Навсегда рядом с тобой

«Давай, в этот раз умру я, хорошо?» Имир резко открыла глаза. Солнце вовсю пробивалось сквозь шторы в комнату. Снова, снова ей приснился этот сон, из которого она запомнила только отрывок фразы, произнёсенный неясным силуэтом. Но голос незнакомки отчего-то ощущался таким родным и тёплым. Хотелось вернуться в сон и услышать его ещё раз. Резкое жжение в области левой лопатки прервало размышления девушки. Но выбираться из тёплых объятий одеяла и проверять, что там, совершенно не хотелось. Вскоре неприятные ощущения усилились, и Имир всё же поспешила проверить, что не даёт покоя её телу. Стоя перед большим зеркалом, девушка сняла широкую, явно не по размеру, футболку, в которой так любила спать. Её кожа покрылась мурашками, так как температура в комнате была явно ниже, чем в объятиях тёплой постели. Глаза лениво пытались рассмотреть неясную причину зуда. Но, когда причина обнаружилась, они удивлённо распахнулись. Не заметить белого голубя, которого ещё вчера не наблюдалось, было сложно. «Что это?» — глаза девушки принялись внимательно рассматривать метку, и тут её внимание привлёк небольшой календарь, располагавшийся возле зеркала, он-то и объяснял причину невесть откуда появившегося рисунка. Сегодняшнее число было несколько раз обведено красным маркером и говорило о том, что девушка, сегодня праздновала своё восемнадцатилетие. Именно в этот день, если ты окажешься выбранным самой Судьбой, у тебя одновременно с твоей предначертанной парой появляется метка, которая приведёт к родственной душе, к человеку, который идеально подходит тебе во всём и, как говорят, является частью тебя, а ты — частью его. Метка представляет собой рисунок, неповторимое произведение искусства, которое проявится всего у двух человек. Люди не знают ни пола соулмейта, ни как он выглядит; считается, что госпожа Судьба сама организует встречу, и родственным душам невозможно будет не узнать друг друга. «Красиво», — подумала Имир и аккуратно прикоснулась к птице, что распахнула свои крылья, будто собираясь взлететь. За окном вовсю шёл снег, планируя к вечеру полностью накрыть город, заставив людей несколько раз подумать, прежде чем выйти на улицу. Губы девушки тронула улыбка. Так приятно было осознавать, что где-то там по земле ходит человек, которому ты действительно нужен.

***

Она не предполагала, что это случится так быстро. Имир просто пошла навестить своего друга в больнице, который оказался там вследствие аварии неделю назад, когда ехал с её дня рождения. Отделался он, кстати, только переломом ноги и сотрясением. Чувствуя свою вину, Имир часто навещала его. Не найдя друга в палате, девушка поплелась в комнату отдыха — просторное и солнечное помещение с несколькими диванами и телевизором, где любили проводить своё время больные. Это второе место, где может находиться этот горе-водитель. Райнер нашёлся быстро. Он, как и предполагала Имир, сидел в комнате и... мило беседовал с какой-то девушкой. Странное ощущение появилось в груди брюнетки: как чувство ожидания долгожданной встречи. Имир остановилась в дверях комнаты, благо все её посетители были слишком заняты своими делами и на резко застывшую девушку никто не обратил внимания. А причиной странного чувства, по всей видимости, была она Девушка, что сидела рядом с Райнером, была маленькой и хрупкой, словно статуэтка. Это первое, о чём подумала Имир, лишь взглянув на неё. Она была в простой больничной пижаме, с милыми плюшевыми тапочками на ногах. Худое лицо, собранные в уже растрепавшийся хвост светлые волосы и яркие, будто смотрящие в самую душу, голубые глаза. Имир не могла отвести от неё восторженного взгляда. Но вдруг шатенка с ужасом осознала, что эти голубые глаза пристально рассматривают её в ответ. — И долго ты ещё будешь на меня пялиться? — улыбаясь, спросила девушка. — Я?.. Имир не ожидала, что её так быстро заметят. Она надеялась ещё немного понаблюдать за этим ангелом. Стало немного неловко, но, переборов смущение, девушка подошла к паре. — Я вовсе на тебя не пялилась. Я всего лишь не хотела мешать вашему диалогу. — Именно поэтому ты так нагло рассматривала меня в течение нескольких минут? — она улыбнулась, девушку явно забавляла сложившаяся ситуация. Райнер проследил за взглядом собеседницы и с удивлением уставился на Имир. Она говорила, что не сможет прийти сегодня, но тем не менее она здесь, перед ним. — Привет! Имир, познакомься, это мой собрат по несчастью, Хистория, — парень кивком указал на светловолосую. — Хистория, это Имир. Я тебе про неё рассказывал. — Интересно, что же, — немного недовольно произнесла девушка. Она не любила, когда её обсуждали за её же спиной. — О, не беспокойся, всего лишь несколько историй из вашей студенческой жизни, — лукаво ответила Хистория. Остаётся только гадать, что именно уже успел рассказать Райнер. Имир и Райнер познакомились на первом курсе юридического факультета. Они, а также Бертольд Гувер и Энни Леонхарт, создали неплохую компанию и вечно влипали, в основном благодаря Имир, в неприятности. Одни ночные посиделки в компании алкоголя в общежитии, где живёт Энни, чего стоят. — Ладно, допустим, — девушка мучительно улыбнулась, придвинула к себе рядом стоящий стул и потихоньку влилась в ранее начавшийся разговор. Имир пробыла в больнице примерно два часа, хотя она и не должна была приходить сегодня совершенно. Но девушка привыкла доверять своей интуиции, которая просто вопила, что она обязана навестить Райнера сегодня. Отменив все планы и купив в магазине уже побитые жизнью фрукты (судьба бедного студента даёт о себе знать), молодая особа направилась к другу. И, только увидев сидящую рядом с Райнером девушку, Имир наконец-то поняла истинную цель своего визита. Вероятнее всего, Хистория была её соулмейтом. Имир чувствовала это, иначе почему её так тянуло к девушке? Правду говорят, что госпожа Судьба сама всё организует. Блондинка оказалась очень милой и общительной персоной. Она из тех людей, которые быстро находят друзей и легко получают расположение окружающих. С ней было приятно разговаривать, и она всегда улыбалась. Уже вечером, лёжа в постели, Имир поняла, что теперь будет чаще навещать Райнера, и в следующий раз купит что-то повкуснее полусгнивших фруктов.

***

Хистория почувствовала её сразу. Ощущение, будто то, чего тебе не хватало целую жизнь, вдруг объявилось. А всё началось ещё неделю назад, когда, проснувшись, девушка обнаружила татуировку белого голубя под правой лопаткой. Это говорило о том, что соулмейт семнадцатилетней Хистории сегодня празднует своё восемнадцатилетие. Уже неделю все мысли занимала её объявившаяся родственная душа. Хистория иногда прикасалась к метке, но очень аккуратно, она боялась спугнуть птицу. Лечащий врач, который наблюдал девушку с детства, во время очередного осмотра, с печальной улыбкой поздравил её. Отец, изредка навещавший больную дочь, лишь презрительно скривился на радостную весть. Но Хистории и не нужно было его одобрение. Она давно научилась не зависеть ни от кого. Особенно от отца, который не сильно-то и стремился участвовать в её жизни. Быть бастардом начальника крупнейшей компании в стране ещё то дело. Ну, пока он оплачивает все расходы Хистории, девушка жаловаться не имеет права. Признал, и то хорошо. Комната отдыха — очень уютное место в столь огромной и серой больнице. Здесь пациенты знакомятся и проводят свободное время, которого у каждого хоть отбавляй. Тут пару дней назад она и познакомилась с Райнером, который, маша костылём и едва не задев Хисторию, что-то отчаянно пытался доказать другому больному. После этого блондин долго извинялся перед ней, а потом у них завязался разговор. А позже девушка встретила здесь её. Пусть метка и появляется только к восемнадцати, но люди начинают чувствовать потребность гораздо раньше. Хистория, сколько себя помнила, представляла свою встречу с соулмейтом, раз за разом, изменяя разве что место, время и пол предполагаемого человека. Поэтому стоило Имир лишь появиться на пороге комнаты, как внутри девушки будто появилась недостающая деталь пазла. Стараясь сохранить лицо и держать маску спокойствия, Хистория продолжила беседу с Райнером, чувствуя на себе пристальный взгляд. Она тоже её узнала. Голубоглазой было тяжело держать себя в руках и не подавать виду, ведь будет странно, если девушка прямо сейчас кинется на ещё незнакомку с криками: «Боже мой, ты же мой соулмейт, правда?! Я так тебя ждала! Я представляла нашу встречу перед сном последние десять лет! Как тебя зовут, кстати?» Подавив улыбку от таких мыслей, девушка всё же решилась и аккуратно посмотрела прямо незнакомке в глаза. Она была красивой. Не как модели с обложек, нет. Это была другая красота: красота человека, на которого точно можно положиться, с которым можно забыть про любые страхи, которому можно отдать всю себя без остатка. Высокая, с короткими волосами и просто очаровательными веснушками. А ещё от неё пахло корицей. Хистория любит корицу. Имир, а именно так звали девушку, оказалась близкой подругой Райнера, о которой он упоминал, рассказывая свои весёлые истории о университетской жизни. Но тогда, с удовольствием слушая про его приключения, Хистория и не могла подумать, что девушка, фигурирующая чаще всего в этих рассказах, окажется её соулмейтом. У неё был очень приятный и мягкий голос. Они болтали вместе с Райнером ни о чём часа два, за это время ни одна из них ничего не сказала по поводу родства душ. Да и не нужно было. Они лишь пару раз переглянулись, задерживая друг для друге взгляд чуть дольше положенного. Но обе всё поняли. Абсолютно без слов. Это и есть сила соулмейтов, правда?

***

Три уже знакомых ровных стука, и Имир снова появляется на пороге её палаты. Светлая тёплая комната, одинокая кровать, на которой сидит скучающая девушка. Хистория откладывает книгу и мягко улыбается гостье. — Доброе утро, я тебе тут разных сладостей принесла. Выбирала на свой вкус, так что не суди строго, — сказала Имир и протянула девушке небольшой пакетик. Она взяла единственный стул и села возле кровати. С недавних пор, помимо визитов к Райнеру, шатенка также заходила в соседнюю палату, где находилась Хистория. — С добрым утром! Спасибо большое! Я чувствую запах корицы. Неужели синнабоны? — с надеждой в голосе спросила блондинка. Недолго думая, она принялась доставать содержимое пакета. Нюх её не обманул. Внутри действительно оказались такие любимые Хисторией булочки. Подобно маленькому ребёнку девушка принялась уплетать угощение за обе щеки. — Будеф половинку? Я не шадная, — с полным ртом произнесла она, протягивая девушке половину от уже откусанной булки. Имир лишь снисходительно улыбнулась и отказалась от угощения. — Кушай сама, я же тебе их принесла, — она улыбнулась. — Как-то ты здесь задерживаешься. Ты говорила, что это лишь плановое обследование. Что-то не так? Имир действительно волновалась за девушку. Когда она впервые спросила, что, собственно, Хистория делает в больнице, та лишь улыбнулась и сказала, что из-за слабого здоровья она вынуждена раз в полгода посещать сие печальное место, но всё в порядке и её скоро выпишут. На что Имир кивнула и сказала, что будет навещать её иногда. В итоге это «иногда» переросло в практически каждодневные визиты. Хистория оказалась только счастлива от такого гипервнимания, ей было очень комфортно в обществе Имир, так что каждый день она ждала с нетерпением. Они знают друг друга всего какую-то жалкую неделю. И как бы это банально ни звучало, ощущение, будто они знакомы гораздо, гораздо дольше. Быть соулмейтами — прекрасно. — Да нет, всё в порядке! Меня уже завтра выписывают! Кстати, спасибо огромное за синнабоны, было очень вкусно. Девушка обаятельно улыбнулась. Имир не придала особого значения столь наглому переводу темы, ведь у каждого есть личные вещи, которыми не очень хочется делиться. — Райнера тоже выписывают на днях. Как тебе идея отпраздновать ваше выздоровление? Ничего грандиозного, можно просто собраться у меня и чего покушать. Я бы не отказалась от чего-нибудь сладкого. Глаза Хистории предвкушающе сверкнули. — Адрес, место и время. И с меня тортик.  

***

— Ну и где там эта ваша Хистория? — Энни, которой Райнер уже успел рассказать про девушку, выжидающе уставилась на Имир. — Она вот-вот должна прийти. Сомнения в голосе брюнетке скрыть не удалось. Имир несколько раз звонила Хистории, но безрезультатно. Волнение стремительно окутывало её сердце. Она же обещала прийти, так почему её до сих пор нет? — Да ладно тебе, опаздывает человек. С кем не бывает, — произнёс Бертольд, который и сам уже не надеялся на появление девушки. Пошёл уже час с назначенного времени. Ребята собрались своей привычной компанией в небольшой квартире, которая передалась по наследству от погибших в автокатастрофе родителей Имир. — Ну вот, а я уже настроилась на торт. Видимо, не судьба. Так и знала, что надо было покупать самой, а не надеяться на какую-то Хисторию, — Энни и не пыталась скрыть недовольство в голосе. Она собиралась ещё что-то сказать по поводу неумеющих держать обещание людей, но её прервал дверной звонок, который неприятно резанул по ушам, но дал понять, что кто-то пришёл и стоит в ожидании по ту сторону входной двери. Имир слишком резко подскочила, Леонхарт подметила, как печаль на лице подруги сменилась сияющей надеждой и еле сдерживаемым ликованием. Имир быстро открыла дверь, и ребятам предстала девушка с очень виноватым выражением лица, но зато с тортом в руках. — Привет! Извините за опоздание. Непредвиденные обстоятельства. Надеюсь, все любят торт «Красный Бархат»? — Ничего, проходи. Мы тебя уже заждались. Я надеюсь, всё нормально? Я тебе звонила, но ты не поднимала трубку. Имир отошла от прохода, давая девушке зайти внутрь и раздеться. Вид у Хистории был слегка помятый. — Да, всё хорошо. Я просто умудрилась поскользнуться и упасть на дороге, гололёд как-никак, но люди, проходящие рядом, оказали мне первую помощь, так что всё хорошо. Три сочувственных взгляда уставились на девушку. Только Леонхарт продолжала пилить торт голодным взором. Ей Хистория была не особо интересна, мысли занимало только это произведение кондитерского искусства. — Пошли уже есть торт, хорошо? — всё же не сдержалась светловолосая. Хистория очень легко влилась в компанию ребят. Они просидели примерно до полуночи, переходя с одной темы на другую; поскольку все друзья немного подвыпили, было решено остаться у Имир. Решено было Райнером, Бертольд радостно с ним согласилась. Имир оставалось лишь раздать одеяла, а где эти идиоты собираются спать, её не волновало, лишь бы только не в её комнате. В маленькой двухкомнатной квартире парни расположились на диване в гостиной, Энни же свалила в общежитие, так как спать на полу она не хотела. Благо оно недалеко. Хистория, смущаясь, но всё же приняла предложение Имир спать вместе. — Тебе удобно? — в который раз спрашивает шатенка. — Имир, всё замечательно. Спи уже, — по голосу можно было понять, что Хистория улыбается. Девушки лежали рядом друг с другом. Устроиться на полутораспальной кровати было несложно, так как блондинка была очень миниатюрной и не занимала много места. Обе не испытывали никакого дискомфорта. А Имир же вовсе казалось, что её сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Девушку немного смущал тот факт, что Хистория может услышать, насколько быстро у Имир бьётся сердце рядом с ней. Блондинка же просто тихо наслаждалась ощущением защищённости и спокойствия рядом с брюнеткой. Не хватало только одного, и Хистория не смогла отказать себе в этой прихоти. Она мягко обняла Имир за талию, прижавшись к ней ещё ближе, уткнувшись носом в тёплую шею девушки. Ответная реакция не заставила себя долго ждать, и Райсс почувствовала нежные руки, которые сомкнулись кольцом за её спиной, и тёплое дыхание в районе затылка. Сердце Хистории болезненно сжалось. — Прости меня, пожалуйста, и пойми, если сможешь, — приглушённо сказала девушка. — Что? За что ты извиняешься? В ответ тишина. — Хистория? — Да так, пустяки, не обращай внимания. Не знаю, что на меня нашло. Слушай, Имир, а где он находится? — дыхание девушки обожгло шею брюнетке. — Он? — не поняла та. — Голубь. Имир ощутимо вздрогнула. Они ещё не поднимали эту тему. — Под левой лопаткой. — Где-то здесь? — Хистория аккуратно провела рукой точно по тому месту, где покоилась метка. — Да, — девушка прижала своего соулмейта поближе к себе и зарылась рукой в пшеничные мягкие волосы. — А твой где? — Рядом с твоим, под правой лопаткой. Я рада, что им оказалась ты. Спасибо. — Имир не могла этого видеть, но лицо у Хистории было очень печальным. Её рука крепко сжала рубашку девушки, точно возле метки. — Это мне стоит тебя благодарить, — брюнетка продолжала гладить светлые волосы. В комнате воцарилась тишина. Но через пару минут Имир всё же спросила. — Слушай, я так и не поняла, за что ты извинялась? Но ответом девушке стало лишь ровное дыхание спящего человека.

***

Имир сидела за небольшим столом в собственной спальне и пыталась готовиться к экзаменам. Но сосредоточиться было тяжело, мысли то и дело возвращались к Хистории. На душе было так тепло и уютно. Рядом лежащий телефон загорелся, оповещая девушку о новом сообщении. Вспомни солнце, вот и лучик. На экране показалось имя соулмейта. [У меня порвалось любимое платье, и я хочу купить себе новое] Шатенка улыбнулась, печатая ответ. Имир: [Зимой?] Хистория: [Именно.] Имир: [Ого, точка в конце. А ты настроена серьёзно :)] Хистория: [Да! Ты свободна завтра?] Имир: [Ты зовёшь меня на свидание?] Хистория: [НЕТ. Я просто хочу себе новое платье!] Немного погодя девушка добавила: [Да ну тебя, засмущала. Но от цветов я не откажусь] Имир: [Так всё-таки свидание] Хистория: [Ты свободна завтра или нет?] Имир: [Уже не отрицаешь, да?] Хистория: [ВСЁ. САМА СХОЖУ.] Имир: [Завтра после двух я свободна. Можем встретиться на центральной площади где-то в 2:30. Удобно?] Хистория: [Да!] Хоть девушки и находились в разных точках города, но совершенно одинаково сейчас сидели и улыбались, глядя куда-то в пространство. Такие переписки, в основном ни о чём, стали частью жизни Имир. Каждый раз, когда она видела сообщение от своего соулмейта, на душе становилось так радостно, хотелось кричать всем вокруг о том, как жизнь прекрасна. После той незапланированной ночёвки отношения девушек изменились, они стали гораздо ближе друг к другу. Это не могло не радовать. Хоть она ещё была не уверена в том, что именно чувствует к Хистории, но очень привязалась к ней и отвязываться явно не хотела.

***

«Ну где же она?..» — Хистория нервно сжимала лямку сумки, то и дело высматривая кого-то в толпе. Сегодня на улице достаточно холодно, но, несмотря на это, людей вокруг было много. Имир опаздывала уже на десять минут, и блондинка уже замёрзла ждать. Снег крупными хлопьями падал с неба, укрывая всё вокруг. Хоть весна вступает в свои права уже завтра, погода и не думала меняться. — Прости, ты, наверное, заждалась уже. Чьи-то заботливые руки обняли Хисторию со спины. — Имир! Девушка развернулась и крепко обняла опоздавшую в ответ. — Всё дело в них. Никак не могла выбрать. Она протянула голубоглазой аккуратный букетик прекрасных ромашек, на которых уже порядком собрался снег. — Они такие красивые! Спасибо огромное! Хистория аккуратно прикоснулась к цветам, попутно смахивая с них снег. Девушке, пусть она и сама предложила, было невероятно приятно получить такой подарок. Счастье переполняло её. — Хватит стоять на холоде и дальше покрываться снегом. Пошли внутрь уже. Имир смахнула нападавший на голову её соулмейта снег, взяла за руку и потянула в сторону большого торгового центра, который находился недалеко от площади. Хистория продолжала всё так же счастливо улыбаться. — Ну что, готова к шоппингу? Голубые глаза девушки загорелись. — Да!

***

Народу было много. Огромное количество магазинов с яркими витринами привлекали к себе внимание. Имир не особо любила всю эту суету, но вот к шоппингу относилась крайне положительно. Хистория как маленький ребёнок тянула её от одного магазина к другому. Казалось, она была очень счастлива. Девушки уже успели перемерить огромное количество одежды (Имир чисто за компанию), но ни одна вещь ещё не приглянулась голубоглазой. — Ты ещё не устала? У меня ощущение, что мы полторгового центра перемерили, — сказала шатенка, снимая с себя понравившийся худи, возможно, она когда-нибудь вернётся за ним, когда будут скидки, например. — Нет, вовсе нет. Но, если ты устала, мы можем передохнуть в том кафе, — девушка кивком указала на милое заведение напротив. — С радостью, но уже после того, как найдём платье твоей мечты. Хистория благодарно улыбнулась и потянула Имир в ещё один бутик. Платье на манекене привлекло её внимание. — Имир, я хочу его померить, — она кивком указала на понравившуюся вещь. — Красивое. Мне кажется, тебе подойдёт. Девушки зашли в помещение, людей там было не много. Найти консультанта и попросить дать выбранное платье на примерку не составило труда. — Вау… — это было всё, что смогла сказать шатенка, когда Хистория переоделась. Хлопковое белое платье чуть ниже колена невероятно шло девушке. Оно аккуратно подчёркивало грудь, а дальше струилось свободным кроем. Казалось бы, самое обычное платье, но оно придавало дополнительной изящности. Глаза Хистории светились восторгом. — Я думаю, тут даже не надо думать. Надо брать, — всё же произнесла Имир, когда наконец-то смогла оторвать взгляд от девушки. — Ты выглядишь как ангел во плоти, честно. — Смущаешь, спасибо большое, — девушка счастливо улыбнулась. — Да, определённо! Мы нашли примерно то, что я хотела! Имир, спасибо за помощь! — Всегда пожалуйста, — довольно ответила шатенка. — А теперь в кафе? — Угу!

***

— Хистория, слушай, сегодня же четверг, у тебя разве нет уроков в школе? Девушки сидели в том самом кафе напротив и пили ароматный чай. Пастельные тона этого заведения придавали ему уют. Райсс то и дело поглядывала на официанта, ожидая, когда же ей принесут заказанный тортик. — А, так я на домашнем обучении. Уже несколько лет как, — Хистория перевела взгляд на Имир. — Да? А чем тебя не устраивает ходить в школу? — Я очень часто болею и много времени провожу в больнице, тем самым пропуская слишком много занятий. Поэтому мой отец принял решение перевести меня на домашнее обучение. Это удобно, гибкий график, все дела… Подошедший официант поставил перед девушкой торт, и Хистория с большим аппетитом принялась за его уничтожение. — А мама что говорит по этому поводу? — Ничего. Она умерла от болезни, когда мне было пять, — совершенно спокойно произнесла девушка, ни на секунду не останавливаясь от поедания десерта. — Оу, прости, пожалуйста, я не знала, — Имир явно почувствовала себя немного неудобно. Она, как никто другой, понимала боль от утраты близких. — Тебе не за что извиняться. Я её совершенно не помню, поэтому и не скучаю вовсе. Будешь? Хистория отломила ложечкой кусочек тортика и протянула Имир. Та, кивнув, приняла угощение. — Вкусно. — Ещё будешь? — Нет, спасибо, кушай. Ты очень любишь сладости, я права? — Да! Особенно разные тортики. Только не шоколадные. Терпеть не могу шоколадные торты. А ты? — Хах, неожиданно, я вот люблю шоколад. Особенно чёрный. Так девушки провели ещё час. Разговоры переходили с одной темы на другую. Часто слышался звонкий смех Хистории и в ответ тёплые взгляды Имир, направленные на неё в этот момент. — Думаю, пора уже собираться. — Хистория мягко улыбнулась и встала из-за стола. — Спасибо, что прогулялась со мной сегодня. — Без проблем, я очень хорошо провела время в компании чудесной девушки. — Имир подмигнула, смотря прямо в глаза блондинке. — Ой, да ладно тебе. Хистория смущённо отвела взгляд. Её рука потянулась к чашке, где ещё оставалось немного недопитого чая. Но не успела она и поднести посуду к губам, как та выпала из рук, падая на пол и с громким звуком разбиваясь. Другие посетители недовольно глянули на пару. В ту же секунду рядом появился официант. — Боже… я… я такая неуклюжая. Простите, пожалуйста. Я заплачу, — голос Хистории дрожал, она прижала к себе трясущуюся руку. — Ничего страшного, мисс. С кем не бывает, я всё уберу. А вы берегите себя. Хорошего дня. — Всё хорошо, пойдём, — тихо сказала Имир. Официант принялся убирать осколки. Девушка видела, как глаза Хистории потихоньку начали заполняться слезами. Взяв её за руку, кареглазая направилась к выходу, не забыв прихватить пакет с платьем. На улице уже было темно, свежий морозный воздух немного помог унять дрожь из-за неприятной ситуации. — У тебя до сих пор дрожат руки. Всё хорошо, успокойся, это всего лишь чашка. Иди сюда. Имир притянула к себе своего соулмейта и крепко обняла. Такая реакция её немного удивила. Ну подумаешь, разбила чашку, с кем не бывает. Хистория уткнулась носом ей в шею, дрожь девушки постепенно сходила на нет. — Хей, ты как? — Уже… уже всё нормально, спасибо. Прости, меня просто сильно задевают такие ситуации, вот и разнервничалась. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Имир очень переживала за девушку. — Да, порядок. Немного устала, да и только, — блондинка тряхнула головой и натянула улыбку. — Уже поздно. Мне пора домой. — Я тебя провожу, — сказала Имир тоном «возражения не принимаются». — Да? Хорошо, спасибо, — девушке было приятно быть окружённой такой заботой. — Ну, тогда вперёд! Далеко идти, кстати? — Нет, вовсе нет. Десять минут ходьбы примерно. Они шли молча, но тишина вовсе не давила, а наоборот, успокаивала. Девушки наслаждались сложившейся ситуацией. Хистория крепко держала Имир за руку. В этот холодный вечер она была единственной, кто согревал её. — Мне нравится морозный воздух. Он вкусный, — с полной серьёзностью заявила Райсс. Имир рассмеялась. Её смех был очень заразительным и искренним. Хистория улыбнулась и заразилась поднявшимся настроением девушки. — Вкусный? То есть, помимо сладкого, тебе также нравится воздух? — Не только он. — О, что же ещё? Давай, удиви меня! — шатенка всё также продолжала веселиться. — Ты.  — Что я? — Ты мне нравишься. Смех Имир резко прекратился. Как и, впрочем, воздух в лёгких. Она удивлённо уставилась на Хисторию, от шока отпуская её руку. Ей же не послышалось, правда? Возможно, она просто ранее упала без сознания, и всё, что сейчас происходит, — это просто сон, нет? Или, может, это просто шутка? Сердце Имир бешено билось, доказывая, что всё происходящее вполне реально. Молчание затянулось, поэтому блондинка, не говоря больше ни слова, развернулась и продолжила свой путь домой. Её терзали жгучие сомнения в правильности своего поступка. — Хистория! Это правда? — её голос дрожал. — А похоже на то, что я лгу? — Нет, вовсе нет. У меня нет причин сомневаться в тебе. Просто ты застала меня врасплох. Хистория лишь виновато улыбнулась. Имир догнала её и развернула к себе. Правой рукой она заправила светлую прядь за ухо, левой аккуратно взяла за подбородок. И, больше не сомневаясь ни секунды, мягко поцеловала девушку. Хистория слегка дёрнулась, но, быстро взяв себя в руки, ответила на поцелуй, запуская руку в мягкие короткие и немного мокрые от снега волосы. Белые хлопья медленно падали вокруг, создавая атмосферу какого-то романтического фильма. Время остановилось. Для обеих девушек это было что-то большее, нежели простой поцелуй. Они будто становились одним целым, доверяя друг другу самые важные чувства, эмоции и переживания. Кислорода уже не хватало, поэтому соулмейты вынуждены были оторваться. Имир гадала, правильно ли она всё сделала, но ей казалось, что такой решительный шаг был наиболее правильным в данной ситуации. Она заглянула в лицо Райсс, её глаза блестели, в них читалось счастье и что-то ещё, чего Имир понять не смогла. — Ты тоже мне нравишься, Хистория. Смущённая и счастливая блондинка крепко обняла Имир, спрятав пылающее лицо. — Мы, кстати, уже пришли. Здесь на третьем этаже моя квартира, — пробормотала девушка и указала на многоэтажку позади них. — Оу, ну… тогда пока. Хорошего вечера! Хистория, поняв, что сейчас вполне подходящее время, сделала то, о чём ещё давно мечтала сделать. Рукой она нежно прикоснулась к щеке Имир, поглаживая большим пальцем россыпь веснушек на лице девушки. При этом выражение лица у блондинки было как у маленького ребёнка, которому подарили новую игрушку, о которой он так давно мечтал. Имир ошарашенно наблюдала за всеми этими манипуляциями со своим лицом, но надо признать: было приятно. — И правда, настоящие… — Хах, а ты сомневалась? На самом деле девушка ненавидела эту свою отличительную черту. Но было приятно осознавать, что кому-то и правда нравятся её ассиметричные пятнышки. — Ничуть. Спасибо, что проводила, и спасибо за день, и… и вообще спасибо за всё, — Хистория обезоруживающе улыбнулась, глядя на Имир. Та ответила такой же улыбкой. Обе девушки запомнили этот вечер навсегда.

***

Тёмная пустая квартира впустила в свои объятия Хисторию. Девушка с мечтательной улыбкой напевала себе под нос какую-то мелодию, услышанную пару дней назад в рекламе. Хотелось танцевать, пищать от радости как маленький ребёнок и вообще делать всё, что душе угодно, гормоны счастья переполняли её. Но сперва нужно хотя бы снять тёплое пальто. Райсс потянулась к ключам, дабы закрыть входную дверь. — Что?.. Рука упрямо не хотела слушаться и отказывалась брать нужный предмет. — Что?.. — снова повторила в пустоту девушка, с ужасом понимая, что не чувствует своих пальцев. Она предприняла ещё одну попытку взять ключи, но безрезультатно. Ноги, которые до этого момента стояли ровно, будто потеряли опору, и девушка упала на пол. Хистория не сразу поняла, что случилось. «Я сплю, да? Это всего лишь сон, и я сейчас проснусь, верно?» Секунды шли, и до мозга постепенно начало доходить, что всё происходящее вполне реально и с этим надо что-то делать, а не просто лежать и пустым взглядом сверлить потолок. Кое-как приняв сидячее положение, оперевшись на стену, голубоглазая завертела головой в поисках телефона. Страшно. Нужно кому-нибудь позвонить, нужно что-то сделать. Страх и паника сковали разум. Распознав в чёрном предмете недалеко от себя телефон, Хистория попыталась достать до него. Она старалась не думать, что в данный момент совершенно не чувствует полтела. Сначала надо что-то сделать, а потом начинать паниковать. Дотянувшись до телефона, слушающейся рукой девушка открыла телефонную книжку. Имя возлюбленной первым бросилось в глаза. Имир не могла ещё далеко уйти. Она же придёт, она же не бросит её, правда? Даже несмотря на то, что впоследствии окажется, что Хистория лгала ей всё это время, так ведь? В это очень хотелось верить. Раздались долгие гудки. — Да, Хистория? Уже успела соскучиться по мне? — в голосе слышалась улыбка. — Т-третий этаж, в-восьмая к-квартира. Умоляю, приди… — Хистория?! Что случилось?! Я… я уже бегу, — от улыбки не осталось и следа, зато прекрасно ощущалась паника в голосе. Хистория повесила трубку. По идее надо было сразу звонить в скорую, но девушка не сделала этого. Слишком страшно. — Почему?! Почему вы меня не слушаетесь?! Пожалуйста, дайте мне ещё немного времени, умоляю! Хистория со всей силы ударила кулаком по неслушавшимся конечностям. Горячие слёзы потекли по щекам, подступавшую истерику невозможно было сдержать. Девушка всё так же продолжала отчаянно бить по ногам в надежде, что это поможет. Было очень страшно, хотелось свернуться комочком и забыть про внешний мир, но даже этого она сделать не может. В дверном проёме показалась Имир. Она тяжело дышала, и щеки были красными от быстрого бега. Зайдя в квартиру, она увидела, как её соулмейт сидит в очень неестественной позе, опираясь плечом на стенку, а по щекам бежали ручьи слез. Паника и страх отобразились на лице Имир. Что происходит? Менее десяти минут назад они попрощались, и всё было просто замечательно. Да? Ведь так? Хотя так не могло продолжаться и дальше. Сколько ещё можно было смотреть на ситуацию сквозь розовые очки и старательно не обращать внимания на очевидное? Ведь Имир заметила, что с Хисторией что-то не так, она догадывалась, что девушка соврала, когда говорила, что больница — это всего лишь плановое. Но Имир отчаянно хотела верить, что всё хорошо, что ей всего лишь показалось. — Хистория! — шатенка кинулась к сидящей на полу Хистории, крепко прижала её к себе и принялась вытирать слёзы. — Что с тобой?! — Прости… меня, пожалуйста,  прости… меня… мне страшно, Имир. Очень-очень страшно, — Хистория прижалась к Имир, её голос срывался от слёз и икоты. — Не извиняйся, всё будет хорошо! Слышишь?! Всё будет хорошо! — девушку, что сидела у неё в объятиях, ощутимо трясло, истерика и не думала прекращаться. — Они… я не чувствую их… — Хистория с новой силой ударила по ногам. — Почему?! Мне говорили, что… что у меня ещё есть время… много времени. Так почему?! Почему всё случилось так быстро?! Имир не понимала, что происходит. Но догадывалась, что что-то очень нехорошее, но сейчас не время для расспросов. — Я… я не знаю… Чем я могу тебе сейчас помочь? Ты только скажи, я всё что угодно сделаю! — паника накрыла девушку с головой. Теперь и по её щекам текли слезы жгучего страха. — Мне… мне надо выпить лек-карство. Оно в бок-ковом кармане… пальто… — сил плакать у Хистории больше не было, осталась только неконтролируемая икота. Дрожащей рукой Имир нащупала серебристый блистер таблеток, где из десяти оставалась всего половина. Кое-как достав нужный препарат, девушка огляделась в поисках воды. — Л-левая дверь… там е-есть кулер с в-водой и диван… Имир постаралась взять себя в руки. Все переживания надо отложить на потом, сейчас главное — помочь принять лекарство. Подняв дрожащую и такую беззащитную сейчас Хисторию на руки, девушка направилась в указанное место. В небольшой, как оказалось, кухне было темно, но света, проникающего из коридора, было достаточно, чтобы сориентироваться. Аккуратно положив блондинку на небольшой диван, Имир подошла к рядом стоящему кулеру и, набрав воды в стакан, помогла принять девушке таблетку. Лишнюю влагу с губ она вытерла найденным полотенцем. — Спасибо… — отрешённо произнесла Хистория. Девушка понемногу приходила в себя. А это было ещё страшнее, ведь всё происходящее — реально. Имир села на пол, откинувшись спиной на диван, и положила голову на мягкую обивку мебели возле лица Хистории. — Я думаю, надо вызвать скорую помощь… Хистория вздрогнула. Вот и всё. Хоть девушка и понимала, что в любой момент ситуация может оказаться ещё критичнее и надо как можно быстрее оказаться под медицинским контролем, но, когда это произойдёт, нормальная жизнь закончится. Хотя едва ли всю её жизнь, а особенно нынешнее положение, можно назвать нормальным. — Наверное… — сил говорить совершенно не было. Но и ничего не делать тоже не вариант. — Мне страшно, я не хочу снова туда. — Я понимаю… — хотела было начать Имир, но громкий возглас соулмейта перебил её. — ДА НИ ЧЕРТА ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ!.. — Хистория хотела продолжить, но, поняв, какую глупость сказала, резко повернула лицо в сторону Имир. — Прости, я не хотела кричать и так говорить… — горячие слёзы снова потекли по щекам девушки; хотя в полутьме этого было не видно, шатенка почувствовала, что девушка снова плачет. Нащупав руку Хистории, она крепко сжала её. — Хистория, ничего, всё нормально, но больше нельзя тянуть. Я звоню в скорую помощь. — Хорошо… только, пожалуйста, не бросай меня… — Никогда, я буду с тобой до самого конца.

***

Бас, или боковой амиотрофический склероз — прогрессирующее заболевание нервной системы, при котором поражаются нервные клетки коры головного мозга и мотонейроны в спинном мозге. Проще говоря, паралич всего тела, в том числе и дыхательных путей, что в конечном итоге приводит к смерти пациента. Именно так объясняли эту болезнь в интернете. Когда приехала скорая помощь и спросила, болеет ли чем-то девушка, Хистория слабым голосом назвала эти три страшные буквы, и измучившийся организм отключился. По лицу доктора можно было сказать, что всё очень плохо. Почему девушка не рассказала Имир об этом раньше, было непонятно. Но сейчас это не главное. В данный момент шатенка сидит на стуле в больнице возле кровати спящей девушки. За окном темно, время десять часов вечера, единственный источник света в палате — небольшая лампа на прикроватной тумбочке. В воздухе отчётливо пахнет страхом и отчаянием. К руке Хистории подключена трубка рядом стоящей капельницы. Сейчас, внимательно рассматривая её лицо, Имир подметила болезненную худобу и как будто потерявшие свой цвет волосы. Наблюдать за ней было больно. Шатенка вспоминала, как буквально полчаса назад умоляла доктора взять её с собой в машину скорой помощи. И только доказательство того, что Имир является соулмейтом Хистории, убедило врача. Там же она узнала, что болезнь стремительно прогрессирует и, возможно, скоро придётся подключать аппарат искусственной вентиляции лёгких, так как организм не будет в состоянии справляться с дыхательным процессом сам. Ставшую бледной Имир напоили успокоительным. — Мгх, — Хистория явно спала беспокойным сном, то и дело крутя головой. Имир взяла её за руку. На душе было очень паршиво. Сколько у них ещё времени? Полгода? А может, уже несколько месяцев? Они же только недавно встретились, так почему же госпожа Смерть забирает её девочку так скоро? За что такая несправедливость? Хотя жизнь вообще несправедливая штука, и Имир лишний раз убедилась в этом. Но сердце всё равно нещадно болело. Хистория открыла глаза и повернула голову в сторону шатенки. Сонный взгляд сфокусировался на печальном лице. — Мы в больнице? — тихий вопрос эхом раздался в стенах палаты. — Хистория… — удивлённый вдох, карие глаза облегчённо уставилась на девушку. Пока та была без сознания, Имир уже успела накрутить себя, что больше никогда не услышит этот голос снова. — Да. Тебе подключили капельницу и даже успели взять нужные анализы крови. — Понятно… — Почему ты мне не рассказала? — еле слышно спросила Имир. Блондинка отвернулась, вновь закрыв глаза. Спустя минуту тишины она еле слышно начала: — Я не верила. Я не верила в то, что смертельно больна. Мне казалось, что, пока не буду говорить вслух об этом, всё будет неправдой… Глупо, да? А ещё я очень боялась, что ты меня бросишь. Я не могла отделаться от этой мысли… и в итоге дотянула до последнего. Прости, — слабым голосом ответила Хистория. Вновь открыв глаза, девушка опустила взгляд на руки Имир, что крепко сжимали её собственную. Жаль, она не чувствует этого. Теперь ощущения можно было только представить. — Тебе не за что извиняться, Хистория. Ты лучшее, что произошло в моей жизни. Я не брошу тебя до самого конца. Но… — Имир больше не могла сдерживать слез. Вхлипнув, она продолжила: — Я так не хочу тебя терять, пожалуйста, побудь со мной ещё немного. Она прижалась лбом к руке девушки. Хотелось выплакать всю ту боль и скорбь. «Как же я хочу вновь прикоснуться к её волосам и веснушкам…» — пронеслось в голове Хистории. Одинокая слеза горечи и вины медленно скатилась по впалой щеке.

***

С тех пор прошла пара дней. Пара тяжёлых, длинных и мучительных дней, наполненных постоянными обследованиями, процедурами, приёмами лекарств и этим запахом. Запахом чёртовой больницы. Хистория ещё с детства ненавидела его. Она была слабым ребёнком, поэтому часто болела и проводила много времени в этом ужасном месте. Казалось бы, она давно должна была привыкнуть. Но нет, этот аромат, который ни с чём не перепутаешь, ассоциируется у неё лишь со страхом. С практически панической боязнью людей в белых халатах. Вот и сейчас Хистория снова оказалась в этой больничной среде, но в этот раз она уже не выберется отсюда. Живой и на своих неслушающихся ногах точно. Девушка ещё не свыклась с отсутствием ощущений в нижних конечностях и правой кисти. Хотя, чего избегать этого слова. Она ещё не привыкла к тому факту, что её парализовало. Страшное слово, не правда ли? Хистория тоже его боится, поэтому в разговоре не употребляла ещё ни разу. Но всё было бы гораздо хуже в оставшейся жизни девушки, если бы не она. Высокая шатенка с веснушками, что носит под левой лопаткой такого же, как у неё, голубя. Она была с девушкой рядом всё своё свободное время. Она была с ней даже тогда, когда Хистория проходила через невероятно болезненные уколы и процедуры. Она держала её за руку, когда доктор огласил оставшееся время для Хистории. Месяц. Какой-то жалкий месяц. Они честно пытались сдержать слезы горечи, но безрезультатно. В тот день она даже осталась спать у Хистории в палате, всю ночь не выпуская ту из объятий. Так что, какой бы ужасной ни была вся ситуация, без неё всё было бы гораздо хуже. — Имир. — Да, солнце? — Давай уже вернёмся обратно, не утруждай себя. Я знаю, что ты устала. — Ничего я не устала, не придумывай. Ты в кои-то веки выбралась на свежий воздух, так что расслабься и дыши. Тем более погода просто прекрасная. На данный момент девушки прогуливались по довольно большому и невероятно красивому саду, принадлежащему больнице. Если быть точнее, прогуливалась одна из них, другая ехала. Имир пришлось очень долго уговаривать Хисторию на посещение столь прекрасного места, которое девушки ранее могли наблюдать из окна палаты. Медсестра, знающая блондинку ещё с детства, активно поддержала эту идею и уже через пару минут появилась с инвалидной коляской для девушки. В тот момент Хистория окончательно перестала тешить себя надеждами и смирилась с тем, что на свои собственные ноги она больше никогда не встанет и не пойдёт, а единственная возможность передвигаться сейчас перед ней. Это было больно и унизительно. Видимо, какие-то эмоции по поводу этого отразились на её лице, так как Имир слишком спешно собралась и вывезла её на улицу, не дав долго подобным мыслям пожирать её. Но стоит признать, погода действительно чудесная. Гнетущий больничный запах сменился ярким и свежим запахом пришедший весны. Кое-где даже были слышны птицы. Хистория немного завидовала им, они вольны были делать, что хотят, летать, куда захотят. Они не были к чему-то прикованы. Абсолютная свобода. Прямо как у белого голубя на её спине. — Когда я умру, я хочу переродиться белым голубем, таким же, как под нашими лопатками, — она улыбнулась впервые за последние дни. Руки Имир, везущие коляску, дрогнули. Она старалась не думать о скором будущем. Хотя это было очень тяжело, и мокрая от слёз каждую ночь подушка доказывала, что девушка не справляется с поставленной задачей. — Не говори так, пожалуйста… — Имир, ты же понимаешь, что рано или поздно это время настанет? Убегать от реальности — бессмысленно. — Я понимаю это, но… — Никаких но! — Хистория повернула голову, пристально посмотрев шатенке прямо в глаза. — Я прожила не так уж и долго на этом свете и многого ещё не узнала, и не увидела… Имир не понимала, к чему клонит девушка, но Райсс продолжила: — Поэтому проживи свою жизнь за нас двоих. Хорошо окончи университет, получи хорошую работу, чтобы были деньги. И посмотри мир! Посмотри, какие чудеса он скрывает! Что таит от глаз простого человека! Смотри, наблюдай, поражайся! А я, а я буду смотреть вместе с тобой через твои глаза! Как ты обещала быть всегда со мной, так и я обещаю всегда быть рядом! Пока для меня есть место в твоём сердце, я буду всегда возле тебя! Так что проживи свою жизнь и ради меня тоже! Всё, что могла сделать Имир после такой речи, — это упасть на колени перед Хисторией, положить голову ей на ноги и… разрыдаться. Сейчас уже не было смысла сдерживать себя. Горячие потоки продолжали всё течь и течь из уже красных глаз. Но это не были слёзы горечи и ненависти к миру, как раньше, это были слёзы принятия действительности и смирения с ней. Это были слёзы прощания. Худенькая рука нежно и ласково перебирала волосы, вплетая в них частичку себя. Успокаивая и давая надежду на прекрасное будущее, пусть и без неё. Но это не означает, что её не будет рядом. — Я люблю тебя! — заплаканная, но отчего-то по-настоящему счастливая, произнесла Имир. — Я тоже тебя люблю, — Хистория впервые произнесла эти слова кому-то и впервые слышала эти слова, произнесённые для неё. Пусть и находясь в такой ситуации, пусть и в конце своего пути, но она была счастлива, что встретила её. Теперь она ни о чем не жалеет.

***

Имир плохо спала этой ночью. Кошмары сменялись один за другим, не выпуская девушку из своих липких объятий. Спасительный солнечный свет, пробившийся сквозь шторы, наконец-то разбудил её. Карие глаза широко распахнулись, сердце колотилось как бешеное, ощущение, будто чего-то не хватает, накрыло с головой. Имир подскочила с кровати. Сбрасывая на ходу футболку, она подошла к зеркалу. «Его нет!» — паническая мысль пронеслась в голове. Действительно, уже такой привычный голубь отсутствовал на своём месте. А это могло означать только одно. Девушка не стала долго думать и гадать. Быстро одевшись, она направилась в сторону больницы. Поднявшись бегом по ступенькам на нужный этаж, Имир остановилась перед казавшейся в этот момент такой тяжёлой дверью. Рука нерешительно замерла, но всё же открыла вход в палату. Внутри было пусто. Аккуратно заправленная постель, отсутствие каких-либо вещей на тумбочке и одежды на стуле. Ничего. Абсолютно ничего и никого. Имир отчаянно не желала в это верить. Возможно, палата опустела, потому что её перевезли, да? Её просто перевезли в другое место, забыв предупредить, ведь так? Но медсестра, увидевшая девушку, лишь горько сказала: «Примите мои соболезнования», разбив тем самым последнюю надежду. Сразу весь мир отчётливо посерел, потерял все свои краски, цвета и запахи. Не осталось ничего. Внутри пустота. На подгибающихся ногах Имир села на пустую и даже, кажется, до сих пор тёплую кровать. Медсестра сказала, что она умерла сегодня ночью и без мучений… это немного успокаивало. Волна одиночества накрыла Имир. Она сжала простынь и уткнулась носом в подушку, которая всё ещё пахла ею. «— Слушай, я хочу тебя кое о чём попросить, — Хистория замолчала, думая, как бы поточнее сформулировать свою просьбу. — Да, конечно, всё что угодно. Они лежали на больничной кровати. Имир аккуратно перебирала пшеничные волосы. — Ключи от моей квартиры до сих пор у тебя, верно? В тот злополучный день перед уходом со скорой помощью Имир догадалась закрыть двери. А позже Хистория по каким-то причинам попросила хранить ключи у себя. — Да, тебе вернуть их? Они у меня дома, завтра прине… — Нет, нет, не в этом дело, — перебила девушку голубоглазая. — Имир… тебе не будет тяжело сходить в мою квартиру и забрать из спальни пакет с платьем, которое мы купили? — Вовсе нет, но… зачем? — Я хочу, чтобы меня похоронили в нём.» Имир не знала, почему этот разговор вспомнился именно сейчас. Но тогда, отойдя от шока, девушке оставалось лишь согласиться на столь печальную просьбу. Медсестра, которая ранее соболезновала девушке, попросила покинуть палату и сообщила, что похороны проведут уже завтра и все детали она может узнать у отца Хистории. Кстати о нём, появлялся этот человек всего один раз, и не сказать, что тот был сильно опечален скорой кончиной дочери. Скорее, его расстраивали расходы на лечение и будущие похороны. Имир очень хотелось врезать ему тогда, но Хистория остановила её. Сейчас же не хотелось совершенно ничего.

***

Она стоит, она плачет, небо плачет вместе с ней. И все вокруг тоже плачут. Не плачет лишь девушка, что в прекрасном белом платье и с мягкими пшеничными волосами умиротворённо лежит в чёрном как смоль гробу. На удивление у Хистории оказалось много родственников, которых раньше не наблюдалось. Но Имир было всё равно на них. Её интересовали лишь последние минуты, что она может провести с ней. Встав на колени, девушка прижалась лбом к холодной руке. — Прощай, моя дорогая и любимая Хистория. Я рада, что ты оказалась моим соулмейтом, — губы прикоснулись к холодной коже, навсегда увековечивая свой поцелуй. — Надеюсь, в следующей жизни нам повезёт больше. И, может быть, я даже смогу взять тебя в жёны. Она улыбнулась и, больше не говоря ни слова, покинула это место, так ни разу и не обернувшись. Но это и не нужно было, так как Имир отчётливо ощущала: Хистория идёт рядом с ней. Дождь прекратился, а прекрасный белый голубь взлетел высоко в небо.