул рукой. — Да уж, теперь, возможно, все это гуляет по сети. — Фотка? — вытаращил глаза Дженсен. — Господи, нет! Сама история. Фотка есть только у меня — ну и у Клиффа, ведь именно Клифф ее сделал и прислал мне, хотя не понимаю, с какой стати он ее сохранил. — Но ты бы сохранил. Ведь ты меня любишь. — Ну что ты, чувак. Я назвал файл «повод для шантажа.jpeg». Дженсен фыркнул. — Ага, в следующий раз, когда собак нужно будет помыть, напомни мне, что я их очень люблю, ладно? «Заставляю Дженсена заботиться о своих собаках.jpeg». — На самом деле я назвал файл «Три моих любимых масечки.jpeg», — Джаред засмеялся, хлопнул в ладоши и улыбнулся. Дженсен же слегка нахмурился. — Что? — слегка запнувшись, спросил Джаред, увидев, как пристально Дженсен на него смотрит. Дженсен открыл рот, потом закрыл, снова открыл и неуверенно спросил: — Я… ты говорил всерьез? Джаред моргнул и отвел взгляд. Затем снова посмотрел на Дженсена, провел рукой по волосам и начал накручивать на палец прядь у затылка. — Что? Нет! Это была… ну ты знаешь, шутка! — Я так не думаю! Да и смеялся ты так же, как когда соврал, что разбил подаренную бабулей техасскую кружку, — чтобы посмотреть, сильно ли я взбешусь. Все это — двойной обман. Или просто пытаешься узнать, как сильно меня напугают твои слова. Джаред прекратил мучить волосы и пристально посмотрел на Дженсена. — Даже Сэнди не могла меня раскусить. Чувак, ты знаешь меня как облупленного. Это, черт возьми, пугает. — Все по-честному, если уж я одна из твоих любимых масечек, — по идее Дженсен должен был быть в замешательстве, но на самом деле ему хорошо. В животе тепло, будто после стакана виски. Джаред покраснел — забавно и чрезвычайно мило. — Больше нет, — он мрачно отвеcил Дженсену пинка, а Дженсен обвил своей ногой лодыжку Джареда. Он чувствовал себя глупо — но должен, должен был смутить Джареда каким-нибудь ответным проявлением нежности. Не глядя на него, Дженсен потряс ногой и сказал: — Эй, так нечестно! Ты тоже… ну знаешь… одна из… моих любимых... масечек. Джаред не ответил, но Дженсен через пару минут украдкой бросил на него взгляд: все еще красный как рак, он смотрел в иллюминатор — однако Дженсен краем глаза заметил, что он улыбается. Ногу он также не убрал. Конец