Стисни зубы Малфой !

-Ах! Ай! Архг! Увы, когда этим занималась Беллатрикс, крики вырывались сами собой. Драко позорно плакал, не в силах помочь своей полыхающей заднице. Отец знал меру, тетушка нет. Жаль, что его не будет ещё неделю. Эти каникулы будут ярко алыми… По ногам стекает жидкость, такая вязкая, наверняка кровь. Такое уже было не раз, куски мяса слетающие со спины не могли остановить урождённую Блэк. Мальчишка кусает губы, впивается ногтями в кожу рук. -Я СКАЗАЛА СЧИТАЙ! — Эрх.а. -СЧИТАЙ! -СТО! Больно. Как же больно. Хлыст ядовитой змеей кусал нежную кожу. Однако даже конец экзекуции не облегчит его судьбу. Она была у него одна -карцер. Карцер —маленькая темная коморка утыканная стеклом, гвоздями и иглами. Стоять приходится в ней согнувшись в три погибели, в неудобной позе. Как обычно затащив и без того униженного парня туда, Бэлла без зазрения совести забудет о нем до утра. Родственница отвешивает еле пол сотни ударов и племянник становится раком в столь неудобной позе. Дверца захлопывается, а Драко вдруг погружается в своей прошлое. Розги были его проклятием. Проклятьем всего аристократизма. Отметины появлялись на нем регулярно, лет с пяти. Секли за любую мелочь. Пятнышко на рубашке или пролитое отцово зелье -не важно. Драко давно был уверен, что нужен своему отцу лишь как наследник. Каждый бил по-разному. Мать била по рукам, отец по ногам, тетушка кромсала везде: спина, ягодицы, плечи, ладони, грудь или же тонкий впалый торс. Лишь Северус его жалел. Однажды, будучи малышом, он пролил на стол чай. На принесённые розги крестный даже смотреть не стал. Зато заставил вытереть поверхность. Часа два они отстирывали скатерть. Большую часть времени они брызгали друг на друга воду. К сожалению, узнав о том, что Снейп «балует» его, отец ограничил их общение. Хуже всего была даже не сама боль. Ни голод, ни холод, а осознание ненужности. Драко не хватало ласки, поэтому нередко ласкал себя сам. Гладил по голове и говорил себе утешения, стыдясь до кончиков ушей. Как и ожидалось от «любимой» тетушки, до утра глаза он не сомкнул. Утром еды ему не дали. -Ты будешь умолять меня о прощении! «Не дождёшься мерзкая сука!»-думает Драко -«Стисни зубы…» Его морят голодом три дня. Остаётся продержаться ещё 2 и нужно будет возвращаться в Хогвартс! Спина его -сплошное мясо. Мокрые розги превратили руки в решётку. От обезвоживания кружится голова. — Ототри лестницу! В ведре дурно пахнущая жидкость. -Это работа Добби. Свист. На груди расходится старый шрам. Драко трёт эту чёртову лестницу, пока смесь плавит пальцы. -Ну что готов извиняться? Да, он хнычет в голос, но не сдаётся. «Стисни зубы»-шепчет Малфой про себя. Под конец каникул шестикурсник чувствует себя разбито. Бэлла удачно маскирует иллюзией побои. -Как прошёл отдых, сынок? Чопорно и холодно. «Боже, заметь! Прошу!»-бьется в голове. -Превосходно отец. «Ложь, ложь, ложь! Посмотри на меня! Взгляни, что эта стерва сделала! Не отворачивайся от меня! Помоги мне!» В тот день Драко впервые хочет перерезать себе вены. Северус видит это сразу, но крестник отказывается от зелья и стойко высиживает все уроки. Иллюзию Бэллы видно всем. Ночью ноги приводят его в коридор.Ночью открывается Та-Самая-Комната! Там почти нет мебели. Лишь огромная круглая кровать, на которую Малфой кидается без сомнений. Он устал молчать. Странно, что губы шепчут -стисни зубы. Тетки здесь нет. Ее чары тут не работают. Когда на плечо ложится чья-то рука, сердце проделывает нереальный кульбит. Меньше всего ему хочется видеть этого очкастого идиота. -Убирайся. Малфой понимает, что по подбородку течёт слюна. Боже какой стыд! Гарри садится рядом и смотрит на него неоднозначным взглядом. По телу вдруг пробегает лёгкий ветерок и Драко понимает, что боль ушла. Только темные борозды напоминают о произошедшем. Мальчик не выдерживает. Слишком долго терпел тоску и боль. Плачет на плече врага как младенец, девственно открытый для откровений. Через час Поттер знает всю его жизнь. Истерика подпускает. Гарри острожно тянет рубашку вниз, оголяя испещрённое шрамами туловище. Пальцы касаются полосы по середине. Вздутая и шершавая, он прижимаемся к ней губами, ничуть не брезгуя. Драко не привык к нежностям, против воли к горлу подкатывает паника. Поттер укладывает его на подушки. Гриффиндорец зацеловывает каждый сантиметр обожженной плоти. Он замечает болезненную худобу, рёбра аристократа слишком сильно выпирают. -Первый раз в Хогвартсе. Драко предугадывает вопрос и чувствует как сжимаются кулаки того, кто не должен был, но все же пожалел Малфоя. -Я убью ее. Голос ровный и спокойный. Уверен на сто процентов. Драко не успевает обдумать это, так как губы охватывают последний промежуточек между 12 ребром и талией. Парень хихикает. Тёплое дыхание опаляет местечко, столь сладенькое и незаконно отбитое. Гарри целует ниже, прикусывая зубами бок. Драко снова издаёт высокий по тональности писк и мило хихикает. Поттер кладёт руки на его рёбра. Мягко, но крепко он удерживает тело в одном положении. Поцелуйчики градом сыпятся на мягкий животик. Там тоже шрамы. Как эти твари посмели поднять на это солнышко руку! Язык подразнивает пупочек и Драко уже хохочет в голос. Щекотно. Он боится щекотки, это выяснилось ещё Северусом. Зельевар долго мучил нежные пяточки воспитанника, пока тот не напугал его угрозой обмочить пол. Сейчас это чувство приятно. Гарри шепчет заклинание. Из сразу становится двое. Два Поттера. Мелькает воспоминание… Бэлла применяет заклятие раздвоения. Его секут с двух сторон. На рёбрах и пояснице набухают красные полосы, он кричит и выпивается. Ответом ему смех -маниакальный смех чокнутой тетушки Но здесь с ним Гарри! Гарри не будет бить. Гарри поцелует его и все будет хорошо! Наверно Слизеринец пьян от горя и поэтому так слепо доверяет. Так хорошо ещё никогда не было. Поттер-оригинал спускается к низу живота, разминая бедренную кость. Копия щекочется в подмышках и что-то там шепчет в самое ухо. Золотко…не отдам…как могли… убью суку…-это все что можно разобрать. Счастье такое приятное на вкус. Гарри лишает его остальное одежды. Он касается языком воспалённой кожи. Ах… Ему мало… Больше поцелуев… Больше щекотки… БОЛЬШЕ ПОТТЕРА! Теперь их уже семь. Теперь вместо кровати -облачко. Первый обнимает одной рукой за талию, щипая правый бок, другой поднимает подбородок блондина и кусает за загривок. Второй водит перышком по оголенной шее и лохматит волосы. Третий чмокает в поясницу при этом запустив пальцы в подмышки, бесконечно их теребя. Четвёртый разминает затёкшие ноги. Пятый тянется губами к низу. Шестой приподнимает его. Седьмой медленно растягивает удовольствие. *** Утром Малфой просыпается один. В груди бьется остервенелое сердце. Было ли вчерашнее происшествие проделками Тайной комнаты или же? Есть только один способ проверить! Окрылённый надеждой Драко мчит вниз. Но презрительный взгляд зелёных, дорогих для него, глаз говорит без слов. Впервые за все время разум его чист. Он идёт на карниз крыши. Ветер пробирается под тонкую рубашку. Последний раз взглянув на небо, парень вздохнул: -Стисни зубы, Малфой! А потом полетел вниз.