Kiss it of me

Тэён как великолепный шедевр. Им нужно любоваться, но только издалека. Нельзя даже прикоснуться. Ведь всё может вмиг разрушиться. Он прекрасен. Тэён знает об этом, всегда знал, и даже не скрывает. Никто не осмелится даже провести рукой по нему: кажется он настолько хрупкий, что даже от лёгкого прикосновения может рассыпаться на мелкие частички. Никто кроме Джэхёна. Лишь ему это позволено. Тэён посвятил всего себя ему. И никогда не жалел об этом. Ни на секунду. Джэхён прикасается к нему, не стыдится присутствия других людей. Он трогает самые интимные места, не боясь сопротивления. Знает, что Тэён не сможет оттолкнуть его от себя, или запретить что-то сделать. Так всегда было и будет. Тэён принадлежит только ему. Только Джэхёну он позволяет делать с собой абсолютно всё. Сейчас, сидя в машине, Джэхён наклонился к Тэёну, пошло целуя. Это не был нежный поцелуй: он целовал грубо и напористо. Рукой он надавливал на промежность, вызывая всхлипы из уст парня. Ему нравилось видеть такого Тэёна: беспомощного и нуждающегося. И только Джэхён может видеть его таким, только он может довести его до пика, и только ему разрешено это. Джэхён хватает Тэёна за волосы, оттягивая назад и запрокидывая голову, и целует мокро и долго. Ему нравится так. Нравится быть с ним таким: подчинять его себе, брать его грубо, до искр из глаз. Но Тэён не такой. С ним нужно быть нежным. Ему нужны долгие прелюдии и особое внимание. С Джэхёном он полностью меняется. Готов на всё что угодно — только попроси. И Джэхён пользуется этим. Берёт грубо и жестко. Ему нравится видеть в глазах напротив страх, нравится видеть слёзы Тэёна. А плачет он часто. Во время секса от удовольствия, от боли и невыносимых чувств, которые переполняют его. Иногда для него это всё просто невыносимо: кажется его сердце просто не выдержит и разорвётся на части. Джэхён полностью завладел его телом, сердцем и разумом. Любовь к нему разрушает Тэёна. Ломает изнутри полностью. Но если это нужно для того, чтобы быть с ним, Тэён готов пойти на это. На всё что угодно. Джэхён тянет за волосы сильнее, вызывая очередной стон со стороны парня. — Джэхён... — протяжно стонет Тэён. Его глаза закрыты, и слегка подрагивают. Всё его тело в предвкушении. Джэхён снова приближается. Так близко, что Тэён чувствует его дыхание на себе. Младший целует его как всегда по-собственнически. Тэён заходился мелкой дрожью от этих поцелуев, он всё еще не привык, что его теперь собственнически трогают, не привык ни к горячим объятьям, ни к чужому будоражащему запаху, ни к гибким губам, гнущимся в ухмылке, ни к вторгающемуся в рот языку с терпким привкусом чуточку горчащей слюны. — Хочешь меня порадовать? — обращается к нему Джэхён. Тэён кивает, робко улыбаясь, на его лице виднеется лёгкий румянец. — Вот так, — Джэхён кладёт его руки на пряжку своего ремня — холодную и тяжёлую. Тэён с готовностью приступает к исполнению долгожданной повинности, но пальцы его не слушаются. Позорно дрожат, скользя по блестящему металлу, путаются в молнии. Когда наконец добираются до резинки белья, они уже почти скованы — нетерпением, волнением, предвкушением. Отдавать всего себя Джэхёну у Тэёна в крови, это его дар, его насущная потребность. Тэён задыхается от желания быть нужным. Задыхается от забившейся в горло слюны, от пульсации чужого члена за щекой. Помогая себе руками, он бескомпромиссно старается угодить, не замечая бегущей по подбородку вязкой слюны. Чувствовать своего Джэхёна снова для него каждый раз — как первый и как последний. Единственный. Он туго втягивает щёки, давая волю языку. Тэён облизывал, поглаживал, целовал и терся щекой, при этом не разрывая зрительного контакта. Твою мать, — Джэхён тяжело дышит, пытаясь не рычать от наслаждения. Он держит парня за волосы на затылке, начиная управлять ситуацией. — Чтоб тебя, детка, ты так хорош. Тэён отсасывал ему охотно, с наслаждением и искренним желанием доставить удовольствие, а Джэхён путался в мыслях, путался пальцами в его растрепанных волосах, стискивал пряди, когда становилось особенно хорошо, не замечая, как сам начинает толкаться в любящий рот. Джэхён трахает его рот, имеет его безжалостно, раздербанивая успевшее отвыкнуть от его размеров горло. Тэён ёрзает на сидении, он задыхается, ещё немного — и его вырвет. Джэхён умеет всё делать вовремя. — Каждый раз любуюсь тобой. Каждый раз по-новому, ты неизменно чудесен, — Джэхён оглядывает Тэёна. — Ты так красив в своих стараниях. Твои слёзы достойны похвалы. Лицо Тэёна красное и мокрое, залитое слезами и слюной. Он почти счастлив. Джэхён протягивает ладонь, собирает большим пальцем капельки собственного семени с чёлки, влажную скулу подтирает указательным и подносит пальцы к распухшим тэёновым губам. Тот, довольный, их принимает и вылизывает дочиста. Тэён пересаживается на колени парня. Целует его осторожно, нежно, но его сразу прерывают. Язык Джэхёна проникает внутрь, он целует грубо, собственнически. Джэхён переместил ладонь ему на шею и на мгновение сжал. Его рука так идеально обхватывает тэёнову шею. Тэён издал что-то похожее на стон и прикрыл глаза. Тэён тяжело дышал, наблюдая из-под полуопущенных ресниц. На его щеках проступил легкий румянец, а в глазах появился лихорадочный блеск. Джэён приставил к его губам пальцы. Старший облизывает их охотно, с наслаждением. Он уже полностью без одежды, а пальцы Джэхёна растягивают его. Он не делает это осторожно, не пытается причинить меньший дискомфорт, но Тэён и не против. Полностью растянув его, Джэхён вынимает пальцы, после насаживая Тэёна на свой член. Он входит полностью, старший морщится, но ничего не говорит. Тэён стонет от того, как Джэхён заполняет его изнутри и от того, как его рука пробралась под грудью Тэёна и сжала его шею. Джэхён начал двигаться, наращивая темп с медленного до невероятно быстрого, не особо церемонясь. Он трахал Тэёна, кусая везде, где достанет: его уши, шею, плечи. В воздухе разливался терпкий аромат разгоряченных тел. Сейчас Тэён не мог даже стонать, потому что его горло было сжато сильными пальцами. Он мог лишь хрипеть, вдыхая в секунды, когда хватка ослаблялась, и закатывая глаза, когда пальцы сжимались вновь. Джэхён изменил угол наклона и теперь попадал прямо по крайне чувствительному месту внутри Тэёна, вызывая у того дрожь во всем теле и дезориентацию. Тэён не помнил, где находился в эту секунду, не помнил, кто он. Все, что он чувствовал в этот момент — наслаждение на грани с безумием. Ему хотелось, чтобы это никогда не прекращалось, но волна оргазма накрыла его с головой, заставляя тело судорожно трястись, а мышцы ануса сокращаться, сжимая член Джэхёна и вызывая у того протяжные стоны. Джэхён вышел из Тэёна , затем нагнул его, входя в рот, добираясь до глотки. Тэён судорожно сглатывал, а Джэхён ощущал волнообразные сокращения. Он продержался пару секунд и кончил, вынимая член изо рта Тэёна и оставляя сперму не только внутри, но и на лице парня. Тэён языком слизал капли со своих губ. Его грудь вздымалась, а капли пота проступили на лбу. Джэхён, так же тяжело дышащий, посадил парня обратно к себе на колени. Он поймал уставшее тело в свои объятия, прижимая ближе. — Я люблю тебя, — проговорил Тэён, прикрывая глаза, и утыкаясь носом в плечо Джэхёна, вдыхая родной запах. «И я тебя» — пронеслось в мыслях Джэхёна.