Испорченные пионы

Это было давно. Они оба поймали за хвост собственные жизни и больше не встречались. Но когда всё случилось, когда она признала, какую ошибку допустила, он был первым, о ком она подумала. Она помнит его номер наизусть, как помнит номер своей депозитной ячейки или день рождения Одри Хепбёрн. Это так естественно, несмотря на то, что она не набирала его почти два года. Он берёт трубку после первого гудка. — Ты мне нужен. Это всё, что она хочет сказать. Она не ждёт ответа. Он не нужен. Стремительно спускаясь по лестнице на оживлённой улице Нью-Йорка, она ругает себя за то, что допустила такую нелепую ситуацию. Она никогда не была тем типом девушек, которые нуждаются в ком-то для спасения, но что ещё она могла придумать? Сердце колотится в груди всё быстрее, и она уже ощущает, как к горлу подступает тошнота и чувство, похожее на то, что бывает, когда тонешь. Она спотыкается на последних шагах, и порыв холодного ветра проникает под подол свадебного платья. Она сжимает руки в кулаки, замечает, что свадебный букет по-прежнему в её руках, и бросает его. Идеальные пионы, вручную отобранные, чтобы избежать малейшего повреждения, летят на асфальт. Она оглядывается, пытаясь отыскать в толпе знакомое лицо. Прохожие пристально разглядывают её с выражением недоумения на лице. Кто-то узнал её и уже приготовил телефон, чтобы снять фото пресловутой и недавно коронованной европейской принцессы. И на секунду она думает о том, что он не придёт. Они не разговаривали столько времени, так с чего она взяла, что ему не плевать? У него есть собственные проблемы, и не то, что бы он был обязан ей чем-либо. Она чувствует себя целиком и полностью разбитой, более, чем когда Луи сказал ей, что всё это притворство, а её брак кончился так и не начавшись, более, чем когда Чак разбил ей сердце, а Нейт предпочёл её Сирене. Слёзы текут по её лицу, оставляя тонкие тёмные дорожки туши, как вдруг она видит его. — Блэр... Я здесь. Это было похоже на то, словно кто-то бросил её в воду, а затем она получила доступ к воздуху снова. — Мне жаль, я опоздал. Он выходит из темноты в смокинге, который смотрится немного взъерошено из-за его спешки. Его волосы, обычно находящиеся в художественном беспорядке, сейчас просто растрёпаны. Но, так или иначе, он выглядит практически так же, каким она запомнила его. Конечно, он такой же. Вампиры не меняются. — Ты принарядился, — замечает она, восстанавливая сбитое дыхание. Он едва улыбается и смущённо чешет затылок. — Не хотел пропустить твою свадьбу. — Ты не ответил на моё сообщение, — немного обиженно говорит Блэр. — Я не был уверен, что ты правда хочешь меня здесь увидеть. — Я рада, что ты пришёл. Она не объясняет, на свадьбу или по её звонку. — Ты позвонила — я здесь. Всё просто, — отвечает он со своей привычной ухмылкой. Это старая привычка их общения, которая никогда не уйдёт в прошлое. Она не забыла. Она скучает по их отношениям, которые строились на этом. — Я всегда приду к тебе. Она кивает головой и пытается заставить себя улыбнуться. Это не срабатывает, и она бросается к нему, обвивает своими руками его шею и прячет лицо на его груди, больше не борясь с рыданиями. Она не могла представить, как скучала по нему до этого момента. Он гладит её волосы и обнимает. Ни говоря ни слова, ни спрашивая объяснений, ни желая чего-либо ещё. Он лишь поверил, что нужен ей и сделал так, как она просила — пришёл. Она так же прекрасна, как и была, но в глубине глаз он видит тени. Свидетелей усталости, опустившейся на её плечи. Но она не смирилась с этим, как многие думали, и Деймон был рад этому. Он тоже не жалел самого себя, и быть может поэтому они всё время возвращались друг к другу. Родственные души, в самом деле. Мгновение спустя она берёт себя в руки и отстраняется. — Увези меня отсюда. Пожалуйста. Он кивает и протягивает ей руку, которую она принимает. Их пальцы переплелись. Он сжимает её руку, надеясь успокоить, и подносит её к своим губам, запечатляя мягкий и целомудренный поцелуй на тыльной стороне ладони. — Если это всё, чего ты хочешь, Блэр... Я увезу тебя куда угодно. Пока он ведёт её к своей машине, она решает для самой себя, что возможно всё, через что она прошла было к лучшему. Может быть все сердечные страдания, вся драма и вся грязь вели её сюда, к этому моменту. Это было так, словно она впервые проснулась и поняла, чего на самом деле хочет. Больше не было неоднозначных чувств, сомнений и колебаний. Кристально чисто. Она оборачивается к нему, когда он садится на водительское сидение. Улыбается, и впервые за долгое время улыбка достигает её глаз. — Спасибо, Деймон. Он улыбается в ответ и поворачивает ключ зажигания. Как только они отрываются от тротуара, и здания с каждой минутой становятся дальше, она говорит прощай свои печалям, страданиям и горестям. Это было время для того, чтобы начать снова, и она радовалась, что Деймон был рядом с ней.