Важно вернуться и спасти

Ярослав. На сегодняшний день я имел только статус грозного альфы, который владеет сетью кондитерских, воспитывает дочь в одиночке и напрочь отказался от своей любви. На самом деле нет, я не отказывался от любви, просто оставил ее совсем не вовремя в своем родном городе. Тот раз был первым и последним, когда я увидел его у входа в дом, который я арендовал для жилья и тусовок. Его нежная и юная кожа, звонкий голосок, пылкая страсть. Я даже осмысленно его пометил, чтобы утром наконец попросить его номер телефона и конечно же имя. Из-за большого количества алкоголя я забыл напрочь его имя. Бывали отголоски, где все же был вариант, но я сильно сомневался, что этого его настоящее имя. Мне было необходимо уехать, чтобы закончить с разводом и наконец забрать дочь. Бывшая жена жутко бесилась, когда ей приходилось следить за ребенком и в итоге она в суде отказалась от Кати. А я, любивший ее до потери пульса, только рад был взять все заботы о ней. Из-за того, что она была сладкоежкой, я начал открывать кондитерские и начал баловать ее своими же шедеврами. Сейчас прошло уже тринадцать лет, и я очень жалею, что задержался так надолго. Все мои попытки найти того омегу провалились. Поэтому я решил вернуться в город как можно скорее. Я очень надеялся, что он не переехал, не нашел другого альфу и он жив. Я очень надеялся, поэтому приехал искать его даже сейчас. Мы только заехали в квартиру, как наш дом атаковали молодые омеги, что жили этажом сверху и снизу в надежде на то, что я влюблюсь в одного из них. Также приходили и женатые парочки, и престарелые жители из любопытства. И когда всех спровадили, Катя воодушевленно направилась на выход. - Ты куда? – Удивленно спросил я. - У меня тут друг живет. – Ответила она просто и счастливо улыбнулась. - Это тот, с которым ты по интернету разговаривала? – Я успокоился и откопал подарок, который приготовила моя дочурка для друга. – Без этого? Катя моргнула и спохватилась. - Точно! Спасибо, что напомнил, пойдешь со мной? Уверена, вы поладите! – Она громко завизжала и взяла меня под руки. В итоге мы в тапочках спустились на этаж ниже и увидели открытую дверь. В проеме стоял старик и ощупывал шею молодого паренька. Завидев эту картину Катя побежала вперед и бросилась к парню. - Что случилось? – Спросила она взволновано у старика. Тот, увидев мою дочь и меня, посуровел и посмотрел на мальца. В глазах скользнула ненависть, но он отмел все чувства и ответил совсем просто: - Я звонил ему и его глупому родителю, но никто не ответил. Приезжаю, а он в обмороке лежит. – Он взял его на руки и понес вглубь квартиры. – Проходите, ты же подружка, с которой он общался? - Да… - Катя смутилась и покраснела. - Рад, что ты приехала. Только я успел зайти в квартиру следом за дочерью, как меня начал обволакивать родной запах. Он был одновременно и моим собственным, одновременно и того омеги, с которым у меня в последний раз был секс и которого я хотел забрать с собой. Мальчик проснулся через час. Увидев этого дедулю и Катю, он расплакался. - Дедушка! Катя! Папочка исчез! – Он зарыдал во весь голос и стал прижиматься к старому альфе. - Как это исчез? Когда? – Спросил дедушка, поглаживая ребенка по спине. - Вечером вчера. Мы посмотрели на только-только восходящее солнце. - Дак может он на свидание ушел? – Вырвалось у меня. Все трое посмотрели на меня как на сумасшедшего. - На моего папочку никто не хочет обращать внимания. – Ребенок уже успокоился, теперь просто прижимался к старому альфе. - С чего бы? Ответить мне не успели, прибежал стары й омега. Омега был полный, в модных брюках и рубашке. Поверх зимняя курточка, в руках сумка. Волосы безобразно лежали на голове и отливали сединой. - Кирилл, что случилось? Где Юра? Почему он не уследил за ребенком? Неужели опять на работу вызвали? Почему нам не позвонил? – Вопросы посыпались градом, никто не успевал на них отвечать. - Шур, а ну молчать. Омега замолчал сразу же и уставился на мальчика. - Приходили дедушки, но папа их в квартиру не пустил. Я ждал долго, а когда решил проверить, никого не было. – Он сжал кулаки. - И он не уехал на свидание! Он любил всегда одного человека, моего отца! - Даже несмотря на то, что его так нахально бросили. Как игрушку сломали. Еще и подло пометили. – Продолжила Катя, почему-то еще и проклиная. Она смахнула набежавшую тоску с лица и повернулась к другу. - Не обращай внимания на моего отца, он у меня глупенький до всех тех вещей, что касается омег. Ему не понять, какого это, когда тебя бросают на произвол судьбы с ребенком. – Проговорила она и этим задела давно болевшую рану. – Но он обязательно поможет. - А тебе будто понять, ты тоже альфа. – Проговорил я угрюмо. Вымученно улыбнувшись, я отошел на кухню в свою квартиру и посмотрел в окно. Хотелось закурить, но сдержав этот порыв вытащил телефон. Вернулся в гостиную, где оставил дочь, и попытался сделать невозмутимый вид. - Вы знаете адрес родителей папы мальчика? – Спросил с чувством виноватого пленника у присутствующих. - Да откуда? Он никогда адреса не упоминал. – Ответил пожилой альфа. - Имя хотя бы? - Дроздов Юрий Геннадьевич… - шмыгнул носом Кирилл. И понесся частный розыск неизвестного для меня человека. Однако от мысли, что мне придется с ним встретиться, сжималось сердце. Я не мог понять почему запах в этой квартире не кажется мне чужим и почему кто-то пахнет также как моя потерянная пара. Юрий. Проснулся я в своей старой комнате в родительском доме. Из этой комнаты я бежал, когда меня поставили перед выбором между сыном и ними. Отсюда я не забрал ни единой вещи, что когда-то мне подарили родители. Поэтому я не знаю, как себя вести сейчас в одиночестве. Стал прислушиваться к звукам и заключил, что вот-вот придут. В коридоре были приближающиеся шаги, и я даже не удивился, когда заглянул отец. Вид как всегда у него был такой суровый, словно он только что получил объявление войны и ему придется защищать страну. А защищать он любил только себя, этот пожилой и грубый альфа любил только себя. - Твоя задача одеться на ужин как нормальный омега, а не как обнищалая омега, которая умеет только задом вертеть, да детей делать. Сегодня тебе предстоит познакомиться с женихом. – Пробасил мужчина и вышел из комнаты. – Через десять минут жду внизу. Я постарался сдержать рвущиеся наружу слезы и подошел к шкафу. Однако успел я открыть дверцу, как увидел, что вещи здесь не обновлялись. На глаза попалась большая толстовка, в которой я вернулся домой тринадцать лет назад. Снова проглотил слезы. И стал одеваться. Белоснежная и дорогая рубашка с позолоченными и блестящими пуговицами. Кружевные воротник и рукава. Выглаженные заранее брюки уже висели в шкафу. Они обтягивали бедра и слегка расширялись у щиколотки. Рубашка была строго заправлена в брюки. Жилетка была чуть мала, но я решил застегнуть лишь одну верхнюю пуговицу, остальные же оставил расстегнутыми. Черные чулки скрывались брюками и домашними и в меру удобными туфлями из натуральной кожи. Посмотрел в зеркало и увидел молодого меня, когда я еще не имел свой характер. Завершил картину высоким хвостиком и заколками с бесполезными камушками. Спустился вниз в столовую и был сразу же критикован моим папой. Он осмотрел меня с ног до головы и мне показалось, что хотел залезть еще и под трусы, чтобы проверить чист ли я изнутри. Но видимо мне показалось, потому что он начал говорить точно таким же тоном, что и отец. - Я надеюсь, что ты прекрасно понимаешь, что тебе сегодня надо спокойно молчать и не предпринимать никаких попыток заговорить. Омега должен быть кроток, терпелив и услужлив к своему жениху и мужу. Он не имеет права открывать рот при других альфах и должен делать только то, что ему скажут родители или твой супруг. – Говорил он словно диктор, вся информация для меня не была новой. – Если нарушишь хоть одно правило, то пеняй на себя. За твоего сына я отвечать не собираюсь. Этот щенок твоя ошибка прошлого, впрочем, как и твоя метка. Не спорю. Она красивая. У вас с тем альфой до сих пор, наверное, чувства свежи, но это всего лишь твоя ошибка. За которую придется платить нам, ведь просили у нас невинного омегу. Кстати, мы уволили тебя с работы, поэтому тебя не потеряют. Я опустил голову и кивнул. Сердце заболело сильнее, но вполне терпимо. Мы расселись по своим местам. Я по левую руку от отца, папа по правую. Напротив меня сидел молодой альфа с хитрыми как у лисы глазами и чуть пухлыми щеками. Изящные кисти рук, на руке красовалось фамильное кольцо. Он смотрел на меня, как на лакомый кусочек, который должны были подать в самом конце. Придерживаясь всех правил, я соблюдал все до единого. Прямо как много лет назад, прямая спина, опущенные глаза вниз. От меня не исходило ни единого шума, и я чувствовал, как доволен отец сложившейся ситуацией. После ужина меня заставили уйти в гостевую комнату с альфой. На мой умоляющий взгляд, папа лишь пригрозил, что тогда моего сына никуда не возьмут учиться и скорее всего отдадут в приют. И сдержав порыв разломать здесь все до маленьких частичек, я прошел в гостевую спальню. Поскольку альфа являлся моим женихом, никто и в мыслях не желал меня забирать. Они считали, что я уже его. А я считал, что моя жизнь уже окончена.