Твоя кровь - моя победа, дохлый плащ!

Раннее утро. Яркое солнышко только взошло, а Сен-Канар ещё спит. Время 7 часов 43 минуты. Кряк Лапчатый едет домой после трудной ночной смены на работе. Приехав домой, Кряк в первую очередь решил посмотреть спит ли его недавно удочерённая Гусёна. Поднявшись на второй этаж где и была комната Гусёны, в которую он и зашёл, Кряк к своему огромному удивлению дочери там не увидел, из-за чего уставший и немного туго думающий отец-одиночка начал паниковать. — Чёрт! Куда она делась?! — сказал Кряк, будучи абсолютно расстерянным и обеспокоенным "пропажей" своего появившегося счастья. Обыскав весь второй этаж Кряк не смог найти Гусёну, и ничего кроме как прибегнуть к помощи искусственного интеллекта В.А.Н.Д.А в голову ели думающего селезня не пришло. Он спустился вниз, и побежал в гостиную, где находилось кресло, которое вело в убежище Чёрного плаща, и на котором сидела Гусёна, смотрящая в этот момент в свой телефон. — О, доброе утро, Кряк) — сказала Гусёна, увидевшая Кряка. — Господи… Я уже перепугался, что тебя нету. — сказал Кряк успокоившись. — И да, я же твой официальный опекун. У тебя полное право называть меня отцом, как и у меня называть тебя своей дочерью) — подметил уставший селезень. — Да, знаю. Но ты же помнишь, что моей единственной семьёй всегда останется мой дедушка... — напомнила Гусёна, немного расстроившись. — Знаю, конечно.. Что делала всю ночь?) — спросил вдруг Кряк, чтобы быстро сменить тему. — Я? Я спала, конечно же) — фальшиво улыбнувшись ответила дочурка. — А если честно?) — спросил селезень, поняв что Гусёна врёт. — Сидела в твоём убежище, и следила за происходящим в городе.. — Знаешь, тебе бы стоит перестать это делать. Тебе спать ночью надо, а не следить за никакой преступностью в городе. — сказал серьёзно селезень. — Эх… Кому-нибудь нужна была помощь? — задал вопрос герой, чтобы как-то оправдать старания дочери. — Нет, никому… Но сейчас нужна! — воскликнула Гусёна. — Да?! Кому? — спросил чуть-чуть взбодрившийся Кряк, не понимая, что утром помощь никому не нужна. — Твоему сну) — улыбнувшись ответила заботливая дочь. — Очень смешно, шутница) — саркастически сказал Кряк. — Но какой сон? У меня много дел ещё… — продолжил ели державшийся селезень. — Да-да-да, одно из твоих дел сейчас поспать) — сказала Гусёна встав с кресла, уложив на диван Кряка. — Но это же… Не моё дело… — заснув ответил Кряк. — Твоё, пап, ещё как твоё) — шёпотом ответила дочь, укрыв одеялом Кряка и поцеловав его в щёку. — сладких снов, мой герой) — добавила Гусёна уйдя на кухню.