Кровавые розы

Они — родственные души. Оба тоскующие по кому-то любимому, но упрямо следующие за теми, кто никогда не ответит на их чувства взаимностью. Они встретились, когда она была младше и всё ещё не оправилась после отречения и предательства Сирены. Она познакомилась с ним на вечеринке, не заботясь ни о чём вместе с парнем, который точно так же ничем не заботится. Блэр была совершенно на мели и одинока, несмотря на сотни танцующих вокруг и гремящие звуки музыки. Он же был в баре и выглядел словно Джеймс Дин* в своей кожаной куртке и с ухмылкой плохиша, которая была точно к месту. Она не была ослеплена ни его красотой, ни дерзким наплевательским взглядом. И, как ни странно, это было именно тем, что впечатлило его в ней. Она была из тех редких людей, что не поддавались влиянию его образа. И, если объяснять на уровне биологии, то в этом случае она сразу становилась мутацией или что-то вроде того. Так что, на его взгляд, она была особенным случаем, своеобразным оазисом в пустыне Сахара. Но, несмотря на то, что проблем с пропитанием у него не было, он всегда действовал так, будто проблемы были. Невзирая на её иммунитет против вампирских чар и обаяния, между ними завязался разговор, непривычно легко, пусть даже и нерешительно, следующий для обоих дружественным путём. Наконец, после стольких лет скитания по Земле, оплакивания возлюбленной Кэтрин, встреча с этой девушкой стала глотком свежего воздуха. Сперва он забавлялся историей о её блестящей и переполненной драмой жизни. Она представала перед ним картиной избалованной богатой девушки. Наверное, это так и было. Но вместе с тем она была чем-то большим. Развитой, яркой, с острым язычком и способной всегда найти достойный ответ. Кроме того она была настоящей задницей, что он тоже всегда ценил и о чём часто ей говорил. Обычно она реагировала на это скромной улыбкой, проворным ударом по лодыжке и предупреждением касательно употребления нецензурной лексики в присутствии леди. Удары не причиняли ему никакой физической боли, но он делал вид, поддаваясь ей. Ей нравилось побеждать, а ему нравилось видеть её победившей. Так они становились, он едва осмеливался сказать это — друзьями. А друзья давно перестали иметь место в жизни Деймона. Не после гибели Кэтрин и отречения Стефана. Так эти хрупкие взаимоотношения с такой же изящной девушкой не должны были стать сиюминутным удовольствием или подвергнуться риску, как только пробьёт полночь (не то, чтобы он не был искушён). Нет, Деймон хотел держаться за этот маленький пакет со счастьем так долго, как может стоять, и пытался не облажаться с этим здесь и сейчас. Он стал противоречить сам себе, и он не смог бы оправдаться, отобедав её кровью, чтобы объяснить это. Одновременно с этим ему пришлось задуматься о своём исчезновении. Новости о возвращении Стефана на их родину привлекли его внимание, и он использовал этот способ, уберегая её от самого себя. Он не пропадал надолго, появляясь время от времени и сбегая, когда искушение становилось слишком сильным, чтобы сопротивляться. Иногда, уходя, он задавался вопросом, последний ли это раз, но несмотря ни на что он знал, что всегда может вернуться. *** Он всегда появляется в её мире в самое неподходящее время. Когда тот распадается на части. Но возможно, что он делает это в самое точное время; время, когда она нуждается в нём больше всего и не стесняется признавать этого. Хоть она и ненавидит показывать ему этот жалкий спектакль капризной снобки, даже несмотря на то, что он никогда не жаловался. Два года прошло с тех пор, как Блэр Уолдерф встретила Деймона Сальваторе. Два года она провела, сначала влюбляясь в Нейта, после страстно желая Чака и вновь возвращаясь к Нейту, после того, как Чак испортил её Котлиьон и заставил каждого в городе перемывать ей косточки, и в конце концов, потеряла обоих. Каждую ночь, давясь слезами, она задаётся вопросом о том, почему она никак не может удержать любовь. Она не винит никого, кроме себя. А в пятистах милях от неё Деймон борется с братом и двойником его первой любви. Он думал, что в этот раз всё случится по-другому, и он сумеет переписать историю. И он устал быть вторым из лучших для людей, которых любит, и скрывать свою тоску в бессмысленных убийствах горожан. Он был тем вопиющим в пустыне, что пытался обратить чёртово внимание окружающих на то, что Стефан — не святой. Он возвращается в Нью-Йорк, потеряв способность выносить всё это. Они живут беспорядочно и это происходит с ними обоими. *** День, когда Блэр обнаружила его вампирскую сущность, был очень заурядным. Он так неосторожен, что умудряется затеять свой обед в момент, когда она вернулась с прогулки. Он паникует и инстинктивно думает о том, что нужно заткнуть ей рот до того, как она закричит не своим голосом. Но она лишь просто охает и тихо говорит: "Это много объясняет". А затем покидает его, чтобы он закончил свои дела, с рассеянным комментарием, брошенным через плечо: " Не оставь пятен на ковре". И он никогда так не смеялся в своей жизни. Она продолжает жить, и он мечтает когда-нибудь оставить на её тонкой белой шее цепочку поцелуев цвета кровавых роз. Когда-нибудь. *** Она снова влюбляется в Чака, который был таким же испорченным, как она сама. Деймон видит это и знает, что ничто не кончится для них хорошо. Оно не могло. Извращения в саморазрушении настигают Чака после того, как его отец умирает, и она ничего не может спасти в нём. Так что ему даже жаль, что он оказался прав, потому что она заслуживала счастья. Глубоко внутри он чувствует вину за облегчение, расцветшее в его холодной груди. Ведь она всё ещё была с ним. — Ты не должна мириться с этим, ты знаешь? — говорит он ей однажды. — О чём ты? — Жизнь. Пребывание смертной. Просто представь количество денег, которое ты могла бы сэкономить на косметике. Она дарит ему слабую улыбку вместо ответа. Это было бы заманчиво сказать ему да — да возможности вечной юности с ним, свободы от общественных ожиданий и разбитого сердца. Но она этого не делает. Она не хочет быть заменой Кэтрин. Но, тем не менее, он внёс соблазн стать падшей в её душу. *** Он составляет план по возрождению Кэтрин, но он проваливается, саботированый проклятой ведьмой, убившей его единственный шанс. Грёбанные милосердие и сочувствие снова предают его. И он хочет убить их всех. Боль настолько глубока, словно в тот раз, когда он впервые потерял свою любовь. Он появляется перед её дверью в три часа ночи, и она не отпускает его до самого рассвета. — Обрати меня, — заявляет Блэр. — Что? — Обрати меня, — повторяет она, — Здесь больше ничего не держит меня. А так будешь только ты... Ты и вечность. Она спешно наклоняется вперёд и дарит ему солёный от слёз поцелуй. Он никогда не был тем, кто отталкивает девушку, но на этот раз он мягко отстраняет её. — Вечность не так хороша, как тебе расхваливали. Может быть, в один из этих дней, в правильное время, в верном месте, по истинным причинам они пересекут линию, где могли бы нарушить свою дружбу и стать чем-то большим. Чем-то, что станет вечным. Эти мысли будут согревать оба сердца, но до тех пор каждый будет идти своей дорогой. _________________ *Джеймс Ба́йрон Дин (англ. James Byron Dean; 8 февраля 1931 — 30 сентября 1955) — американский актёр. Своей популярностью он обязан трём кинофильмам — «К востоку от рая», «Бунтовщик без причины» и «Гигант» — которые вышли в год его смерти. В этих картинах молодой актёр представил сложный образ молодого человека с душевными терзаниями, запинающейся речью и пробуждающейся чувственностью. Трагическая смерть, легенды и мифы, окутавшие его жизнь, создали культовый статус его личности.