sex education

Желтоватый свет лампы рисует на стенах причудливые блики, вынуждая напрягать зрение. Чонин отрывается от ноутбука, потирая уставшие глаза, чтобы взглянуть поверх экрана на спину своего парня. Им редко когда удаётся по-настоящему побыть вместе, наедине, потому Ян и сбегает в студию старшего при любой возможности: даже если Чан работает, Чонину достаточно просто быть рядом; необязательно отвлекать его разговорами, прикосновениями или чем-то ещё. В такие моменты парень старается заняться чем-нибудь полезным тоже, и они часто вот так работают над разными вещами вместе. Чонин не раз замечал, что Чан за работой выглядит действительно сексуально, его сосредоточенность…горяча. Ян прикусывает губу; подобные мысли быстро сменяются другими: они встречаются уже почти год, но у них всё ещё ни разу не было секса. И не то чтобы Чонину не хотелось (как может не хотеться, когда тебе двадцать и ты встречаешься с Крисом), но, если быть честным, страха и неуверенности в нём было куда больше, чем желания, и это расстраивало. Кроме того, они даже ни разу не обсуждали этот вопрос. То есть вообще не говорили об этом. И это было для Чонина…странным. — Чан? Старший утвердительно мычит, давая понять, что слушает его. Чонин подавляет в себе вздох: ему неловко, но если он не решится спросить сейчас, то вряд ли сможет ещё долгое время, тут или пан, или пропал. — Почему мы никогда не говорим о сексе? Ян замечает, как слегка напрягается спина старшего; Чан снимает с себя наушники и поворачивается к нему на стуле, внимательно и чуть настороженно оглядывая. — Мне казалось, что ты ещё не готов. — А ты? Чан, кажется, слегка теряется: — Что ж, я могу подождать, если нужно. Или я ошибся насчёт тебя? Младший вздыхает, отводя взгляд, и тихо признаётся: — Нет. Я и правда не думаю, что готов. Не в том смысле, что ты меня не привлекаешь, конечно, — быстро поправляется он. — Это не так, и я…хочу тебя, хочу заняться с тобой сексом, но…как будто не вся часть меня хочет этого. Парень нервно перебирает пальцами шнурки своей толстовки, не решаясь поднять взгляд. За себя становится как-то стыдно, но реакция старшего пугает больше — потерять его Чонин ни за что не готов. Он слышит, как Чан встаёт со своего места и аккуратно опускается на диван рядом с ним самим. — Послушай, Чонин-и, возможно, я сейчас прозвучу странно, но это…нормально. Я имею в виду, ты ведь никогда раньше этого не делал, да? Всем нужно разное количество времени для того, чтобы стать готовым, и я постараюсь помочь тебе и сделать всё, чтобы ты чувствовал себя хорошо. Но, в любом случае, малыш, мы не будем заниматься сексом, пока ты полностью не захочешь этого. Я не собираюсь заставлять тебя. Ян вздыхает, чувствуя, как глаза начинают слезиться, и как-то отчаянно качает головой: — Ты говоришь так сейчас, но мне может понадобиться действительно много времени, Чан. И под «действительно много времени» я имею в виду год, или два, или три… Я не знаю, когда смогу. Не думаю, что заставлять тебя ждать так долго — это…правильно. Старший аккуратно поворачивает чониново лицо к себе за подбородок, ласково поглаживая большим пальцем скулу и заглядывая в глаза: — Что по-настоящему неправильно — так это заставлять себя заниматься сексом, когда тебе этого не хочется. Даже с любимым человеком. Пойми, я хочу, чтобы, когда ты позволишь мне любить себя в постели, ты сделал это полностью, со всем доверием, со всем желанием, что у тебя есть, а не из чувства какого-то долга, потому что ты считаешь что-то там неправильным. Я лучше подожду год, и два, и три, чем причиню тебе боль или позволю тебе сделать это. Чонин прикрывает ладонями лицо, но слёзы уже неизбежно начинают течь по щекам вниз, и от Чана этого не скрыть. Парень притягивает младшего к себе в объятия и мягко поглаживает по волосам. — Хэй-хэй, тише, Чонин. Я люблю тебя, слышишь? И мы вместе разберёмся с этим, хорошо? Ты расскажешь мне всё, что тебя беспокоит — я не прошу делать это прямо сейчас, потому что ты должен быть готов к этому разговору тоже, чтобы быть честным со мной — но ты расскажешь мне, и мы выясним, как с этим разобраться. Обещаю, я сделаю всё, что будет от меня зависеть. Чонин прижимается к старшему сильнее, обхватывает его руками и хрипит куда-то в ключицы свою благодарность. — Тебе не стоит, Чонин-и, я не оказываю тебе услугу, это базовая вещь. Младший вскидывает голову в ответ на его слова, и Чан почти невесомо целует его в щёку, вызывая застенчивую улыбку на заплаканном (но всё ещё чертовски-чертовски очаровательном) лице. — Думаю, нам лучше умыть тебя и пойти домой, — беззлобно посмеивается Бан, получая в ответ задорное фырканье. — И купить мороженого по пути домой? — И купить мороженого по пути домой, — соглашается Чан. Чонин чувствует себя счастливым.