Сердце дьявола

      Деревянные панели, большой стол из натурального дуба, позолота и прочие дорогие материалы отделки — вроде обычный рабочий кабинет состоятельного бизнесмена, если не считать, что вместо пола бушует настоящее пламя. В глубоком кресле с высокой спинкой сидел мужчина, на вид ему было около сорока лет, а его волосы уже покрыл благородный налет седины. От его затылка шли два гнутых рога, чьи острые концы устремлялись вверх, образуя некое подобие короны. По обнажённому торсу растекалась темная энергия, а за спиной виднелись сложенные крылья.       Они не были черными и не напоминали крыло дракона или летучей мыши. Века, проведенные под гнетом проклятья, изменили его облик, сделав похожим на чудовище, но когда-то, владыка преисподней был ангелом. И об этом ему напоминает подарок отца — два ангельских крыла пепельного цвета. Напротив Габриэля Агреста стоял юноша, объятый той же темной энергией, только в отличие от своего родителя, он ещё не обрёл истинную форму. — Рад тебя видеть, сын, — его голос напоминал раскаты грома. — Кажется ты хотел поговорить? — опускаясь в кресло напротив мужчины. — Да, но сначала хотел узнать, как твои дела. А ты решил перейти сразу к делу. — Будто в моей жизни может произойти что-то новое, — отмахнулся парень. — Ну да, другой колледж, лица вокруг изменились, но люди — они всегда и везде остаются людьми. Я вообще не понимаю, какой смысл мне находиться среди смертных. — В этом есть смысл, пока ты на это ещё способен. Приближается твое "восхождение", сила дьявола растет в твоём теле с каждым днём. Очень скоро мир людей перестанет тебя принимать и ты будешь заперт вместе с грешниками, не имея возможности покинуть преисподнюю. Такова участь владыки, — в его голосе звучала печаль. — Проведя в аду вечность, ты будешь жалеть, что не успел насладиться своей свободой. — Плевать, — фыркнул блондин. — И там, и здесь — все одинаковое. Стоит только щёлкнуть пальцами, и я получаю, что хочу. Так что не вижу особой разницы... — слегка задумался, закинув голову назад. — Разве что обстановка чуть-чуть отличается. — Все равно, не стоит торопить время. Пока у тебя ещё есть эта возможность, наслаждайся жизнью. Твоя судьба — править адом, так что тебе этого не избежать, — Габриэль упёрся локтями в стол, сцепив пальцы в замок и положив на них подбородок. — Ты ведь понимаешь, о чем я говорю? — Ага, — небрежно бросил блондин, — гуляй, пока молодой. И это все, из-за чего ты меня звал? — Если честно, да. — Тогда я пошел обратно. У нас впереди в запасе целая вечность, успеем ещё пообщаться, — Адриан поднялся на ноги и, сунув руки в карманы джинсов, исчез в яркой огненной вспышке. — И что ты можешь сказать? — из тени вышла молодая женщина и положила руки на плечи Габриэля. — Он слишком быстро принял тьму. Если это продолжится такими темпами, наш сын обретёт проклятье Сатаны ещё до "восхождения". Эмили, ему может не хватить времени, чтобы встретить свою судьбу, — он осторожно коснулся губами запястья женщины. — Ты должна поговорить с Адрианом, нужно достучаться до его сердца, пока оно окончательно не закрылось. — Хорошо, сделаю все, что в моих силах.

***

      Религия, какая же это странная и очень абстрактная штука. Многими поколениями людям внушали существование ада и рая, бога и дьявола, добра и зла. Что ж, отрицать последнее будет глупо, только как понять, что есть что? Допустим человек что-то украл, он совершил злой поступок, но если задуматься зачем это было сделано, то кража станет и добрым деянием. Например накормить голодного ребенка или достать лекарство для тяжелобольного человека. То же касается и всего остального.       Во многих культурах дьявол — это собирательный образ, средоточие вселенского зла, у него множество имён и лиц, но никто не задумывался, почему так вышло. На самом деле все довольно просто. Изгоняя ангела с небес, Господь наградил своего сына проклятьем — безграничной силой, способной подчинить себе всю существующую тьму. Это было нужно для того, чтобы удержать мир в равновесии. Но такое могущество невозможно долго удерживать в одном сосуде.       Вместе с проклятьем Сатаны, Люцифер получил дар — возможность продолжения рода. Его потомки, поколение за поколением, несли в себе божественный завет, выполняя возложенную на их плечи миссию. По этой причине дьявол обрёл множество лиц и имён, каждый раз перерождаясь в новом теле.

***

      И снова Маринетт проспала, она не услышала сигнал будильника на телефоне, от того, что полезный гаджет оказался погребён под целым ворохом ткани. Хорошо ещё, что учебный год только начался, но вскоре занятия встанут в привычный ритм и тогда никаких снисхождений уже не будет. Брюнетка быстро собралась, пожертвовав своим завтраком, и поспешила в колледж, чтобы успеть хотя бы к окончанию первого урока.       Она с сильным грохотом ворвалась в класс, запнувшись о порог, и растянулась на полу. Учебники и тетради выпали из сумки, а письменные принадлежности разлетелись в разные стороны. Несколько секунд тишины, и вот звучит знакомый издевательский смех и щелчки фотокамер. — Эффектный полет, Дюпен-Чен, — ехидно выплюнула Роуз, — ты, как всегда, в своем репертуаре.       Эта девушка внешне была похожа на наивную простушку, чем часто пользовалась в общении с незнакомыми людьми. Но за внешностью невинного ангела таилась настоящая стерва, рассчетливая и жестокая. — Учитель дал нам самостоятельное задание и вышел из кабинета сразу после начала урока, — это был насмешливый голос Кима, талантливого спортсмена, но при этом немного глупого парня, — правда ты опять опоздала и не могла об этом знать. Наверно от этого тебе в два раза обильнее?       "Да чтоб вы все провались, демоны бессердечные!" — Маринетт села на колени и принялась быстро все собирать. — Держи. Надеюсь ты не сильно ударилась? — ей протянули один из учебников и ручку.       Напротив девушки сидел Адриан, и хотя на его лице была довольно милая улыбка, в глазах читалось абсолютное безразличие. — Спасибо, — забирая книгу из его руки.       Брюнетка чувствовала себя рядом с ним очень неуютно, но судя по реакции студентов, парень смог найти общий язык со всеми. Будто они знакомы уже не один год. — Да плюнь ты на эту неудачницу, Адриан. Для Дюпен-Чен падения, как неотъемлемая часть жизни, — продолжали издеваться одногруппники. — Это точно, — раздавалось с задней парты. — Не было ещё дня, чтобы она ни разу не грохнулась. — Печально это слышать, — вздохнул блондин и протянул девушке руку, чтобы помочь ей подняться. — Звучит словно какое-то проклятье. А ты не хотела бы от него избавиться? Хотела бы жить по-другому? — парень не отрываясь смотрел ей в глаза.       Непонятно, какого ответа он ожидал, но на лице отразилось удивление, когда брюнетка оттолкнула его руку. — Все, что я хочу, чтобы ко мне не лезли, — произнесла с гордым видом и направилась за парту. — А ещё, я терпеть не могу притворство.