Ночь в башне ужаса

Мистер Старкс пригнулся, проходя через низкий и узкий дверной проем. Мы с Мегуми оказались в конце группы. Каменная лестница без перил взбегала на башню по спирали. Ступени были такими высокими и выщербленными, что мне пришлось придерживаться за стену, чтобы не упасть. Чем выше мы поднимались, тем становилось теплее. Древние ступени были отполированы множеством ног, острые углы сгладились. Я пыталась представить себе пленников, которых вели по этой лестнице в башню. Должно быть, их ноги дрожали от страха. Передо мной медленно шагал Мегуми, оглядывая закопченные каменные стены. – Как здесь темно! – Он оглянулся. – Скорее, Цуми! Не отставай. Я боялась перепачкать куртку. Вообще‑то меня не назовешь упитанной, но лестница была такой узкой, что я то и дело задевала стены плечами. Казалось, что мы бредем по лестнице уже целый час. Наконец мы остановились на площадке. Прямо перед нами была маленькая, темная камера, отгороженная железной решеткой. – Сюда бросали узников, посаженных в тюрьму по политическим мотивам, – объяснил мистер Старке. – Здесь держали врагов короля. Как видите, эту камеру не назовешь комфортабельной. Подойдя поближе, я увидела, что в камере нет ничего, кроме узких каменных нар и деревянного столика. – Что же было дальше с этими узниками? – спросила седая дама. – Неужели им приходилось годами сидеть в этой клетке? – Нет. – Мистер Старкс потер подбородок. – Чаще всего им отрубали голову. Я похолодела. Подойдя вплотную к решетке, я осмотрела тесную камеру. «Здесь держали взаперти живых людей, – думала я. – Живые люди стояли возле этой решетки и смотрели сквозь нее, сидели за этим столиком. Вышагивали туда‑сюда по тесной клетке. Ждали своей участи…» С трудом сглотнув, я обернулась к брату и увидела, что он перепуган не меньше, чем я. – Но мы еще не дошли до верхней площадки башни, – сказал мистер Старкс. – Давайте продолжим осмотр. Каменные ступени постепенно становились все выше и уже. Держась за стену, я шагала следом за Братом. Внезапно у меня возникло странное ощущение: мне показалось, что я уже бывала здесь, поднималась по винтовой лестнице, видела верхнюю площадку древней башни. Разумеется, такого быть не могло: мы с Мегуми впервые в жизни очутились в Англии. Но странное ощущение не покидало меня. Наконец вся группа собралась в тесном помещении наверху. Может, я видела эту башню в кино? Или на фотографии в журнале? Почему она кажется мне такой знакомой? Я резко встряхнула головой, пытаясь отогнать тревожные мысли, встала рядом с Братом и огляделась. Сквозь маленькое круглое окно высоко над головой лился тускло‑серый свет. Комната была круглой, голые стены покрыты трещинами и темными пятнами. Потолок оказался таким низким, что мистеру Старксу и некоторым туристам приходилось наклонять голову. – Должно быть, многим из вас вдруг стало тоскливо, – негромко сказал мистер Старкс. Мы тесно обступили его, чтобы лучше слышать. Мегуми, нахмурившись, смотрел на окно. – В этой камере держали юного принца и принцессу, – печально продолжал мистер Старкс. – Это случилось в начале пятнадцатого века. Здесь, в тесной клетке, томились Эдуард и Сюзанна Йоркские. – Он взмахнул красным флажком, и мы обвели взглядами круглую комнату. – Представьте себе двух детей, увезенных из родного дома и запертых в промозглой камере на верхушке башни… – Мистер Старкс говорил почти шепотом. Мне вдруг стало холодно. Я застегнула куртку, а Мегуми засунул руки поглубже в карманы джинсов. Его глаза расширились от страха, он боязливо обводил взглядом унылую комнату. – Но принц и принцесса не долго пробыли здесь, – Мистер Старкс опустил флажок. – В первую же ночь, когда они заснули, в башню поднялся лорд верховный палач со своими подручными. Им было приказано задушить обоих детей, чтобы ни принц, ни принцесса никогда не взошли на трон. Мистер Старкс закрыл глаза и склонил голову. В комнате повисла тягостная тишина. Никто не шевелился. Все стояли молча. Только ветер завывал в крохотном окне над нашими головами. Я зажмурилась и попыталась представить себе двух детей – мальчика и девочку. Испуганных и одиноких. Пытающихся заснуть среди холодных серых камней. Но вдруг дверь распахивается, и в камеру вливаются незнакомые люди. Не говоря ни слова, они принимаются душить принца и принцессу. Прямо здесь, в этой комнате. На том же месте, где сейчас стою я… Я открыла глаза. Брат встревоженно смотрел на меня. – И вправду страшно… – еле выговорил он. – Еще бы! – усмехнулась я. Мистер Старкс продолжил рассказ. Неожиданно я выронила фотоаппарат, и он с грохотом упал на каменный пол. Я поспешно наклонилась, чтобы его поднять. – Ми-кун, объектив разбился! – воскликнула я. – Тс‑с‑с! Я хочу послушать, что говорит мистер Старкс про принца и принцессу! – перебил меня брат. – Но мой фотоаппарат… – Я встряхнула его – сама не знаю зачем. Как будто надеялась таким способом починить разбитый объектив. – Что он сказал? Ты слышала? – насторожился братик. Я покачала головой: – Прости, я прослушала. Мы подошли к низкой койке, придвинутой к стене. Рядом стоял трехногий деревянный табурет. Больше в камере ничего не было. Неужели принц и принцесса и вправду сидели здесь? Может быть, они вставали на койку и пытались дотянуться до окна? О чем они говорили? Гадали, что с ними будет дальше? Или мечтали о том, что станут делать, оказавшись на свободе и вернувшись домой? Как все это печально и страшно! Я подошла к койке и потрогала ее ладонью. Койка была жесткой. На стене виднелись какие‑то черные отметины. Буквы? Неужели принц или принцесса успели что‑то написать? Я подошла поближе и прищурилась, разглядывая отметины. Нет, это не буквы – просто трещины на каменной поверхности. – Идем, Цуми! – Мегуми потянул меня за рукав. – Сейчас! Я снова провела ладонью по койке. Какое твердое, бугристое, неудобное ложе! Запрокинув голову, я посмотрела на окно. В комнате потемнело, словно наступила ночь. Каменные стены вдруг сомкнулись, обступили меня. Мне казалось, что я заперта в темном, холодном, страшном чулане. Стены наваливались со всех сторон, грозили обрушиться, задушить. Может, то же казалось и принцу с принцессой? Наверное, я испытала тот же ужас, который мучал их пятьсот лет назад. Тяжело вздохнув, я обернулась к Мегуми. – Пойдем отсюда. – Голос у меня дрожал. – Здесь слишком страшно… и грустно. Мы направились к лестнице и вдруг застыли, одновременно вскрикнув. Мистер Старкс и туристы исчезли. – Где же все? – пронзительно закричал Брат. – Нас бросили! – Должно быть, они уже спускаются по лестнице, – успокоила я брата и подтолкнула его к ступенькам. – Идем скорее. Но Мегуми прижался ко мне. – Ты первая, – тихо сказал он. – Что, трусишь? – Я усмехнулась. – Вспомнил, что мы в башне Ужаса? Не знаю, почему мне так нравилось поддразнивать брата. Я же понимала, как он напуган. Мне и самой было не по себе. Но я ничего не могла с собой поделать. Как я уже говорила, я люблю дразнить Братика. Я первой направилась к винтовой лестнице. Ступени казались еще темнее и круче, чем прежде. – Почему ничего не слышно? – спросил Мегуми. – Почему все ушли так быстро? – Уже поздно, – предположила я. – Наверное, мистер Старкс всех поторопил, чтобы поскорее сесть в автобус и вернуться в отель. Кажется, башня закрывается в пять часов. Я взглянула на часы – было уже двадцать минут шестого. – Скорее! – взмолился Мегуми. – Не хватало еще, чтобы нас заперли в этой жуткой башне! – Это верно, – согласилась я. Щурясь в темноте, я начала спускаться. Подошвы кроссовок скользили по гладким камням. Мне опять пришлось держаться одной рукой за стену, чтобы не потерять равновесие. – Где же они? – беспокойно допытывался Мегуми. – Почему не слышно ни голосов, ни шагов? Чем ниже мы спускались, тем становилось холоднее. С нижней площадки в башню проникал тускло‑желтый свет. Я задела рукой что‑то мягкое и липкое. Паутина! Фу, гадость! У меня за спиной часто задышал Мегуми. – Автобус подождет, – успокоила я брата. – Не волнуйся. Мистер Старкс ни за что не уедет без нас. – Есть там кто‑нибудь? – вдруг закричал Мегуми. – Кто‑нибудь слышит меня? Его пронзительный крик повторило гулкое эхо. Но ответа мы так и не дождались. – Где же стражники? – снова допытывался брат. – Ми-кун, не надо так нервничать. Уже поздно. Вероятно, стражники разошлись по домам. А мистер Старкс ждет нас внизу. Иначе и быть не может! Мы шагнули на маленькую освещенную площадку – ту самую, где видели тесную камеру за железной решеткой. – Не останавливайся, – взмолился Мегуми, тяжело дыша. – Идем вниз, Цуми. Скорее! Я положила руку ему на плечо, чтобы немного успокоить, и ласково сказала: