Мир, в конце концов

— Первый день, да? — Джордж проверяет свой пояс — пистолет, дубинка, все, что положено, и натягивает куртку. — Да, — нервно отвечает тот. Бэйджик на его куртке гласит, что он «Энфилд», но его зовут Сэм. Его кожа кажется немного бледной на фоне оливкового цвета униформы. — Не волнуйся, малыш! — говорит Джордж, ухмыляясь. — Держись меня. Эй, не смотри так испуганно! Помни — между тобой и ними есть решетка. — Я в порядке, — настаивает Сэм и расправляет плечи, когда они выходят за дверь.

***

— Доброе утро, — весело говорит Джордж. Темноволосый мужчина в камере поднимает голову, черты его лица мягкие. В руках у него маленькая книжка. — Доброе утро, Джордж, — говорит он. — Неужели уже завтрак? Я теряю счет времени. — Смесь и тост, — говорит Джордж. Темноволосый мужчина откладывает книгу, встает и подносит руки к решетке. Джордж протягивает руку и защелкивает наручники на запястьях заключенного. Сэм в замешательстве; это не обычная практика — сдерживать заключенных перед входом в камеру, и не похоже на то, что парень крупный или что-то в этом роде. На его обучении об этом не упоминалось. Джордж открывает дверь камеры, и Сэм вносит поднос. Это тоже странно — они доставляют еду заключенным в одиночных камерах, но обычно не ждут, пока они ее съедят. Из-за наручников заключенному неудобно есть, но он управляется с вилкой (без ножа, конечно) с легкостью, приобретенной долгой практикой. — Как продвигается книга? — спрашивает Джордж. — Интересно, — говорит заключенный. — Я многому учусь. Конечно, трудно многому научиться, не имея возможности практиковаться, но теория увлекательна. — Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится из библиотеки, когда закончите, — предлагает Джордж. — Спасибо, — говорит заключенный, отправляя в рот кусочек тоста. — Думаю, мне придется подождать почту — ты же знаешь, что у них здесь нет книг моего профиля. — Может быть, скоро к вам придет посетитель, — говорит Джордж и снова улыбается заключенному. — Я слышал, они рассматривают ваше прошение. Заключенный смеется, но смех его звучит глухо. — Ну, завтра ко мне приедет Фьюри, но я сомневаюсь, что они удовлетворят мое прошение о встрече с ней. Думаю, мне придется подождать, пока срок ее приговора не истечет. По крайней мере, он короче моего! Покончив с завтраком, Сэм берет поднос. Они запирают дверь камеры, а затем Джордж отпирает наручники заключенного. — Увидимся за обедом, мистер Мустанг, — говорит Джордж, и у Сэма кровь застывает в жилах. Когда они уходят из камеры, Сэм наклоняется к Джорджу, не понимая, почему он шепчет. — Это был Рой Мустанг? — спрашивает он, чувствуя тошноту. — Мясник из Ишвара? Джордж слегка напрягается. — Огненный Алхимик, — говорит он и кивает. Внезапно все встает на свои места. Еду нельзя оставлять одну в камере Мустанга, потому что он может использовать ее для создания смертоносного круга трансмутации — а нет алхимиков смертоноснее, чем Рой Мустанг. Сэм слышал истории про Огненного Алхимика, и все они ужасали. Он помнит, как слышал о суде, ужасные истории о женщинах и детях, сожженных заживо в восточных песках. — О чем он читал? — спрашивает Сэм, как ни странно, из какого-то болезненного очарования. — Медицинская алхимия, — отвечает Джордж, и они идут дальше.

***

Несколько дней спустя Сэм сопровождает посетителя в камеру Мустанга. Джордж заковывает Мустанга в кандалы и, как всегда, открывает дверь. Сэм никогда не просил взять на себя эту обязанность. Если бы его заставили, он мог бы признаться, что мысль о том, чтобы прикоснуться к знаменитому массовому убийце, немного пугает его. Они с Джорджем отступают назад, чтобы пропустить посетителя, но не выходят из камеры. Посетитель — подросток со светлыми волосами, и Сэм задается вопросом, что он здесь делает — он недостаточно похож на Мустанга, чтобы быть родственником, а кто еще захочет посетить Мясника Ишвара в тюрьме? Мальчик плюхается на единственный стул в камере и скрещивает руки на груди. — Мустанг, — рявкает он. — Стальной, — говорит Мустанг, и его голос звучит почти весело. — Чем обязан такому удовольствию? Сэм снова замирает. Этот подросток, Стальной Алхимик? Сэм думал, что он будет выше. — Черт возьми, Мустанг! — говорит мальчик, и лицо его искажается от разочарования. — Что ты все еще здесь делаешь? Лицо Мустанга холодное, спокойное. — Отбываю наказание, — говорит он. — А еще я читал книгу Келли о трансмутации тканей. Ты ее читал? Я думаю, что его теории о клеточной структуре заставляют задуматься. — Тебя вообще не должно здесь быть, — говорит Стальной Алхимик, яростным взмахом руки отметая соображения о клеточной структуре. — Это несправедливо, особенно после всего, что случилось. — О, это справедливо, Стальной, — говорит Мустанг, поднимая бровь. — Ты, конечно, видел мой суд. Ничто из того, что произошло потом, не изменило того, что я сделал с теми людьми в Ишваре. Они тоже заслуживают справедливости. — У нас есть страна, которую нужно отстроить заново, — возражает мальчик. — А ты просто сидишь здесь на своей ленивой заднице. — Я не нужен стране, — говорит Мустанг, и Сэм впервые видит вспышку гнева в его глазах. — Именно для этого я и работал — для страны, которая не нуждалась бы в таком убийце, как я. — Ты ленивый ублюдок! — кричит подросток и вскакивает на ноги. — Ладно, оставайся здесь, если хочешь. Мне плевать. — Он поворачивается и выходит из камеры. — Эд? — говорит Мустанг, его голос снова спокоен. — Когда придешь к Хоукай, скажи ей… — он замолкает. — Передай ей от меня привет, — говорит он. — Ладно, ладно, — ворчит Стальной Алхимик. — О, Ал заставил пообещать, чтобы я передал тебе, что скоро ты получишь от него и Мэй еще несколько книг. — Скажи ему спасибо, когда увидишь его снова, — говорит Мустанг.

***

Каждую среду Мустанга навещает кроткий на вид человек с тремя звездами на погонах мундира. — Привет, Фьюри, — говорит Джордж, когда они встречают его у ворот, улыбаясь, как всегда. — Привет, Джордж, — говорит Фьюри, поправляя очки. — Как у него дела? — спрашивает он, когда они втроем идут к камере Мустанга. — Как всегда, — отвечает Джордж. — Но он будет рад тебя видеть… У тебя есть для него письмо? Фьюри кивает. — Она дала мне его на прошлой неделе. — Это хорошо, — говорит Джордж. — Он всегда радуется, когда слышит о ней в последнее время. Сэм слегка вздрагивает, но молчит. Кого волнует, счастлив Рой Мустанг или нет? Джордж явно питает какие-то чувства к Мустангу, а Сэм этого совершенно не понимает. Этот человек — чудовище. Каким бы милым он ни казался, сидя в камере, в глубине души он все равно самый страшный убийца. Сэм читал протоколы суда и знает, что сделал этот человек. Они добираются до камеры, и Сэм с Джорджем остаются внутри все время, пока Фьюри там. Мустанг слишком опасен, чтобы оставаться наедине с посетителями, скованный или нет. Фьюри достает ручку и бумагу, к которым Мустангу нельзя прикасаться. По большей части он пишет письма для Мустанга. Иногда Фьюри пишет под диктовку какую-нибудь книгу по алхимии, но Сэму все это кажется бессмысленным. Сегодня Фьюри ждет конца визита, чтобы вытащить письмо от той, которую Джордж и Фьюри почти никогда не называют. Сэм знает, что это Лиза Хоукай, тоже военный преступник из Ишвара. Он тоже искал ее, когда начал здесь работать. В отличие от Мустанга, она не вошла в категорию массовых убийц, но на ее счету все еще было тошнотворное количество убитых. Мустанг крепко держит ее письмо в скованных руках, но не говорит о его содержании. — Лиза, — говорит он, закрыв глаза. Фьюри начинает писать. — Я все еще думаю, что ты должна принять его предложение. Ему не помешал бы кто-нибудь вроде тебя, чтобы прикрывать его спину. Нет никакого смысла оставаться за решеткой только потому, что я здесь; я обещаю тебе, что в данный момент за моей спиной пристально следят. Я знаю, Лиза, ты считаешь, что тебе еще предстоит искупить свои грехи, но разве тюрьма — лучший способ сделать это? На свободе ты сможешь помогать людям. — Он замолкает, сжимая кулаки в кандалах. — Кроме того, — говорит он, — если бы ты была свободна, то могла бы навестить меня. Фьюри перестает писать. — Э-э… — неловко произносит он. — Вы хотите, чтобы я записал последнюю часть? — спрашивает он. — Да. — говорит Мустанг. — Напиши это. Подпиши. — вздыхает он. — Спасибо, что пришел, Фьюри. — Конечно, сэр, — говорит Фьюри и отдает честь. — Я больше не твой командир, — говорит Мустанг, и вид у него усталый. — Конечно, сэр, — снова говорит Фьюри. Он собирает свои бумаги и машет рукой на прощание.

***

— Почему? — спрашивает Сэм однажды днем, когда они покидают камеру Мустанга после обеда. — А? — говорит Джордж, глядя на него. — Почему ты всегда так мил с ним? — спрашивает Сэм, хмурясь. — Ты ведь знаешь, что он сделал? Джордж вздыхает. — Ты довольно молод, — говорит он. — Что ты хочешь этим сказать? — спрашивает Сэм. — Ты еще недостаточно взрослый, чтобы служить в Ишваре, — говорит Джордж, сцепив руки за спиной. — Ты служил там? — говорит Сэм и замирает. — Многие из тюремного персонала — бывшие военные, — замечает Джордж. — Мы помним полковника Мустанга с войны. Сэм не должен был так удивляться. Практически каждый в Аместрисе знает кого-то, кто участвовал в Ишварском Геноциде. Большинство из них были оправданы за то, что выполняли приказы; только самые злостные военные преступники подверглись судебному преследованию. — Ты служил с Мустангом? — недоверчиво спрашивает он. Джордж кивает. — Он был хорошим офицером, — говорит он, защищаясь. — Он заботился о своих людях, несмотря ни на что, даже если это означало подвергнуть себя опасности. — Джордж замолкает, глядя в пространство. — Я никогда не знал никого, кто служил бы под его началом, и не был бы полностью ему предан. Я знаю, почему он здесь, но все же… — Он качает головой. — Это не мне решать. Сэм смотрит на Джорджа, не зная, что сказать. Похоже, здесь должен быть конфликт интересов, политика против того, чтобы позволить кому-то вроде Джорджа служить тюремщиком для его собственного бывшего командира. Может быть, начальник тюрьмы не знает, думает он. С другой стороны, может быть, начальнику тюрьмы все равно. — Ты не думаешь, что ему следует сидеть в тюрьме? — спрашивает он. Джордж останавливается и смотрит на Сэма. — Он был хорошим человеком, — говорит он. — Но он все равно делал ужасные вещи. Я думаю, что мы все в большей безопасности, когда он здесь, не так ли? Но это не значит, что я должен быть с ним жесток, — не говорит он. Эти слова до сих пор звучат в голове Сэма.

***

Однажды Джордж уезжает в отпуск, и именно Сэм показывает Майку, что к чему. — Доброе утро, — говорит он, когда они приближаются к камере Мустанга. — Доброе утро, Сэм, — говорит Мустанг, откладывая книгу. Он встает и протягивает руки, чтобы его сковали. — А где Джордж? Надеюсь, не заболел. — Навещает свою дочь, — говорит Сэм, впервые застегивая наручники на запястьях Мустанга. Внезапно эти руки кажутся слишком гладкими, слишком чистыми, чтобы сделать все, что они должны были сделать. — У нее только что родился маленький мальчик, — добавляет Сэм. — Ха! — говорит Мустанг и ухмыляется. — Это хорошая новость. — Он отступает в сторону, пропуская их в камеру. — Мальчик, да? Я попрошу Фьюри прислать им подарок за меня. Майк кладет Мустангу смесь и тост, и Мустанг берет вилку, чтобы поесть. — Я слышал кое-какие новости, которые могут тебя заинтересовать, — сухо произносит Сэм. — Да? — спрашивает Мустанг, зачерпывая смесь на кусочек тоста. — Лиза Хоукай скоро выйдет на условно-досрочное освобождение, — говорит Сэм. Мустанг замирает. — Она выходит на свободу, — говорит он и возвращается к маневрированию своей едой на вилке. — Я думал, ты захочешь знать, — говорит Сэм. — Джордж сказал бы тебе. — Спасибо, — говорит Мустанг и поднимает глаза. В его темных глазах трудно что-либо прочесть. Он возвращается к еде. — Это был Рой Мустанг? — говорит Майк, когда они вышли из камеры. — Мясник из Ишвара? — Да, — говорит Сэм, — Это он. Майк присвистывает. — Я вам не завидую, ребята, — говорит он. — Спасибо, я бы предпочел держаться обычных заключенных. Лучше для моего здоровья. Сэм пожимает плечами. — Все не так уж плохо, — говорит он.