Я скажу, когда меня полюбить...

      Мест в вагоне метро не оказалось, но хотя бы нет давки. Маша со стуком поставила сумку с тетрадями на пол и поежилась, чувствуя, как к спине прилипла блузка. Конец мая, но она же учительница младших классов! Надо одеваться скромно. Подавать детям хороший пример. В школе строгий дресс-код.       На следующей станции в вагон набилось много народу, и Машу с ее сумкой оттеснили к другой двери. Она устало подняла глаза и увидела расстегнутую на груди рубашку перед собой. На автомате девушка начала застегивать пуговицы до воротника, мысленно сердясь на родителей. Почему нынешние дети совсем не владеют навыками самообслуживания? В первом классе некоторые дети не умеют завязывать шарфы, зашнуровывать ботинки и даже застегивать рубашки! Почему после урока физкультуры Маша вечно помогает мальчишкам одеться до конца, завязывает банты девочкам и помогает им подтянуть колготки?       Она подняла глаза и встретилась с удивленным взглядом парня. И до нее дошло, что она уже не в школе. Маша почему-то застегнула рубашку незнакомому мужчине! И даже не заметила, что «ученик» на голову выше ее, и уж точно сам может застегнуться! Маша даже не знала, что сказать, и покраснела, как ребенок. Не надо было вчера допоздна сидеть со сценарием праздника на окончание года «Мы уже не первоклашки!». От недосыпа начала зачем-то приставать к человеку! — Так со мной девушки еще ни разу не знакомились! — засмеялся парень, глядя на свою застегнутую рубашку. — Простите, пожалуйста, — торопливо забормотала Маша, поправляя очки, — я встала в пять, а легла вчера в два. Очень много работы… — Вы кто? — Учительница младших классов. Привычка уже…за всеми надо следить. Всем надо помочь помыть руки, вытереть нос, застегнуть пуговицы или завязать шарфик. — У меня не было такой очаровательной и заботливой учительницы, — засмеялся он, разглядывая девушку. Невысокая, тоненькая. Сама еще похожа на ученицу. На половину лица огромные очки. Похоже, что она видит плохо. Но выглядит очень трогательной и хрупкой.       Маша сняла очки и покачала головой, пользуясь тем, что поезд остановился. Парень, похоже, ловелас еще тот! Чего это он взялся заигрывать? Она не из тех, кому вслед оборачиваются мужчины.       Поезд дернулся, и она выронила очки. Молодой человек спешно наклонился, поднял их и протянул своей собеседнице. — Не разбились? — встревожено спросила она, щурясь и глядя куда-то в пустоту. — Я без них почти ничего не вижу. Профессиональная болезнь уже. — Нет, нет. Держите.       Она надела очки и увидела на его плече гитару. — А вы кто? — Музыкант. Играю в клубе «Канада» со своей группой. Были там когда-нибудь? — Нет, некогда мне. Я только первый год в школе работаю. Сижу допоздна, готовлюсь к занятиям. Класс у меня 30 человек. — Вы просто виртуоз. Как можно собрать толпу малышей и заставить их что-то делать? — Ну вы же заставляете публику вас слушать. Здесь то же самое. Только я не пою. — Согласен. — Тебя как зовут? Можно на ты? — спросил парень. — Мария. — Мария Ивановна, как все учителя? Или Мария Петровна? — Не угадали. Мария Геннадьевна. — А я Филипп… Сергеевич. — Извините меня, пожалуйста. Конец года… — Да не переживай ты! Мария Геннадьевна, оставь телефончик, — засмеялся он, встряхнув длинными волосами. — Зачем? — Нельзя же столько работать. Приходи к нам в клуб. Я тебе бесплатный вход организую. Послушаешь, как мы играем.       Маша задумалась, но через минуту кивнула. Год кончается. Можно куда-нибудь сходить. А то она последний раз была в театре под Новый год, и то, на детском спектакле с малышами. — Спасибо, это интересно. Пишите…+7…       Парень набрал ее номер, и у нее высветился на экране его номер. А Маша торопливо прибавила: — Только звоните мне с 9-10 до 9-20, потом не звоните до 10-30, там перемены маленькие, еще надо отвести малышей в столовую на завтрак. Потом я свободна с 11-10 до 11-20. И в 12-35 уроки заканчиваются. Я в школе, но не на уроках. Мне можно дозвониться.       Парень даже завис, пытаясь переварить сказанное. — У тебя весь день по минутам расписан? — захихикал он. — Дело не в этом, — серьезно ответила она, — я не могу отвлекаться на уроках. Иначе дети расшумятся и сорвут занятие. — Ладно, я тебе позвоню. — Моя остановка. До свидания.       Мария выскочила из метро, и юноша увидел, что она забыла пакет. Он попытался его поднять и хмыкнул. Как можно таскать такие тяжести? В пакете было уж точно больше пятидесяти тонких тетрадей.       Он быстро подхватил этот пакет и вышел на следующей станции. Пришлось подняться наверх, чтобы набрать ее. Он набрал несколько раз телефон Маши, но поначалу аппарат был недоступен. В итоге наконец-то пошли гудки. Видимо, она тоже вышла из метро. — Маша, это твой новый знакомый. Ты ничего не забыла? — лукаво спросил он.       Девушка только сейчас поняла, что оставила на полу вагона пакет с детскими тетрадями! — Черт! Завтра же детям тетради надо раздать! — выкрикнула она, бросаясь обратно. — Спокойно. Жди меня. Я через пятнадцать минут выйду из метро на твоей станции и отдам тебе твои неподъемные тетради.       Маша была близка к истерике. Как хорошо, что парень ее выручил! В ее школе было хорошее руководство. Но вот родители были слишком строги к ней. Молодая учительница только первый год работает в школе! Конечно, родители переживали. Маша весь год воевала, чтобы завоевать авторитет у малышей. Под конец года падала от усталости. — Иду я, иду, моя учительница! — хихикнул он, выходя из метро. — Спасибо вам огромное, Филипп, — сказала Мария, пытаясь взять у него пакет. — Вы еще и штангист? Зачем таскать такие тяжести? — он не дал ей взять тетради. — Куда вам его нести? — Да я сама донесу, спасибо. Больше ехать не надо. Я на курсы английского шла, — Маша показала на бежевое старое здание с колоннами.       Филипп оживился. Он тоже там занимался английским. — Я тоже там занимаюсь, правда, в утренней группе. У меня группа В1 (средний уровень). А у вас? — С1 (профессиональный уровень). — Ничего себе! — вырвалось у него, — вы в профессиональную группу уже ходите. До этого уровня единицы доходят.       Маша пожала плечами и застенчиво призналась: — Я хочу потом второе высшее получить. Хотела поступить на факультет иностранных языков, но не добрала баллов. — А я на английском пою. И хочу сочинять песни. Мне язык нужен. — Здорово. Филипп, правда, не беспокойтесь, — Маша сняла очки и протерла их, — я сама дойду. — Я тебе помогу. И не надо мне выкать! Ты бы еще меня по отчеству звала. — Вы же куда-то ехали. А я вас отвлекла. — Ничего. Мои пацаны тоже на репетицию часто опаздывают. Будешь мне должна. — Что? — встревожено спросила она, обернувшись. — Пойдешь со мной завтра в клуб?       Маша задумалась, а затем достала из своей большой сумки записную книжку с кучей записок и закладок. — Завтра у меня консультация для отстающих. А потом нужно пару отчетов сдать. — А что ты делаешь вечером? — А вечером у меня подготовительная группа для дошколят. Я закончу в восемь. Филипп, простите, у меня очень тяжелый день завтра. Не обижайтесь только.       Маша думала, что этот высокий парень с гитарой уйдет, но он понимающе кивнул, протянув ей на входе в здание пакет с тетрадями. — Учительница всегда остается учительницей. Маша, обещай мне, что сегодня поспишь. И не будешь надрываться. — Обещаю, — засмеялась она. — Я тебе послезавтра позвоню. Кстати, ты ходишь в разговорный клуб на наших курсах? — Хожу в субботу. — Тогда точно увидимся.       Молодой человек помахал ей рукой и пошел обратно к метро. Маша пожала плечами и пошла в аудиторию. Она очень занудная и педантичная. Веселому и обаятельному гитаристу будет с ней скучно. Зачем попросил ее телефон? Все равно звонить не будет.