Беспокойные сны

      Это снова произошло.       Стоя перед зеркалом, Итадори лицезрел багрово-фиолетовые отпечатки собственных пальцев. Данное происшествие уже вошло в раздел «повседневность».       С тех пор, как он, из-за своей импульсивности и глупости, поглотил ценный магический артефакт — палец Двуликого, — все пошло по одному месту. Мало того, что его хотят убить после завершения его «миссии», теперь еще и этот ночной кошмар.       Стоит теперь Юджи уснуть, как Великий Сукуна вымещает на нем всю свою злость.       В первый раз это случилось после того, как он переехал в Магический техникум.

***

      Радостно распаковывая свои вещи и расставляя их на подходящие, на его взгляд, места, Итадори расхаживал по своей новой обители. Он до ужаса был рад данному жилью, тем более по соседству живет Фушигуро, поэтому скучно не должно быть. Правда, его не покидали мысли о том, что все это не навсегда, а на определённый период — пока он не поглотит все пальцы Сукуны. А после его ждет смерть, как сосуда Короля Проклятий.       Однако Юджи старался не зацикливаться на подобных мыслях, ведь самое главное — он жив. Здесь и сейчас. А остальное пока что не так уж и важно. Нужно жить сегодняшним днем, потому что только так ты можешь получить от жизни по максимуму удовольствия.       Закончив с вещами, парень взялся за последний элемент интерьера его комнаты — плакат с Дженифер Лопес. Его гордость.       Стоило ему идеально разместить плакат, как в дверь настойчиво постучали. Смачно ругнувшись про себя, он обернулся в сторону звука, который, на удивление, сразу же прекратился.       Итадори решил не обращать на это особого внимания, поэтому вновь вернулся к своему занятию.       — Первый край удачно закреплен! — Довольно заметил парень.       — Не радуйся так, самое важное еще предстоит сделать, — послышался мужской голос за спиной Юджи.       Это заставило его невольно вздрогнуть и вскрикнуть в испуге. Обернувшись, Итадори лицезрел совершенно спокойного Годжо Сатору. В его руках опять красовался пакет из очередной пекарни.       «С виду такой серьезный мужчина, а поведение семилетнего ребенка», — мысленно отчитал нарушителя спокойствия он.       — Годжо-сенсей, зачем вы пришли? — Вернувшись к злосчастному плакату, ровным тоном спросил Итадори.       Сатору завел руки за голову и стал оглядываться, осматривая новый стиль комнаты.       — Я переживал за тебя, Юджи-кун.       Парень слегка опешил от такого ответа. Он звучал так искренне, что ему стало немного стыдно за то, что повел себя неприветливо.       Решив, что нужно исправить сложившуюся ситуацию, он быстро покончил с постером Дженифер Лопес и повернулся к своему неожиданному гостю.       — Да что за меня переживать-то? — Улыбаясь, произнес Итадори. — Все-таки я достаточно взрослый парень, поэтому могу о себе позаботиться и сам!       Подобное заявление вызвало довольную улыбку Годжо. На другое он и не рассчитывал. Однако ему бы хотелось, чтобы Юджи не брал весь этот непосильный груз лишь на свои плечи, ведь так он долго не протянет. А ему, Сатору, этого отнюдь не хочется, ведь он несет за него ответственность. Но дело не только в чувстве долга. Есть что-то еще, только вот Годжо еще сам не разобрался с этим чувством.       — Вот это настрой! — Показывая «класс» и улыбаясь, поддержал своего ученика.       Сатору, приняв серьезное выражение лица, преодолел ничтожное расстояние, разделявшее их. Он навис над парнем и, закинув свободную руку за его шею, притянул к себе.       Итадори покраснел от столь близкого присутствия своего наставника.       — Однако не забывай: я всегда рядом, поэтому не нужно со всем справляться в одиночку, — опалив горячим дыханием ухо Юджи, серьезным тоном добавил он.       Розоволосый парень не понимал, почему сердце так бешено стучит, а щеки пылают адским пламенем.       Годжо, отпрянув от него, снова принял свой привычный для всех облик — шаловливый и беспечный учитель.       — Хорошо, Юджи-кун?       — Х-хорошо, — потупив взгляд, ответил он.       Лицезрев стесняющегося Итадори, Сатору был доволен.       — А теперь мне пора, — развернувшись на все сто восемьдесят градусов, бросил сильнейший маг.       Резко подняв голову, Юджи наблюдал за тем, как массивная фигура наставника удаляется прочь от него.       — Хорошего вам дня! — Донеслось до слуха мага, когда он оказался у выхода из комнаты.       Усмехнувшись словам сосуда Сукуны, помахал рукой на прощание и скрылся за деревянной дверью.       «Черт! — Ругнулся Юджи, закрывая лицо руками. — Что на меня нашло?».       Бросив вновь взгляд на место, где секунду назад был Сатору, он заметил тот самый пакет, который принес с собой учитель. На губах появилась благодарная улыбка. Подошел и, заглянув внутрь, обнаружил упаковку моти и записку.       Развернув небольшой кусочек бумаги, пробежался по строчкам: «Кушай больше, а то сил не будет сдерживать ту гадость, сидящую внутри тебя (это я о Сукуне, если что). P.S. Твой наилучший и наилюбимейший, я уверен, Годжо Сатору.». А в конце нарисована мини-инструкция о том, что нужно делать: скушать моти, а затем покупаться и лечь спать.       Так он и сделал. Нужно отметить, что эти моти были со вкусом шоколада.       Когда Юджи лег в кровать, его не покидали мысли о заботе Годжо-сенсея о нем. Незаметно для себя он заснул.       Проснулся Итадори от того, что воздуха катастрофически не хватало. Его перекрыли. Он хотел откинуть руки нападающего, но только вот проблема возникла — его же руки обвили шею. Паника охватила его с головой. Мысли сумбурно метались, пытаясь найти выход.       — Ты думал, что я позволю тебе так просто восполнять энергию, засранец?       Глаза парня распахнулись еще больше от осознания.       «Сукуна!», — Громогласно позвал он проклятие.       В ответ лишь послышался заливистый смех, но хватка ослабла.       Юджи сделал обжигающий глоток воздуха.       — Привыкай, малыш, — на щеке показалась хищная улыбка Короля Проклятий, — отныне каждая твоя ночь будет столь бурной! Ах-ах!       От этого заявления по телу подростка пробежал мерзкий озноб, за проявление которого ему было стыдно. Ведь это прямое доказательство страха предстоящих событий.       — А теперь досыпай оставшиеся два часа, — бросил Сукуна и исчез.       Несмотря на данное «разрешение», Итадори не смог сомкнуть глаз и на секунду, опасаясь повторного нападения. Однако Рёмен так и не объявился.       Когда солнце окончательно вступило в свои права, вытеснив луну, Юджи направился в ванную, дабы умыться. По привычке посмотрел в зеркало и увидел их. Бордово-фиолетовые очертания собственных пальцев.       Сомкнув челюсть до боли, он вышел из ванной и принялся одеваться. Скоро должен будет придти Годжо, а ему не стоит видеть «подарок» Сукуны.       Скоро в дверь постучали. Итадори накинул шарф и поспешил на выход, не забыв нацепить свою самую ослепительную улыбку.

***

      С того самого дня пытки Сукуны происходили каждую ночь. И каждую ночь Итадори просыпался от страха. Страха, что в этот раз проклятие не остановится и доведет дело до конца.       Но самое сложное для него — сохранять все в секрете от друзей.       Мегуми и Кугисаки явно стали что-то подозревать. Это можно было понять по тому, как скептически они смотрят на шарф, который стал для Юджи уже главным атрибутом одежды.       Он был благодарен им за то, что они не особо заостряли на этом внимание. Нобара могла бросить лишь «Как тебе не жарко? На улице же такое пекло!», а от Фушигуро он получал лишь взгляд полный подозрений.       Но ребята не идут ни в какое сравнение с тем, как пристально за ним теперь следит Сатору. Даже вызывал его на личный разговор, на котором Годжо намекал, а точнее, прямым текстом спрашивал, все ли у него в порядке. Юджи было дико стыдно за то, что не рассказал все, как есть на самом деле. Но он не хотел впутывать в это еще учителя. Кто знает, что может сделать Сукуна.       И так прошло уже несколько недель.

***

      Юджи, выйдя после утреннего душа, мимолетно посмотрел в зеркало.       «Они, как всегда, на месте», — горько усмехнулся парень, удаляясь прочь из ванной.       До прихода ребят осталось полчаса, поэтому он неспешно стал натягивать школьную форму: чёрный пиджак с длинным рукавом поверх красного худи с капюшоном и пуговицами на левой стороне, плюс чёрные штаны. А на шее красуется ставший уже родным красный шарф.       Сев на кровать, он стал дожидаться одногруппников.       Послышался стук о деревянную дверь.       «Сегодня они что-то рановато», — посмотрев на настенные часы, заметил Итадори.       — Иду, иду! — Радостно сказал розоволосый студент, открывая дверь.       Его ожидания были опровергнуты. На пороге, возвышаясь над ним, стоял Годжо Сатору.       Итадори машинально, совсем на автомате поправил шарф. Это не укрылось от учителя, поэтому последовало то, чего Юджи меньше всего ожидал — Годжо схватил шарф, стягивая его с шеи. Оголяя тайну.       Парень попытался скрыть синяки руками, но это было тщетно. Сатору пресек это действие.       — Юджи-кун, я тебе разве не говорил, что ты можешь положиться на меня? — Со сталью в голосе спросил он.       Конечно, Итадори помнил это. Только вот рассказать о подобном ему казалось сродни унижению. Ведь это его собственное тело, а справиться с ним он не может. И не важно, что в нем запечатан сам Король Проклятий — Сукуна Рёмен.       Не зная, что ответить, он опустил голову и закрыл глаза, боясь увидеть разочарование на лице своего наставника.       Но неожиданно парень почувствовал, как его заключили в объятия. И от этого, казалось бы обычного знака поддержки, слезы выступили на глазах. Они обжигающе выстилали дорожки до подбородка, падая на форму Сатору.       — Не переживай, — успокаивающе проводя по розовым волосам, шепотом сказал, — я тебе обязательно помогу, поэтому расскажи все, что произошло с тобой.       После этих слов поток слез лишь усилился. Редко вырывались всхлипы.       Годжо продолжал стоять в обнимку и гладить Итадори по голове. Он не торопил его. Сейчас ему нужно выпустить наружу все то, что накопилось в нем за весь этот промежуток времени.       — Я… расскажу… честно, — послышалось в районе груди.       Сатору улыбнулся и медленно, удерживая в своих руках Юджи, прошел в комнату, закрыв за ними дверь.       «Почему именно в его объятиях мне так спокойно?», — Неожиданно поймал себя на мысли парень, за что мысленно дал себе оплеуху.       Почувствовав, что приступ неожиданной истерики закончился, Итадори выпрямился и, осознавав, что его до сих пор обвивают руки наставника, попытался высвободиться из столь теплых объятий. Эта попытка не увенчалась успехом.       — Рассказывай так, — пояснил Сатору, — а то еще опять заплачешь.       От данного замечания на щеках подростка выступил предательский румянец.       Несмотря на столь смущающую близость, он попытался придать своему голосу силу и уверенностью, пытаясь унять дрожь.       — Это началось месяц назад, — принялся он за повествование своей истории. — Тогда Сукуна первый раз решил объявиться. По его словам, он делает это для того, чтобы лишить меня возможности восполнять энергию, забирая мой безмятежный сон.       Рука сама собой метнулась к пострадавшей в очередной раз шее.       — Иногда мне казалось, что он действительно хочет меня убить. Однако Сукуна всегда останавливался, когда понимал, что я на грани. Можно сказать, что его забавляет это все, — усмехнулся Итадори, — для него это не больше, чем просто игра. А я просто интересная игрушка.       От подобных рассуждений на скулах Годжо заходили желваки, выдавая его злость, раздражение.       — Почему ты не рассказал раньше? — Немного хриплым голосом спросил Сатору.       Юджи ожидал подобного вопроса, но он все равно заставил его вздрогнуть.       — Я не хотел, чтобы вы все волновались из-за меня, — виновато понурив голову, продолжил, — тем более, Годжо-сенсей, у вас были бы проблемы, прознай об этом кто-нибудь.       В этот раз вздрогнул Сатору. Он не ожидал, что причина молчания кроется в волнении о нем. Сердце пропустило несколько ударов.       — Что ж, — будничным тоном произнес мужчина, — теперь моя очередь заботится о тебе, Юджи-кун.       Выпуская парня из объятий, он направился прочь из комнаты, оставив Итадори недоуменно стоять.

***

      Весь его день прошел в переживаниях.       «Что же предпримет Годжо-сенсей?», — Задавался он этим вопросом неоднократно.       Сейчас настал уже вечер. Он лежал на кровати и смотрел в потолок, погрузившись с головой в свои мысли. Все они теперь крутились отнюдь не вокруг сегодняшней очередной пытки, нет, мысли занимал загадочный Годжо Сатору.       Итадори до сих пор не понимает, почему он так добр с ним. Ведь он, по мнению большинства магов, монстр, представляющий угрозу всем и вся.       С самого начала, как ему казалось, он оставил его в живых лишь любопытства ради. Однако это предположение посчитал ложным, потому что Сатору действительно проявлял искреннюю заботу о нем. И это ставило парня в тупик.       «Чем же это вызвано?»       Ответа он так не может найти. Ведь в нем нет ничего особенного, если не брать в счет то, что он является сосудом Сукуны. Тогда… что?       — Аргх! Достало! — Зарываясь лицом в подушку, сдался Юджи.       Накрываясь одеялом, он осознал — скоро опять предстоит ощутить руки на шее. Собственные руки. Эта деталь больше всего бесила Итадори.       Смирившись, он закрыл глаза.       Стук.       Медленно поднимаясь обернутый в одеяло, он засеменил к двери, дабы впустить нежданного ночного гостя. Открыв ее, лицезрел расслабленную фигуру Годжо. В его руках была небольшая подушка.       Юджи непонимающе уставился на мужчину.       — Я же сказал, что позабочусь о тебе, — с улыбкой произнес Сатору, — сегодня буду оберегать твой сон.       — Ч-что?       От осознания сказанного к щекам стала активно приливать кровь, делая их цвета спелого помидора.       Не стесняясь, Годжо прошел мимо опешившего Итадори и кинул свою подушку рядом с его. Затем обернулся к парню с довольной улыбкой.       Розоволосый парень, до сих пор отходящий от шока, повернулся в сторону кровати. На ней уже сидел его наставник, явно радостный своей очередной выходке.       — Спасибо, конечно, — подойдя к мужчине, начал он, — но вы уверены? То есть, ну, мы даже не поместимся на кровати!       Послышался звонкий смех Сатору. Это заставило Юджи завороженно смотреть за тем, как улыбка становится шире, а его тело содрогается от веселья.       — Не волнуйся, я не настолько широкий.       Итадори не знал, на что еще возразить, поэтому принял свое поражение.       Годжо поднялся с кровати и стал неспеша сниматься с себя свою форменную куртку. Под ней оказалась черная облегающая водолазка. Следом за курткой отправилась и вечный атрибут мага — черная повязка, скрывающая светло-голубые глаза.       Юджи невольно сглотнул. Несомненно, глаза сенсея — большая драгоценность.       — А теперь пора баиньки! — Хлопнув в ладоши, весело объявил Сатору.       Поймав пристальный взгляд светло-карих глаз, вопросительно наклонил голову. Стушевавшись, он смущенно отвел взгляд и поспешил занять место на кровати. Получилось так, что Итадори был зажат между стеной и Годжо. К сожалению мага особого уровня, парень отдал предпочтение стене, прижавшись к ней вплотную.       Это действие заставило его нахмуриться, но говорить ничего не стал.       Некоторое время они лежали в полном молчание. Лишь скрип кровати из-за метаний Юджи разбавлял эту тишину. В итогу он лег лицом к Годжо, что вызвало у последнего улыбку.       Из-за неловкости данной ситуации сон никак не хотел приходить к парню. Поэтому он решил применить свой старый добрый способ — обнять что-нибудь. Глупо, конечно, но так ему всегда было легче заснуть. Особенно, если под рукой есть дакимакура.       — Годжо-сенсей, вы спите?       — Нет, а что? — Придвинувшись вплотную к лицу своего собеседника, игриво спросил.       Итадори благодарил Вселенную за то, что в комнате было очень темно, поэтому, он надеялся, Сатору не видел его яркий румянец, покрывший, по ощущениям, все лицо и даже кончики ушей.       — Я не могу уснуть, — признался он, — поэтому… можно вас обнять?       Сквозь смущение он все-таки смог произнести столь нелепую просьбу. Теперь ему осталось только ждать ответа.       — Ну, если тебе так будет легче уснуть, то я совершенно не против, — мягко произнес он, привлекая к себе Юджи.       Сердце юноши участило свой ритм, поэтому в ушах стучало набатом. В объятиях Годжо было очень тепло, а главное, они успокаивали, дарили гарантию того, что ты будешь в безопасности.       Глаза будто наполнились свинцом, отчего хотелось немедленно закрыть. И так под размеренное дыхание Сатору Итадори провалился в, наконец-таки, спокойный сон.       Почувствовав, как на его груди обмякло тело парня, позволил себе выпустит свои чувства наружу. Сердце, казалось, готово было выпрыгнуть, а мозг отказывался воспринимать тот факт, что в его объятиях покоится Юджи.       Зарываясь рукой в его волосы, он неспешно просеивал их сквозь пальцы, наслаждаясь их мягкостью.       «Словно щеночка глажу», — невольно привел сравнение, которое вызвало новый прилив умиления.       Затем он, немного набравшись смелости, приподнял лицо юноши за подбородок. Его расслабленное лицо выглядело до ужаса мило, поэтому Годжо, не сдержавшись, чмокнул спящего в щечку. И обнаружил, что кожа Юджи, словно шелк, которого так и хочется касаться.       Однако при возникшем желании он одернул себя, дабы не натворить непоправимых дел.       Решив, что Сукуна начнет действовать где-то под утро, когда настанет фаза быстрого сна, чтобы нанести ущерб еще и по психическому состоянию парня. Это примерно будет через сто двадцать минут.       Поэтому Сатору прикрыл глаза, зная, что вмиг сможет почувствовать присутствие Сукуны.

***

      Открыв глаза, бросил взгляд на часы.       «Как я предполагал», — довольно заметил он.        Годжо мог лицезреть довольно мерзкую картину — руки Юджи медленно обхватывали его шею. Быстро среагировав, схватил обе руки и завел их за голову парня. Послышался хохот.       — О, вижу, у этого засранца появился защитник! — Издевательски произнесло проклятие. — Думаешь, сможешь останавливать меня каждый раз?       Лицо Сатору не выражало никаких эмоций, но неожиданно заиграла улыбка.       — Сукуна, мне не составит труда делать это каждый раз, — ласково пропел он, — однако не советовал бы. Да и тебе было бы лучше найти общий язык с Юджи.       Теперь Годжо излучал абсолютную серьезность. Подобная перемена лишь подогрела интерес Короля Проклятий.       — Ха! Да ты еще тот шутник, я погляжу, — задорно усмехнулся, — только знай, этот парниша в моей власти.       С ладони Юджи пропал след Сукуны.       Наконец его лицо снова расслабилось, приобретая вновь свою привлекательность. Годжо позволил себе облегченно вздохнуть. Он поднес ладони Итадори к своим губам, нежно целуя пальцы.       — Я не позволю тебе вновь страдать.       Так и оставив руки в своих тисках, Сатору провалился в сон.

***

      С той самой ночи Юджи стал хорошо высыпаться, ведь рядом с ним теперь всегда находился его наставник — Годжо Сатору. Однако теперь он не уверен, что Годжо для него лишь наставник.