Снарри-триптих

— Уходи, — сказала черная дыра голосом Снейпа, и Гарри умер. Он сидел на диване и думал, как выкрутиться, потому что встать он не мог. Мог, но попозже. — А если поговорить о чем-нибудь другом? — спросил он вороньим голосом — так обычно и разговаривали трупы. — Тогда ничего? — О зельеварении? — съехидничал Снейп — он никогда не мог справиться со своими привычками, да и не пытался. — О новых учениках, — предложил Гарри. — О новых учителях. О политике. — Болваны. Болваны. Трижды болваны. — Я понял, — рассмеялся Гарри, незаметно сталкивая труп вбок. Новое тело, выбиравшееся из старого, было розовым, кисельным, но на воздухе быстро твердело и обрастало плотной кожей. И все равно оставалось чертовски уязвимым. — И как ты с ними борешься? — Я их игнорирую. — Теперь они рассмеялись вместе, даже труп Гарри, кажется, ухмыльнулся. От прогоревшего камина потянуло теплом. Они немного поговорили о школе и еще чуть-чуть — о проблемах с доставкой некоторых ингредиентов. Гарри пообещал свою помощь. Все-таки он был не последним человеком в аврорате. — Я, пожалуй, пойду, — сказал он наконец. Снейп равнодушно кивнул, и Гарри умер снова. Задерживаться было неуместно, и он пошел к двери. Свежий труп волочился следом, цепляясь к плечам, потом сполз к поясу, к ногам и, наконец, отлепился и остался лежать, как кучка несвежей одежды. Дверная ручка больно впилась в розовую ладонь, а ветер Спиннерс-Энда накинулся на него, как голодная кошка на краденую курицу, даже слезы выступили. Гарри покачнулся и быстро пошел ветру навстречу, опираясь на него плечами и низко наклонив голову. Лицо щипало — новая кожа облепляла его, стремясь защитить от ветра и пыли, и Гарри почувствовал благодарность к ней за эту бесполезную заботу.