Не ужастик, но порно

— Мне кажется, боги против нашего союза. — Ой, завали, — пробурчал Антон, таща тяжеленный чемодан, в котором между прочим его вещей в два раза меньше — все занято шмотками Арсения. А тот идет рядом, неся рюкзачок, и еще издевается! Нет, в теперешней ситуации и несправедливости виновен только Антон, а именно его тупость — ну и еще хитрожопость Арсения, которая так и прет из всех щелей — нет, ну надо же было согласиться, чтобы до горы тащил Попов, а оставшуюся часть пути придется напрягаться самому. Шастун тогда еще ходил довольный, меньше везти, мол. Надо было не на задницу своего парня пялиться, а голову включать. Антон остановился, оглядываясь назад. Арсений перестал обращать на него хоть какое-либо внимание, разглядывая сугробы по сторонам с таким искренним интересом, будто бы в жизни снега не видел — а он вроде как сибиряк, они едины судьбой со снегом, в их жилах стоит лед, а бороды белы, потому что состоят из сосулек. И вот это чудо, разбрасывающее снег в метель теперь не парень, Шастун до сих пор одергивал себя в мыслях: теперь он «муж», и никак иначе. Идея «узаконить» свои отношения родилась не сразу, сначала это ляпнул пьяный Арсений, устроив целое представление с кольцом из фольги, потом пьяный Антон, драматично заблевав в конце всю квартиру, а потом вдвоем, абсолютно трезвые. Сидя в темной квартире с выбитыми пробками, они пришли к единогласному решению, что их душам хочется церемонии, цветочков, алтаря, костюмов и праздника. Жизнь устаканилась, собственная квартира куплена, стабильность на работе, отношения, длящиеся уже более десяти лет — время и о празднике для себя любимых подумать. Позвать друзей, им хорошо — очередной повод выпить. Родителей звать не стали, они все еще находились в затянувшейся стадии «отрицания» — впрочем, Антон с Арсением довольно быстро перескочили на «смирение» в своем отношении к этому вопросу, не переставая надеяться на лучшее. В качестве страны, куда можно было бы свалить из любящей скрепы России, была выбрана Норвегия. Серега долго жаловался, что из холодрыги они едут в холодрыгу, но Арсений настаивал на ноябре, чтобы «в этот холодный и грустный месяц у нас появился очередной повод для радости». Хотя менее романтичной причиной было совпадение их отпусков. Так что пришлось Матвиенко брать с собой на отдых теплые куртки. Свадьба прошла потрясающе, довольными остались все, Арсений и Антон в особенности, ни на секунду не пожалев о своем решении — даже несмотря на то, что в России это значения иметь не будет, какая им разница до государства, если они сами есть друг у друга, и они сами знают, что теперь они муж и муж? Норвегия была выбрана в основном из-за горнолыжного курорта, хоть ни Арсений, ни Антон на лыжах не катались в жизни. Романтичное арсеньевское «с новым этапом нашей жизни нужно научиться и новому виду спорта», перебивалось скидкой, по которой они отхватили путевки — вообще удивительная история, со странной акцией на отдых после Хеллоуина. Не то, чтобы новоиспеченные Шастуны-Поповы бедствовали, но жаба не так давит на дыхательные пути, когда есть осознание, что урвал подешевле. Так что, в первый день их начавшегося свадебного путешествия, они тащились, по ощущениям, на самую вершину одинокой горы, в какой-то отдаленный домик, который, по описаниям, отлично подходит влюбленным, любящим романтическую мистику. Арсений, как бывший тайный фанат «Сумерек», пришел в восторг, Антон, который в рпг всегда брал мага, тоже. Так что акция была благословением божьим, не иначе. А Арсений как обычно пиздел — ну метет метель, ну холодно до дрожи — одеваться нормально надо было, чай в горы идут! Антон сбросил снежинки с ресниц, вцепился в чемодан посильнее и поспешил наверх — на ломаном английском они сумели понять, что домик находится на самом конце тропинки. Тропинку было едва видно — а казалось бы, великие норвежцы! Антон бы высказался, но рот, в отличие от небоящегося холода мужа — слово то какое замечательное! — старался просто так не открывать. Наконец заветное маленькое строение показалось вдалеке. Арсений радостно воскликнул, поспешив вперед, Антон тоже ускорил шаг. Домик действительно будто бы вышел из старой сказки — весь такой из себя деревянный, с острой крышей, приваленной снегом, а сугробы только придавали месту волшебства. И в отличие от других домов, тут стеклянные окна и другие достижения прогресса картину ничуть не портили. Арсений радостно открыл дверь, забегая внутрь. Наполнение нисколько иллюзии не разрушило — напротив, все было обставлено так, что казалось из-за угла выйдет старая ведьма и выдаст любовное зелье. Какие-то пучки травы, старинная мебель, даже обогреватели были замаскированы под ящички с волшебными снадобьями. Антон завис, рассматривая прихожую и открытый вид на гостиную, когда как Арсений мало того, что успел раздеться, так еще и оббежать все одноэтажное строение с чердаком. — Тут еще круче, чем на картинках! — с восторгом воскликнул он, присаживаясь на диванчик, накрытый атмосферными пледиками. Антон со вздохом стащил с себя шапку. — Главное, что здесь тепло, — пробормотал он, устало стягивая куртку. Арсений с улыбкой подошел помочь, выгружая тяжеленный чемодан и продолжая болтать. — Тут даже ванна в таком стиле! И холодильник замаскирован так, что в жизни не найдешь. — Надеюсь, горячая вода тоже есть, — несмотря на внешнее недовольсво, Антон апартаменты оценил. Уютно, атмосферно и тепло — что еще надо на отдыхе посреди зимы? — Так и быть, я пойду проверю, — Арсений быстро выкинул из чемодана пакеты с вещами, доставая мыльные принадлежности и, быстро чмокнув замеревшего от такой наглости Антона, скрылся в ванной. Долго разглядывать домик они не стали — устали оба как собаки. Выйдя из душа, Антон застал Арсения уже крепко спящего, предварительно кинувшего его чистые вещи на кровать. На Антона вьюга за окном, которая только усилилась, подействовала успокаивающе, так что он тоже долго не маялся. Утром они проснулись почти одновременно — удивительное дело, учитывая любовь Арсения к ранним подъемам. — А в Норвегии всегда так темно в одиннадцать утра? — удивленно спросил Антон, дотягиваясь до телефона. Арсений нахмурился, выбираясь из теплого одеяла и подходя к окну. — Пиздец, — кратко резюмировал он, — нас засыпало. На пробу открыть окно не получилось. Дверь тоже не поддавалась ни в какую. Снег плотно лежал на домике, превратив строение в огромный сугроб. — Так вот почему была скидка! — хохотнул Антон, выискивая последние новости. Наличие отопления и интернета со связью не давало упасть в панику, — тут пишут, что в Норвегии аномальные метели! Арс, это все ты виноват, привез зиму из своего Омска! Попов по-детски показал ему язык, держа у уха трубку — звонил на ресепшн. После череды реплик на английском, которые Антон с трудом понял, выяснилось, что пробыть взаперти им предстоит примерно сутки. — У нас же есть еда? — уточнил Арсений, на что Шастун довольно кивнул — во-первых вчера в холодильнике обнаружился подарок от курорта новобрачным, а во-вторых, сам Антон без запасов никуда не выходил. — Выдержим, — хмыкнул Шаст, — главное, чтобы домик выдержал. Особенно, когда мы будем наверстывать упущенную брачную ночь! Арс прыснул. Прямо с торжества они отправились в домик, так что сил не то что на «консумацию брака» не хватило, а даже на то, чтобы нормально разложить вещи. — Сейчас не ночь, — заметил он. — Ты что-то имеешь против секса? — Нет, просто есть вещи поважнее. Разобрать свадебные фотографии, например. Антон кивнул, тут же в мыслях откладывая приятный секс на попозже — было жутко интересно, чего там получилось. Профессионального фотографа они не нанимали, обойдясь безотказным другом Арсения, который еще вчера прислал основную массу необработанных снимков. — Капец, мы видимо постарели, — хохотнул Антон, — отказываемся от секса ради фотографий! — Не отказываемся, а откладываем, — поучительно поднял палец Арсений, разворачиваясь, чтобы пройти на кухню, но Антон быстро нагнал его, хватая со спины и целуя в макушку. — Хочешь, я сделаю тебе завтрак, любимый муж? Антон нутром ощутил, как Арсения развезло на улыбку. — Как же чудесно это звучит! — Сам кайфую. — Хочу, супруг мой, — Арс с легкостью развернулся, поднялся на носочки и быстро поцеловал Антона в губы. После завтрака они действительно схватили телефон Арсения и в обнимку завалились на уютный диван в гостиной, намереваясь погрузиться во вчерашний день еще раз, но их планам помешал стук железки о железку, когда Антон чересчур размашисто плюхнулся на спинку дивана. — Это чего он? — Шаст нахмурился, толкнувшись снова. Звук повторился. Арсений попытался посмотреть за спинку, но что там билось видно не было. — Да ладно, если об него не стукать сильно, ничего и не слышно, — пожал плечами Попов, но Антон успокаиваться не собирался. — Ага, а как мы будем на этом диване сексом заниматься? — возмущенно спросил он, вновь толкаясь и кривясь от неприятного звука. — А ты хочешь осквернить каждую поверхность в этом милом домишке, муженек? — Конечно! Пусть все знают о великой страсти русских мужиков! — безапеляционно заявил Антон. — Боже, за кого я вышел замуж? — ухмыльнулся Арсений, вставая и обходя диван сбоку, — помогай давай, подвинем, посмотрим, обо что он бьется. Главное не сломать. — Ну, у нас весь месяц будет, чтобы его собрать, — Антон встал с другого боку, толкая мебель на себя. Диван оказался тяжелым, однако на потуги двух мужей поддался, сдвинувшись в сторону. Арсений изумленно уставился на открывшуюся ему стену. — Чего там? — Антон обошел диван и тоже замер. Из стены, одной из досок, торчала ручка, упрощенный вариант которой Шаст видел у себя в школьном туалете для учителей — эдакая стеклянная, узорчатая ручка для двери. Она была черной, восьмиугольной, тоже узорчатой, а главное абсолютно бесполезной — ни намека на дверь не было. Арсений, недолго думая, уселся на корточки, дергая ручку — разумеется, ничего не произошло. — Крепко сидит. Что бы это ни было, — пожал плечами он, — если в этом домике есть тайные лазы, то отдых становится только круче! — Это просто лаз для гномиков, — хмыкнул Антон усаживаясь рядом и тоже потянув ручку. Бесполезно. — Тогда надо включить им Грига. Устроить для них вечеринку, — усмехнулся Арсений, пытаясь уже не дергать, а поворачивать, водя пальцем по замысловатому узору. Что-то щелкнуло. На чистой дощатой стене появились очертания самой настоящей двери, которая с чпоком открылась. Антон одновременно с Арсом задержали дыхание. — Твою мать, — сказал Шастун себе под нос, пока Арсений, хватая телефон с дивана и включая фонарик, посветил в появившееся отверстие. — Охуеть! Шаст! — он наклонил его, показывая внутрь. Это оказалась кладовка, вполне типичная: по обе стены сбоку стояли шкафы, набитые доверху, а посередине, прямо напротив них, стенд с книгой. — Че происходит? — Не знаю, но мне определенно все нравится, — воодушевленно улыбнулся Арсений, забираясь внутрь — Антон только и успел, что руками хлопнуть, пытаясь его остановить. — Только не трогай там ничего! — прокричал он вслед, заглядывая головой в дырку. В нее можно было пробраться только на корточках — действительно будто гномы делали — но в самой кладовке Арсений легко распрямился. — Тогда тащи перчатки! — Фильмы ужасов учили нас не открывать всякие подозрительные книги! — громогласно заявил Антон, все же забравшись внутрь кладовки уже со своим телефоном-фонариком. Он бы и в целом оделся поплотнее, а то на них обоих кроме футболок, да домашних свободных шорт ничего и не было. — Мы молодожены, мы выживем, — уверенно ответил Арсений, быстро натягивая на себя перчатки и осторожно касаясь обложки книги. Она древняя, видно сразу, на переплете были выведены странные символы — Антон такие в игрушках видал. Вообще все в этой кладовке выглядело не новым, но полнейшее отсутствие пыли атмосферу портило. И одновременно немного пугало — не может быть так стерильно, даже если бы здесь перед приходом прибирались. Антон разглядел полки со странными глиняными горшочками с подписями — все те же символы, что и на книге. «Интересные у норвежцев, конечно, развлечения для туристов» — попытался успокоить внутреннего параноика Шастун. Арсений рядом прыснул — вот кто вообще не испугался хрен знает откуда взявшейся загадочной кладовки. — Тох, смотри сюда, — он ткнул рукой на вторую страницу. Шастун опасливо наклонился, и брови уже в который раз поползли вверх от удивления. На рисунке, выполненном профессионалом своего дела, была изображена девушка, в процессе скакания на огромном члене. А чуть выше было изображено само дилдо во всей красе. — А вот инструкция, как его сделать, — Арсений приподнял под свет фонарика предыдущую страницу, всю изрисованную и исписанную символами. — Как ты это понял? — Ну не зря я в информационной безопасности работаю, — хмыкнул Арсений, — брось, это же очевидно. Во-первых, выглядит как список, даже визуально. А во-вторых тут рисунки, довольно подробно описывающие весь процесс. А тут, — он посветил на ближайшую полочку, — ингредиенты. — Здесь определенно жила одинокая и педантичная ведьма, — Антон перевернул страницу, сталкиваясь с еще одной наглядной иллюстрацией, пытавшейся передать, что огромный дилдо еще и вибрировать способен. В книге оказался целый склад магических примочек для самоудовлетворения, с подробными рисованными и написанными инструкциями, как все это непотребство сотворить. Если верить книге, ничего кроме котла (который обнаружился под книгой), да смеси травок из горшочков больше и не нужно было. Арсений пришел от всего этого в восторг, с горящими глазами рассматривая эту норвежскую камасутру. — Объевшийся груш мой, — Арс восторженно остановился на одной инструкции, — а давай сварим, а? Антон с сомнением посмотрел на то, как нарисованную девушку во все дырки ебут щупальца, выползающие из котла. Нет, девушка-то кайфует, со всех ракурсов, но доверия ему это все равно не внушало. — И опять же, фильмы ужасов нас предупреждали! Вдруг мы создадим Ктулху? — Значит вырастим его, как подобает, — отмахнулся от него Арс, озираясь по сторонам в поисках нужных горшочков, названия которых были выписаны отдельно. — Тох, серьезно, ты резко поверил в магию? В худшем случае разобьем окно и выльем на улицу. И вызовем священников, тут уж как пойдет. — А они скажут «ну нахер». Мне кажется, ты как-то легкомысленно относишься к странным книгам и хуй знает откуда взявшимся кладовкам! — Брось, — Арсений улыбнулся, протягивая ему один из горшочков, — это просто измельченные травки! Я с таким же успехом в детстве отравы варил на кухне, пока мама не видела: брал все, что под руку попадется, и кидал в кастрюлю. — Уничтожение и порабощение человечества на твоей совести будет, учти. Пусть я и клялся быть с тобой и в горе, и в радости — буркнул Антон, не желая возражать такому заведенному Арсению: во-первых, он когда чем-то увлечен, то красивый до невозможности, во-вторых, Шастун не трус (он просто опасается), а в-третьих, чего уж там, ему самому на секундочку захотелось поверить в чудо. Кстати о чуде… — Слышь, и давно ты тентаклями увлекаешься? — спросил Антон, еще раз поглядывая на иллюстрацию. Типичная картинка, если в поисковике вбить «тентакли» выдадут похлеще. Не то, чтобы Шастун часто проверял, разумеется. — А, когда у тебя в истории запросов увидел, — Антон чуть котел не выронил. Это была бы потеря, потому что в котел Арсений успел уже понакидать несколько нужных горшочков. — Не было такого, — попытался оправдаться он, но был перебит смешком. — Брось, реально же возбуждает, — Арс с улыбкой поднялся на носочки и успокаивающе поцеловал в щеку, а затем вновь скрылся в глубинах кладовки, — я за тобой все пересмотрел. — Да, но я никогда не воображал себя на месте тех японцев и японок! — из темного угла раздалось недоверчивое хмыканье, — ой, иди… на тентакль. — Два мужа-извращуги, — Арсений отряхнул руку — на полках-то было чисто, а вот стены были сплошь в пыли, — почти одна Сатана, если бы ты был женой. — А так мы получаемся: муж и муж — одна… — Чушь! — радостно заявил Арсений. В кладовке они в итоге проторчали долго — ингредиентов надо было много, а расставлены они были в самых разнообразных местах, хотя к пятому Арсений даже сумел понять, что означали подписи рядом с названиями, идентифицировав это как местоположение. Поиск заметно облегчился. Готовка заняла еще больше — Арсений идеей загорелся конкретно, поэтому во избежания огрехов, попытался сделать хотя бы примерный перевод, ориентируясь на иллюстрации. Антону оставалось только бурчать под ухом по поводу всей затеи, да готовить обед. Потом начался сам процесс готовки — тоже дело небыстрое, как выяснилось. На все ремарки Шастуна, что потрахаться можно и без тентаклей, Арсений начинал вспоминать названия когда-то просмотренного Антоном хентая. Самое удивительное, что Арс до последнего не верил в успех предприятия, даже когда все этапы в точности совпадали с иллюстрациями. Но в целом день прошел замечательно: они поностальгировали о днях, когда они еще друг друга не знали, вспомнили первые свидания, знакомства, чувства, мысли. Да, все это было сделано в максимально неромантичной обстановке, но суть то не в розах, свечах и вине, суть в посыле - и денек прошел самым романтичным образом. Даже не глядя на огромный котел на плите, заполненный зеленой жижей. — Ладно, все, финишная прямая, — радостно объявил Арсений, смотря на часы. День пролетел незаметно, — Тох, последишь? Я в душ сгоняю, а то весь день у плиты. — Долго? — нехотя поднялся Антон, отрываясь от чтения вслух позитивной мистической статьи — золото в море ужаса. — Понятия не имею, — честно ответил Арс, — но если долго, смотреть уже не будем, а то скоро ночь, а ночь, как мы знаем… — Темна и полна ужасов? — Ну если для тебя наш секс — это ужас. — Все понял, вопросов больше не задаю, — Антон вмиг оказался напротив котла. Арсений поцеловал его за ухом и поспешил в душ. Долгое время не происходило ничего — варево не кипело, несмотря на температуру под ним, никак не шевелилось, звуков подозрительных не издавало и создавало типичное впечатление детской «отравы» из всех доступных специй. Арсений не ошибся — во всех горшочках лежали измельченные корешки и травки. Эдакий супчик, который даже не пах. Все изменилось, когда звук душа в ванной стих полностью — то есть минут через сорок, когда Антон дочитал очередную уморительную историю про домового — жидкость резко сменила свой цвет с мутного на ярко-зеленый. А заодно начала кипеть, причем так активно, что капли разлетелись повсюду, попадая в том числе и на запястье Шастуну. Вопреки логике, оно не обожгло, пусть и едва заметный зеленый след остался. — Арс! — Антон отскочил подальше, с ужасом смотря на бурлящую зеленую жижу. — Что там… блять! — Арсений, зашедший в комнату, испуганно прикрыл голову рукой. Антон тоже пригнулся от резкого звука за своей спиной. Котел упал на пол, не переставая кипеть, но ничего из него не вылилось, будто бы там не жижа, а зеленое желе. Арсений и Антон с ужасом переглянулись и снова уставились на варево. — Ебануться, — шепнул Арсений, на корточках подползая к Шасту, не отрывая глаз от котла. Они оба молча смотрели, как жижа булькала все сильнее, вопреки всем законам физики оставаясь в котле, а вскоре запенилась и взбугрилась. — Пиздец! Кто конкретно сказал это первым, они и не поняли, да и какая разница, когда творилось такое?! Из котла медленно вылезали самые настоящие, кислотно-зеленые щупальца, все больше и длиньше. Арсений громко сглотнул, от шока даже падая с корточек на жопу, Антон просто не мог оторвать взгляда. «Сварили, блять, зелье, — крутилось у него в голове, — а блядские фильмы ужасов предупреждали, что нехуй книги, блять, трогать!» — Антон! — в панике протянул Арсений, когда все щупальца, подостыв на воздухе и приобретя темно-зеленый окрас, начали свое поползновение в его сторону. Самое первое и самое длинное оказалось и самым проворным, почти коснувшись босой ступни. — Стоять, мать твою, — Антон не особо контролировал ситуацию в тот момент, попытавшись просто одернуть оцепеневшего мужа подальше, но щупальце само резко замерло и тут же переместилось обратно в котел, неизвестно как поместившись между своими собратьями. Оба снова молча уставились на свой «супчик». — Ты их контролируешь? — Арс удивленно переводил взгляд с Шаста на котел, — как? — В душе не ебу, — буркнул Антон, — но пока я могу их сдерживать, давай-ка уберемся отсюда подальше! — Погоди, — бросил Попов уже без следа прежней паники, напротив, в его глазах зажегся подозрительный интерес. Шаст попытался остановить его, схватив за ногу, но Арсений уже потянулся к щупальцам, которые честно застыли в котле, почти не шевелясь. — Не трогай, вдруг они ядовитые! — но этот любопытный придурок остался глух к его предупреждению и, дернув ногой, чтобы Шаст отвязался, дотронулся кончиком пальца до выпирающего щупа. — Прикольные, — хихикнул он, — такие теплые и склизкие! — Арс, ты еблан, — не успел Антон докончить, как щупальца взметнулись, безуспешно пытаясь скрыться за котлом — корень то оставался внутри и доставаться не собирался. Зато стало понятно, что в, казалось бы, маленькой емкости, умещается реально большие и сильные отростки. — Это явно снова сделал ты! — заявил Арсений, глядя на Шаста с детским восторгом, — Ты их реально контролируешь! Ты — ведьма, Тох! — А ты конченый! — не сдержался в свою очередь Антон. — Надо валить, мать твою! — И куда ты, умник блять, свалишь? — Арсений резонно указал на окно, все еще заваленное снегом, — надо понять, что это за хтонь, и чего с ней делать. Шастун злобно перевел взгляд в сторону котла, но возражать сил не нашел — щупальца мирно колебались за котлом. Стоило ему подумать о том, как было бы здорово, сделай они фигурку фака, эти длиннющие хрени поспешили выполнить его желание. Не так, как он себе в голове это представлял, средний палец это мало напоминало, однако само это действие его немного успокоило. Арсений на него уже внимания не обращал, снова пытаясь потрогать щупальца, но те упорно от него отскакивали. — Слышь, отпусти их, — после второй попытки до Арса дошло, — раз уж ты у нас повелитель тентаклей, дай потрогать! Нехотя Шаст все же дал молчаливый приказ делать все, что захочется, стараясь постоянно держать в голове мысль о том, что их ранить нельзя. Арсений даже рот раскрыл от радости, оглаживая зеленый и влажный, все еще в зеленой жиже, щуп. Он уже к ним не тянулся — они сами подползали к нему по очереди: сначала один коснулся ладони, потом еще парочка пощекотала ступню — Попов хихикнул, вытягивая ногу во всю длину. Он несильно сжал тентакль в кулак, проводя по длине, и Антон не мог не признать, что выглядит это уже не как ужастик. — Арс, ты конченый, — буркнул он, не двигаясь с места — с одной стороны, мозг верещал о том, что надо валить, а с другой - Арсения он один на один с этой штукой в жизни не оставит. Будто бы, хотя нихрена не будто бы, а конкретно прочитав его мысли, щупальца снова отпрянули к кухонным шкафчикам, подальше от Арса. — Тоооох, — Попов недовольно на него покосился. — Просто проверяю, — ответил, смирившись, Антон. Признаться честно, когда Арс с дурацкой улыбкой их гладил, они перестали напоминать прям жуткого монстра — воистину, арсеньевская улыбка способна творить чудеса! Щупальца, вновь получив свободу, стали активней — двое почти сразу обвили кругами лодыжку Арсения, постепенно поднимаясь вверх и наслаиваясь друг на друга. Арс подергал пальцами ступни, коснулся тентаклей и вновь улыбнулся. — Будто массаж делают, — он бросил быстрый лукавый взгляд на Антона и снова схватился за очередной отросток, с интересом рассматривая на нем небольшие бугорки, как бы невзначай вытягивая вперед вторую ногу. Ее тоже довольно быстро опутали. Шастун смотрел на это не отрываясь уже не столько из соображений безопасности, сколько из чистейшего интереса, что же будет дальше — ежу понятно, чего от Арса хотят эти тентакли, в книжке довольно детальные изображения имелись. И Арсений явно умнее ежа (пусть порой впечатление складывалось обратное) и явно понимал, к чему все идет — он для этого урок зельеварения и затеял. Но Антону все равно было немного страшно. Снова отгонять щупальца подальше показалось неправильным — Арсений с удовольствием выдохнул, специально сгибая ноги в коленях, чтобы им было проще обвить их. Однако проверочку никто не отменял. — Это мне? — Арс с улыбкой посмотрел на образовавшееся сердечко. — Тебе, чтобы не забывал, кто тебя замуж брал! — Антон с удовлетворением отметил, что все повторилось в точности, как и задумывалось. Арсений расхохотался, хватаясь рукой за щупальца, чтобы не упасть. — Ты ревнуешь меня к, по сути, фаллоимитаторам? — Хрена ты, — Антон даже присвиснул, — а вдруг оно живое, и ты его сейчас оскорбил! — Даже если живое, то явно не обидчивое, — Арсений подтянул к своему лицу одно из щупалец и как довольный кот потерся щекой. — В отличие от некоторых ревнивых! Шастун лишь закатил глаза, подползая ближе и обнимая Арсения со спины — тот с готовностью откинул голову, мягко улыбаясь. — Ты реально хочешь устроить тут хентай с тентаклями? — все же уточнил Антон, наблюдая, как одно из щупалец медленно поползло по бедру, доходя до самого края шорт, забираясь дальше по ткани, трясь о бедро. Арсений расслабленно задышал и, по виду, сильно хотел съязвить, но передумал. — Да, — просто ответил он. Тут же щупальца будто бы сорвались с места, в одно мгновение плотно обхватывая руки до локтя в те же два слоя и вытягивая их к верху. Арсений удивленно задрал голову. — Чего это они так ускорились? — А это не они, — Антон довольно провел ладонью по живым оковам — действительно теплые и склизкие, даже приятные на ощупь. Неудивительно, что Арс так кайфует от простого массажа ног, но самому Шасту все еще попробовать не хотелось. Зато посмотреть — сколько угодно. — Ты хочешь прям все и сразу? — в очередной раз спросил он и усмехнулся на быстрый кивок, — и даже личинками себя заселишь? — Я такого не видел, — Арсений прыснул, — и кто из нас тут еще конченный! — Зря ты так говоришь про человека, который может управлять десятками мощных длинных хреней, — Антон крепко обхватил Арса со спины, — сейчас заодно проверим насколько сильных. Как думаешь, они смогут тебя удерживать на весу? — Ну на рисунке деваху в бараний рог согнули, — заметил Арсений, приподнимаясь. Шастун отдал команду, и щупальца реально подняли Арса над полом, сантиметров на десять — Антону даже пришлось совсем чуть-чуть задрать голову. Для его роста, когда ты на всех смотришь ссутулившись, уже достижение. — Охуеть, — восхищенно воскликнул Арсений, боясь шевельнуться лишний раз. Но держали его крепко. — Тебе не больно? Не пережимают? — все еще опасаясь спросил Шастун, но Арс активно покачал головой, смотря с таким ожиданием, что дух захватывало. — Я покажу, если что-то будет не так, — шепнул он, тут же прикрывая глаза от приятных ощущений — беспрекословно повинуясь мыслям Антона, щупальца забрались под футболку, захватывая и торс в кольца. Футболка натянулась, и было видно передвижения каждого. Шаст только сейчас задумался о том, что стоило бы избавиться от этой ненужной тряпки. Щупальца на боках и груди посильнее обхватили Арсения, и лишь тогда руки его оказались свободными. Попов от неожиданности уронил их прямо на плечи Антона, непонимающе на него глядя, но быстро вновь вернул их в прежнее положение, помогая стянуть с себя уже влажную от щупалец футболку. От запястий до локтей вновь обхватили, и Арсений опять оказался подвешен так, что он мог кончиками пальцев коснуться потолка. Щупальца быстро пощекотали его подмышки — Антон не мог удержаться — вызывая хихиканье, прошлись по соскам, кончиком придавливая их, обводя по кругу, делая их особенно влажными. Щупальца, как оказалось, выделяют смазку самостоятельно. Другие щупальца одновременно ласкали спину, проходясь прямо по выгнутому позвоночнику — Арсений прогинался почти инстинктивно — по плечам, несильно сжимая их, будто бы действительно желая делать массаж. А еще парочка заползла прямо в штанины шорт, лаская внутреннюю сторону бедра, и еще парочка соединились с ними сверху, обвивая мужчину под ногами. В итоге шорты так же оказались сброшены, а щупальца кружили плотным кольцом по ягодицам, а иногда и между. Арсений стонал уже в голос от довольно нехитрых ласк, но все они вместе и сразу, вкупе с самой ситуацией творили с ним нечто невообразимое. Щупальца продолжали к нему тянуться, те, которым Антон применения не придумал, просто терлись, сменяя друг друга, стремясь прикоснуться. У самого Антона тем временем кипел мозг, причем не столько от тяжелой мозговой деятельности, сколько от вида разгоряченного Арсения, который тяжело дышал и уже без всякой опаски извивался — щупальца держали крепко. Не выдержав, он отправил щупальца на сосках куда подальше — они сиротливо убрались за спину, поглаживая лопатки — и сам припал к ним ртом, обхватывая не ласкаемый участок кожи руками. Арс вскрикнул, когда Шаст немного прикусил уже чувствительный до предела сосок, обводя языком по кругу — ко второму тут же припало щупальце, доводя мужчину до иступления. — И как… на вкус? — спросил сквозь зубы Арсений, когда Антон наконец оторвался от его груди, поднимаясь поцелуями выше до шеи и впервые приподнимаясь на носочки, чтобы достать до губ. Определенно, в этом что-то было, не зря Арсений до сих пор любит периодически картинно подпрыгивать, чтобы быстро чмокнуть или обнять. — Что на вкус? — не сразу дошло до Шастуна. — Щупальца, — ухмыльнулся Арсений. Одно из них поднялось с его плеча и ткнулось Антону в щеку, за что тут же было прогнано с Арса — с Шастуном шутки плохи. — Не знаю, — Антон покрутил на языке оставшиеся ощущения, — по-моему, оно безвкусное. — Дашь попробовать? — Мой муж только о членах и думает, — хмыкнул Антон, пуская одно из щупалец к лицу. Арс с готовностью потерся щекой о него, и судя по тому, что щупальце без воли Антона согласно потерлось в ответ, это было то самое, прогнанное. — Не называй мои тентакли членами, — Арсений показал ему язык, а затем потянулся им же к щупальцу, но Шастун заставил его отойти на пару сантиметров. — Звучит не лучше! — Ой, не бузи, муженек, — Арсений снова потянулся навстречу любвеобильному тентаклю, и Антон решил их больше не разлучать. Отросток согласно вошел на пару сантиметров, и Попов лизнул его, кивая в подтверждение словам о том, что смазка вполне себе безвкусная. Шаст с интересом смотрел, как щупальце медленно входит в широко открытый рот, как Арсений втягивает щеки, пуская глубже — когда у него было особое настроение, он был способен на горловой, и, видимо, сегодня решил повторить трюк. Антон даже на мгновение позавидовал тентаклю во рту, зная, как Арсений умеет работать языком. Шаст отвлекся на шею, которая так призывно заблестела, стоило Арсу немного запрокинуть голову от движения щупальца. Мужчина, уже мало себя сдерживая, прошелся по соблазнительному изгибу, оставляя парочку засосов — давненько они не появлялись на их коже. Арсений издал хлюп, и Антон тут же оторвался, но Попов просто кайфовал. Щупальце он перекатил за щеку, явно творя во рту охуенные штуки, от одних мыслей о которых член Антона, и так возбужденный, уперся в грубую ткань. Поправив его так, чтобы избавить себя от неприятного ощущения, а заодно отогнав один стремящийся помочь справиться с напряжением щуп, Шастун, как зачарованный, огладил бугорок на щеке, едва касаясь. Арсений скосил на него глаза и тут же снова сомкнул в блаженстве веки. — Арс, у тебя руки не затекли? Щупальце, без влияния Антона, выскочило у Арсения из-зо рта. — Немного, — коротко ответил тот, двигая так и вздернутыми кверху руками. Тентакли тут сильнее оплели талию и грудь, присасываясь к красным от всех манипуляций соскам и вырывая у Арсения очередной рваный вдох. — Давай-ка развернем тебя поудобней, — Антон быстро поднялся на носочки и чмокнул Арса в губы, прежде чем отойти за спину. Попов с интересом выглянул из-за плеча, но щупальца уже начали свое движение, наклоняя его почти параллельно полу, приподнимая зад повыше так, чтобы Антону открывался лучший обзор. Мужчина облизнулся, немедля запуская к анусу одно, самое тонкое щупальце, чтобы оно как следует смазало вход. Арс выгнулся, стремясь насадиться сразу, пытаясь дотянуться пальцами до пола, чтобы найти удобную точку опоры, но Шаст быстро просек этот момент. Один тентакль плотно обхватил арсовы запястья, прижимая их к груди. Арсений недовольно захныкал, и Антон, отогнав щупальца на бедрах, сжал его ягодицы, скользя по упругим половинкам и вталкивая на пробу самый кончик тентакля. Арс снова дернулся, и хватка на талии усилилась. — Антоооон, — простонал Попов, выпуская бедный отросток, который до этого сжал до потемнения. — Цыц, — сосредоточенно ответил Антон, внимательно следя за реакцией, но не замечая ничего, почему бы все это непотребство можно было бы остановить (и давящее возбуждение делу не помогало). Шастун засунул руку в штаны, пережимая свой член у основания, одновременно отправляя еще одно щупальце к члену Арсения, чтобы тот тоже не кончил раньше времени — а то он стонал так, что у Антона перед глазами темнело и в ушах закладывало. Наконец отпустив самого себя, Шаст, без всякой цели разрешающе махнул рукой, и щупальце ускорилось, начиная двигаться быстрее с каждой секундной. Было что-то в том, чтобы смотреть на это со стороны: Арсений в целом был прав, называя эту срань «фаллоимитатором». Только в отличие от их обычных игр, здесь Антон мог рассмотреть Арсения с разных ракурсов, облапать его везде одновременно, а заодно подрочить. Короче, ведьма явно разбиралась за развлечения — вряд ли рассчитывала, что её изобретения будут использовать два замужних гея, но тем не менее… На четвереньках он переместился обратно к лицу — у Арсения глаза слезились, рот был открыт и по подбородку стекала слюна, и стоны его разносились на весь домик. Вновь посильнее сжав собственный член, Антон второй рукой схватил мужа за подбородок, привлекая к себе внимание. — Я так понимаю, тебе охуенно, — хмыкнул он, когда Арсений смог разлепить ресницы и худо бедно сфокусировать свой взгляд. — А ты не мог выбрать щупальце побольше? — быстро пробормотал он, протягивая все еще скованные по кистям руки к вставшему члену Антона и касаясь головки кончиками пальцев. Шастун невольно восхитился — зная, сколько щупалец сейчас одновременно ласкают его тело, он несказанно удивлялся способности Арсения думать еще и об Антоне. На его месте бы Шаст уже с ума бы сошел от всех этих прикосновений. Хотя Арс адекватным тоже не шибко выглядел. Задумавшись (и залюбовавшись), Антон пропустил, как приятные ласки на уже его собственном члене сменились с привычных, на странно теплые и объемные. Арсений громко вскрикнул — видимо щупальце наконец нашло нужный угол для максимального удовольствия. А другое, служащее ранее своеобразным поручнем, которое Арсений сжимал в руках, когда было особенно сладко, теперь довольствовалось новой ролью — плотно закружилось вокруг члена Антона, периодически сокращаясь. У Шаста звездочки пошли перед глазами. Остановив назойливый тентакль, чтобы не кончить прямо здесь и сейчас, он все же не стал его убирать — чего уже смущаться, да и, однозначно, это было до головокружения приятно. Антон намеренно подполз поближе, проводя большим пальцем по раскрытым губам, чтобы собрать слюни, но Арс расценил этот жест по-своему, поддавшись головой вперед и схватив палец по фалангу губами. Антон согласно протолкнул палец глубже, давая ему полный контроль над этим участком тела. Одновременно щупальце, повинуясь уже не столько разуму, сколько подсознанию, вновь начало двигаться на члене — и, скорее, из-за этого Арсений и начал периодически палец прикусывать — не сильно, но ощутимо — щупальце позади Антон контролировал чисто установкой «Арсению должно быть охуенно». А Попову только и надо, чтобы жестче и быстрее, так что тентакли слушались скорее Арса, чем Шаста. Наконец поняв, что пользоваться почти неограниченным числом тентаклей надо сполна, Антон вынул (почти насильно) мокрый палец из рта и уселся так, чтобы четко ловить любую эмоцию на лице Арсения — кроме блаженства там сейчас не было ничего, и Антон очень не хотел это испортить. — Арс, — он снова поймал мужа за подбородок, прося посмотреть на себя. Арсений, нехотя, глаза открыл. — М? — промычал он, но тут же, почувствав, как сзади пристроилось и потерлось еще одно щупальце, резко заволновался, — Антон? — Не надо? — нахмурился Шастун, но Арсений быстро покачал головой, успокаивающе касаясь руками его живота. — Очень надо. — Вот, а то я подумал, что сначала жалуется, что маленький, а потом не хочет больше, — притворно возмутился Шаст, заставляя щупальца у низа арсеньевского живота идти медленно и плавно, чтобы каждый бугорок был отчетливо ощутим, и в целом замедляя тентакли, оставляя то, что уже трахало Арса неподвижно в нем. Арсений тоже замер, задерживая дыхание. Антон медленно ввел только самый кончик второго тентакля, следя за мимикой — Арсений вздрогнул и чаще задышал, коротко кивая. Кончик оттянул стенки, вошел глубже, совершил оборот — Арсений только снова попытался дернуть бедрами, но там держали крепко — Шаст постарался. На тихий скулеж — желание большего — Антон быстро улыбнулся и прижался с поцелуем, сразу же проталкивая язык глубже, не встречая никакого сопротивления. Одновременно с этим второе щупальце плавно входило, равняясь по длине с первым. Арсений не сдержался, кусая Шаста за губу до крови, и Антон тут же оторвался от поцелуя. — Да, да, да, да, — как заведенный тараторил Арсений, точно зная, чего от него ждут. У него из глаз брызнули слезы, и Антон нежно сцеловал их, размял на пару с еще двумя щупальцами напряженные плечи, оглаживая еще десятью-двадцатью — никто так точно и не подсчитал — все тело: грудь, бока, спину, руки и ноги, и не двинул тентакли внутри, пока не понял, что Арс более-менее расслабился, тяжело дыша ему в шею, периодически всхлипывая и не забывая повторять заветное «Да». В хентае Антон видел, как щупальца двигались с разной скоростью, но он сейчас и так слишком на взводе, чтобы поддерживать подобное в своей голове — в мыслях усилившееся возбуждение (хотя, казалось бы, куда уж больше), да поплывшие голубые глаза. Так что щупальца двинулись на пробу одновременно — Арсений закричал, но на обеспокоенный взгляд кивнул, позволяя продолжить. Следующий толчок он уже простонал. Поцеловав Арса еще пару раз, и так и не добившись ответа, чувствуя лишь стоны в губы, Антон понял, что не может не посмотреть, как эта картина выглядит сзади. Шаст теперь осознал чувства всех этих монстров, крутящих своих жертв в барание рога — чтобы было удобнее видеть все и сразу. Не считая нужным вставать, он все так же на коленках переполз назад и захлебнулся слюной: за тем, как в тело врываются плавно и неспешно сразу два щупальца наблюдать по-своему «ужасно». Антон не сдержался, оперся лбом в бедро и сжал собственный член через щупальце. Перед глазами пролетели цветные круги. Чтобы кончить, много времени ему не потребовалось. Щупальце мигом исчезло с его члена, стоило последней капле спермы упасть на пол. Оргазм не самый мощный в его жизни, но определенно здоровский. Антон еще пару минут потратил на отдышку, бессмысленно водя рукой по ягодице Арса, а потом переключился на поцелуи внизу спины. Арсений тоже был на пределе, и Антон ускорил движение щупалец. Попов мелко дрожал, уже даже не крича, а просто скуля. Очевидно, что и ему до разрядки не далеко. Щупальца замерли, и Антон пересрался — он такой команды не отдавал. Попов взвыл, запрокидывая голову назад, и кончил, забрызгивая пол и собственный живот. Все так же, без приказов, щупальца осторожно, будто бы Арсений был фарфоровым, уложили его на пол на бок, спокойно заползли обратно в котел и тут же, прямо на глазах у изумленного Антона, испарились. — Хороший сервис, — усмехнулся он, опускаясь рядом с мужем, и осторожно касаясь его щеки. — Арс, ты как? — Охуенно, — просипел Арсений, не открывая глаз. Он был весь липкий, с головы до ног — пот, собственная сперма, да смазка с тентаклей. Не будь последнего пункта, Антон бы сразу потащил его в кровать, но тут он принял решение занести Арса в ванную — тот спокойно уселся, позволив полить себя из душа и потереть, а затем укутать в большое белое махровое полотенце, подхватить на руки и потащить в спальню. — Соблюдаем свадебные традиции — жених приносит невесту в их спальню. И ты как раз в белом! Арс лишь слабо улыбнулся и тут же уснул, стоило Антону уложить его на постель и улечься следом, прижавшись носом к любимому плечу.

***

— Да ладно, ебать! — Арсений недовольно поморщился, просыпаясь от яркого света, слепящего глаза и громкого голоса, доносящегося из гостиной. Свет служил достоверностью, что за ночь их все же откопали. Неловко перевернувшись и закутавшись в валявшееся на плечах полотенце — Арс плохо помнил, что было после вчерашнего оргазма — он встал и тут же чуть было не рухнул на колени. Ноги не держали совершенно. — Арс! — в комнату вбежал обеспокоенный Антон, тут же помогая подняться, — Все в порядке? Врача? Что? — Все даже лучше, чем могло бы быть, — с удивлением заметил Арсений, с помощью мужа стоя почти прямо и отмечая, что в его представлении болеть должно было сильнее, — определенно лучше. Мы свободны? — На все четыре стороны, но покататься все равно не получится, — ответил Антон, снова укладывая Попова на кровать, — поколдовать, кстати, тоже: кладовка захлопнулась! — В смысле? — В прямом. Все, нет ее, ни ручки, ни двери, ни-че-го, — Антон плюхнулся на постель рядом, — может, оно и к лучшему. — Обидно, конечно, — вздохнул Арсений, укладывая голову мужу на плечо, — но у нас ведь остались те ингредиенты, которые мы оттуда вынесли! — Арс… — Ты обязан это попробовать, — с жаром заявил Попов, — и не надо морщиться, я видел, что тебе понравилось! — Ну… — Антон так просто сдаваться не собирался, не обращая внимания на победную ухмылку Арса, — посмотрим! — Конечно. Люблю тебя, муж мой. — И я тебя, муж.