Сентиментальность

Коробка стояла в ящике стола. Незакрытом. В ней не было ничего особенного. Разбитый и восстановленный Репаро стакан для виски. Стертая монета-порт-ключ, уже утратившая и ценность, и магию. Изящная булавка-шпага, в любой момент готовая обернуться настоящим безупречно отточенным клинком. Кусочек серебра — растекшаяся капля, потемневший, в странной грязи, присохшей с одной стороны — или прикипевшей, не разобрать. Пара колец сомнительного вида: одно древнее даже на беглый взгляд, работы тщательной, но грубоватой, тяжелое, с вычурной и одновременно строгой монограммой на месте камня. Другое — неуловимо маггловского происхождения, несколько соединенных тонких колец в гладких гранях металла и похожего на металл камня. Остатки мутных зелий в крошечных блестящих мензурках и кособоких старинных флаконах; мятые, обтрепанные, скрученные в трубку пергаменты; и тут же — обломки сосновой коры, уже рассыпающиеся в труху, но еще липнущие кое-где смолой, долго не оттирающейся с пальцев. Мусор. Каждую осень лорд Малфой, мельком заметив коробку, думал, что надо бы приказать ее выкинуть. И забывал. Каждую весну он перебирал вещицы, все больше утрачивавшие внешний вид и значение. Коробка была думоотводом, а каждая вынутая вещица — воспоминанием. Они с легкостью разворачивались в памяти, стоило только захотеть. Одни пахли лесом и летом, другие — кровью, третьи — сексом, а иные — всем сразу. Липовая аллея под звездами, полутемный зал мэнора, наполненный звоном шпаг, лаборатория современного алхимика — в воспоминаниях было все. Все, чего больше не было. На дне коробки лежала тонкая, едва заметная глазу нить — редкий артефакт, поисковый маячок. Нить Ариадны, так и не пригодившаяся Тесею. В лабиринте оказался выход на другую сторону. «Может быть, все-таки выкинуть?» — мелькнуло в голове. Но лорд Малфой не любил раскидываться чем бы то ни было. Даже старыми воспоминаниями и ненужными артефактами. Наверное, именно это и называлось сентиментальностью. За окном весеннее небо затянуло ровной пеленой. Ветер мотал из стороны в сторону голые ветки деревьев и бросал в окно снежную крупу пополам с дождем. Песчаные дорожки парка потемнели от влаги. Ранняя весна оказалась капризной и непостоянной, и все же это была весна.