Затерянная в волейболе любовь

      Хината сидел за партой и крутил ручку с забавным наконечником в виде головы лягушки. Его сосед откровенно спал, положив голову на тетрадь. Лектор опять отвлёкся от темы и рассказывал очередную историю из жизни. Девчонки на первых партах искренне слушали его байки и хихикали. Ямагучи сидел позади и залипал в телефоне, наверное, переписывался с «Тсукки».       Лёгкий ветерок из приоткрытого окна трепал рыжие пряди и хоть немного спасал от духоты в кабинете. Шоё смотрел на мерно покачивающиеся ветви сакуры, украшенные нежно-розовыми цветками. Ветер срывал хрупкие лепестки и разносил их по округе, даже закинул парочку на парту Хинаты. Парень взял один и задумчиво вертел его, тщательно рассматривая. Наверное, они с Тобио могли бы сходить в парк и полюбоваться на цветение сакуры. Можно было бы купить разноцветные шарики данго или дайфуку с клубникой внутри, о! , или рыбок тайяки с бобовым джемом внутри. Шоё даже облизнулся, вспомнив вкус этих сладостей, а потом горько улыбнулся. Будто у Кагеямы будет на это время.       После старшей школы их пути разошлись. Тобио, как и ожидалось, сразу забрали в профессиональный спорт, а Шоё ушёл в колледж. Хината, конечно, гордился своим парнем и был искренне рад за него. Его самого тоже звали, но рыжий отказал всем. Его волейбол закончился в Токио, на третьем году старшей школы. Они проиграли национальные старшей Итачияме, после чего Шоё ещё приходил в спортзал, веселился с тогдашними первогодками и второгодками, но волейбольную форму убрал в шкаф. Голод Хинаты Шоё по волейболу закончился. Шоё улыбается, вспоминая, как Тобио злился из-за его решения, они даже расставались на какое-то время, но потом переехали в Токио, в одну квартиру.       Уход Шоё из волейбола не помешал их отношениям. Он всё ещё любил этот вид спорта, помогал своему парню с тренировками и режимом, они обсуждали разные стратегии игры. Хината был вхож в команду Кагеямы, он в принципе легко вливался в любой коллектив, старался посещать все его матчи и даже… Ох, Шоё не мог вспоминать это без смущения. Он купил форму болельщицы, которую, разумеется, надевал только в спальне. Тобио она пришлась по вкусу, а Хината просил Ямагучи прикрыть его перед учителями на один денёчек.       Их совместная жизнь многим казалась размеренной и классной. Тсукишима даже прозвал Хинату женой-домохозяйкой, которая вечно ждёт своего мужа-трудоголика. Рыжик поначалу обижался и лез с кулаками, но со временем перестал. Шоё разжал руку, и ветер тут же подхватил розовый лепесток, унося его далеко-далеко.       Хината был студентом, числился в кулинарном кружке, часто гулял со своими друзьями по разным районам Токио, ходил в кино на комедии, ужасы, боевики и даже пару раз напивался в хлам на студенческих вечеринках. А потом он приходил домой. Кагеяма каждый день пропадал в спортзале, в контактах его телефона были Шоё, сокомандники и тренер, он смотрел исключительно волейбольные матчи, и не пил алкоголь, так как он запрещён режимом. У них был бешеный секс в душевых и раздевалках, когда матч уже окончен, но адреналин ещё бурлит в крови. В будние дни, по приходу Хинаты Кагеяма либо занят, либо уже спит. На их свиданиях всегда волейбольная сетка, иногда Шоё кажется, что она третья в их паре. Или это Хината третий лишний в их отношениях?       Однажды Шоё выложил мяч из спортивной сумки Тобио. Честно говоря, ему хотелось проколоть этот чёртов мяч, но он просто закинул его под двухместную кровать в спальне. Они должны был пойти на обычное свидание — парк, кафе, кино и жаркий секс дома. Шоё проложил маршрут, чтобы на их пути не попалась ни одна спортивная площадка! Всё было классно вплоть до момента, пока они не столкнулись в кино с Хошиуми и его парнем Хиругами. Они поздоровались, Коурай в очередной раз спросил рост Шоё, и в очередной раз победно заявил, что он выше на 1 сантиметр. Хиругами отошёл покупать билеты, а Хината захотел купить самое большое ведро попкорна. Когда они вернулись, их парни сидели на диванчике и обсуждали последнюю тренировку. Шоё потянул Тобио в сторону зала, но тот сказал короткое, но ёмкое: «Не мешай». Хинату будто пронзила молния. Да, его парень совершенно не смыслит в романтике, бывает грубым и резким, но такое… В тот момент Хината Шоё впервые почувствовал ревность. Он ответил также коротко: «Иди к чёрту», взял ведро солёного попкорна, колу, протянутую Хиругами, и пошёл на сопливо-розовую комедию о любви.       Шоё сидел в кресле, широко расставив ноги, поставив колу в специальное углубление в подлокотнике, и закидывал в себя воздушную кукурузу. Он был чертовски зол. Этот идиот, придурок, бакагеяма… Сердце Хинаты жгла ревность, нет, не к «чайке» Хошиуме, а к волейболу. Разум его парня пропитан волейболом. В голове проскользнула шальная мысль, что во время секса Тобио видит не Шоё, а мяч, который можно трахнуть. Рыжий обхватил трубочку губами и громко втягивал в себя колу, но смех окружающих парочек его заглушал. На задний ряд, прямо за Шоё, сели Хошиуми и Хиругами, после них пришёл Кагеяма. Он молча пил из бутылки с рисунком воронёнка, которую ему когда-то подарил Шоё. Наверное, это должно было умилить рыжика, но, вместо этого, резануло прямо по сердцу.       Хината молча встал, оставив попкорн и колу, и ушёл. Тихо, молча и быстро. Он забрал из гардероба свою куртку и ушёл. Шоё не шёл куда-то конкретно, просто шёл, уходя глубоко в мысли.       Злость на Тобио быстро испарилась, в конце концов, он не виноват в своей любви к волейболу. Хинате было грустно. Эта бутылка с воронёнком напоминала о времени, когда они были обычными школьниками, любящими волейбол и друг друга. Начало капать, и Шоё встал под навес какого-то магазинчика. Тогда всё было намного проще, каких-то два… Нет, уже три года назад. Они бросали друг другу мяч, целовались, мечтали о национальных, и чтобы родители куда-нибудь уехали, дав им побыть наедине. Серые тучи постепенно захватывали небо. Их глупые соревнования типа "кто быстрее добежит, кто быстрее съест, кто больше поцелует" …. Шоё сильнее кутался в тонкую куртку, не спасающую от ледяного ветра, и улыбался. Он почти чувствовал те жаркие, жадные поцелуи школьника Кагеямы Тобио. Холодные капли беспощадно били по лицу, ледяной ветер забирался за шиворот, но рыжик ничего не замечал. Шоё стоял под зелёным навесом, промокший до нитки, и ярко улыбался, предаваясь тёплым воспоминаниям. Порывистые поцелуи-укусы, драки до ссадин и синяков, смущённые обнимашки на переменах, истрёпанный тренировками цветастый мячик и громкие признания в любви. Всё это казалось таким…       Что тогда под дождём, что на паре, мысли Шоё прервал звонок. Он быстро покидал вещи в сумку и направился к выходу. Ямагучи сразу со звонком убежал к ждавшему его в коридоре Тсукишиме. Хината немного задержался в кабинете, на ходу печатая Кенме, что в этот раз он обязательно посмотрит его стрим. Тот всеми силами его отговаривал и закидывал возмущёнными стикерами. Шоё не уступал, ведь прошлый стрим ему очень понравился. На нём подписчики Кенмы, уговорили «Кодзукена» надеть на себя ободок с кошачьими ушками и в таком виде проходить игру. Хината дико ржал, когда в комнату Кенмы вошёл Куроо и быстро всё это свернул. Кажется, он даже слышал, как его друг мяукнул перед отключением камеры.       Шоё быстро преодолел ворота колледжа и не спеша пошёл домой. Их с Тобио квартира располагалась ровно между работой волейболиста и колледжем Хинаты. А ещё неподалёку находится магазинчик с зелёным навесом и названием: «Онигири Мия».       В тот ливень близнецы Мия заметили промокшего Шоё и быстро затащили в магазин греться. Хинате было неловко из-за того, что Осаму одолжил ему форму для сотрудников своего магазина. Она была большой для Шоё, но зато тёплой и сухой. Атсуму же сразу вытащил пару огромных онигири с тунцом и зелёным луком. — Ты что забыл на улице в такую погоду? — Атсуму сидел напротив и наблюдал, как Хината активно поглощал онигири. — Да так, — Шоё проглотил кусочек тунца, слизал прилипшую к верхней губе рисинку и продолжил. — Решил подышать свежим воздухом, — ему не хотелось рассказывать о том, что он сбежал из кинозала из-за приступа ревности. — В такую погоду?! Ну, ты сумасшедший! — Атсуму улыбнулся, а Осаму вернулся за прилавок. — Он хотя бы сумасшедший, а не такой придурок как ты, который не смотрит прогноз погоды. — Кто тут придурок?! — Атсуму тут же вскочил со стула и начал приближаться к прилавку. — Ты. — От придурка слышу! — Кого придурком назвал?!       Хината не вслушивался в очередную ссору близнецов. Он смотрел на висящую на спинке стула мокрую толстовку Атсуму. Видимо парень тоже успел попасть под ливень, но зашёл в магазин с чёрного хода.       Шоё медленно ел онигири, наслаждаясь приятным вкусом. Рис, кстати, классный.       Хината снова опустил глаза на толстовку Мии младшего. Чёрная толстовка с жёлтой надписью: «MSBY Black Jackals» и головой шакала. Атсуму Мия является главным связующим Чёрных шакалов, соперников Орлов, за которых играет его парень Тобио. Шоё неплохо с ним общается, как и со всеми Шакалами. Бокуто до сих пор зовёт своего бывшего ученика в команду. Хината всегда отвечает, что его место теперь не на площадке, а на трибунах с остальными болельщиками. На что Атсуму всегда предлагает ему сменить ложе Орлов, на ложе Шакалов, форма болельщицы и помпоны прилагаются.       Ох, Атсуму Мия никогда не перестанет приставать к Хинате Шоё с самыми разными предложениями. — Может тебе плед принести? — связующий вернулся на своё место с потрёпанной причёской. — Не, спасибо, я уже согрелся, — Шоё широко улыбнулся и поднял пустую тарелку. — И наелся! Всё-таки попкорном сложно наесться. — Так ты был в кино… — Мия усмехнулся, а Хината сдержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу. — Сегодня у Адлерсов выходной, значит… — Атсуму сделал большие и страшные глаза. — Ты наконец-то сбежал от своего парня-паиньки со свидания?! — Что?! Нет! То есть да! Нет! — Хината схватился за голову. — Ааа! Короче не важно! — Нет-нет-нет! Рассказывай, я внимательно слушаю, — Атсуму положил голову на ладони и выжидающе смотрел на Шоё. — Тсуму, ты не шакал, а настоящий лис! — Лисы классные. — Да, но это не важно, как и то, что произошло между мной и Тобио. — Значит, ты признаёшь, что я классный? Осаму, твои камеры пишут звук? — старший близнец ушёл в подсобку, чтобы быть подальше от игр брата. — Когда я такое сказал? — Ну, ты назвал меня лисом, затем согласился, что они классные, значит, считаешь классным и меня, — Атсуму играл бровями и самодовольно улыбался, а Шоё искренне старался не смеяться, но не сдержался. — Ахаха! Атсуму, ты потрясающий! — Точно! Осаму, если твои камеры не пишут звук, — я отрекусь от твоих онигири!       Хината громко смеялся, держась за живот и содрогаясь всем телом. Ему было так весело, что в уголках глаз выступили слезинки. — Ох… Ха… У меня от смеха щёки болят! — Хорошо же, а то у тебя был вид, будто умирать собрался.       Атсуму улыбался, а Шоё медленно приходил в себя, стараясь сдерживать приступы смеха. Рыжик вытирал слёзы в уголках глаз, а тёплый солнечный лучик гладил его по щеке, заставляя жмуриться. — Спасибо, — Хината улыбался, чувствуя приятное тепло не только на щеке, но и где-то в груди. — Всегда пожалуйста, — Атсуму тоже улыбался, но без привычного самодовольства. Атсуму Мия улыбался чисто и искренне.       Хината заскочил в пекарню, купив батон и пару мясных булочек. У них с Атсуму странные отношения. Они списываются несколько раз в месяц и неплохо общаются, но между ними нет такой крепкой дружбы как у Шоё и Кенмы. У них даже нет приятельских отношений, как у Хинаты и Ямагучи. Шоё свернул за угол. Они далеко не враги. Шоё и Атсуму часто болтают после матчей Орлов и Шакалов, и едят в «Онигири Мия». Наверное, он такой же друг Хинаты как и Бокуто, вот только… Хината чертыхнулся и вовремя остановился, он чуть не пошёл на красный свет. Какая-то бабушка сделала ему замечание, а Шоё кивал головой и неловко извинялся.       Вот только Хината никогда не пишет Бокуто в час ночи всякий бред о своих отношениях, а потом удаляет.       Это странно, но Шоё не мог обсуждать свою личную жизнь с друзьями, а вот с Мией запросто. Загорелся зелёный, и парень пошёл вперёд. Хината мог завалиться в квартиру Атсумы в любое время дня и ночи, начать заваливать его сообщениями, а потом всё удалять. Они могли лежать на одной кровати, болтать обо всём и ни о чём одновременно. Их пальцы могли сталкиваться, сплетаться, поглаживать ладони друг друга, а затем разделяться, будто ничего и не было. Их объятья могли быть слишком тесными, дыхание неровным, но губы никогда не сталкивались друг с другом. На дне сумки валялись ключи с брелоком в виде лиса с жёлтой чёлкой. Один раз Шоё даже позвал Атсуму в бар, где их застала бывший менеджер, отличница и просто хорошая девочка Ячи. Разумеется, она ничего не сказала, только что-то пролепетала, покраснела и сбежала. В их встрече не было чего-то неправильного или мерзкого, они сидели рядом и пили пиво, но именно так почувствовал себя Хината. Неправильным, мерзким и отвратительным.       Парень пошёл по лестнице, игнорируя лифт. Во всех их встречах в принципе не было чего-то такого. Обычные дружеские прогулки и посиделки. Хината преодолел первый лестничный пролёт. Атсуму никогда ни на чём не настаивал, только шутил. Парень уже был на третьем этаже. У Шоё вообще есть парень, с которым он встречается несколько лет. Пятый. Да, возможно, у них есть проблемы в отношениях. Шестой. Возможно, Хината чувствует себя на втором месте после волейбола. Седьмой. Вероятно, Шоё хочет не только дежурных поцелуев по утрам и секса по выходным. Восьмой. Есть мысль, что Хината устал быть инициатором всего в их с Тобио отношениях. Девятый. Может быть, Шоё хочет, чтобы Кагеяма выкинул чёртов мяч в окно и наконец, обнял и жадно поцеловал своего парня как раньше, а не использовал его как кухарку, уборщицу и личного менеджера?! Десятый.       Хината упёрся ладонями в колени и пытался отдышаться. Чёрт, мозг перегрелся. Парень медленно восстанавливает дыхание. Вдох и выыыдох. Фух! Он достал из правого кармашка сумки ключи с брелоком в виде орла, всем членам Адлерсов подарили такие по паре штук, и открыл входную дверь.       Как и ожидалось, дома никого не было. Они в школе возвращались домой затемно, что говорить о профессиональном спорте. Шоё снял уличную обувь и убрал её в специальный шкафчик. Рыжик бросил сумку с тетрадями у дивана в гостиной, быстро переоделся в домашнее и босыми ступнями потопал на кухню. После пар хотелось есть. Шоё критично осмотрел содержимое холодильника. Он давно не ел своей любимый Тамаго Каке Гохан. Его обычно готовят на завтрак, на часах пол пятого вечера…. Почему нет?       Хината налил в кастрюлю воду, закинул туда рис, а сам сел за обеденный стол. Надо бы купить новую рисоварку вместо сломавшейся. Парень включил телик чисто ради фонового шума. Телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. Шоё провёл пальцем по экрану, у него не было пароля. Бокуто звал Шакалов и их друзей отметить субботу в «Онигири Мия». Хината проверил календарь, суббота будет завтра, о чём в чате уже сообщил Акааши. «Чёрт! Я перепутал и уже стою у Мии! Хей-хей-хей! Я жду вас!». Кейджи написал, что придёт после работы. Шоё хотел ответить, что не сможет, но тут пришло сообщение в личку.       «Мне влом тащиться и видеть морду брата, но есть хочу. Составишь компанию?»       Хината лишь улыбнулся и добавил ложку соли в кипящую воду.       «Прости, у меня уже намечается грандиозный ужин». И фотка кастрюли с рисом.       «Без меня?!» и много-много возмущённых стикеров. «Скажи, что ты варишь какую-нибудь отраву для своего отвратительного короля»       «Неа, всего лишь Тамаго Каке Гохан»       «Рис с сырым яйцом и соевым соусом? Ты великий шеф-повар»       «Да, ваше лисье превосходительство такое не ест»       «Точно»       «Поэтому я съем всё сам, включая мясную булочку»       «ЧТО?! Мясную булочку я хочу!»       «У меня их две»       «Вторая для меня?» Хината знал, что в этот момент Атсуму смешно играл бровями.       «Неа, одна для меня, а вторая…» Шоё дождался, когда Мия прочитает и начнёт печать ответ, после чего отправил: «Вторая тоже для меня!», и прикрепил фотку, где кусает две булочки сразу.       «Ненавижу тебя, Хината Шоё» и очень много сердечек.       Хината улыбнулся и отложил телефон. Он слил воду, положил часть риса в тарелку и сделал в нём небольшое углубление. Быстрый удар ножом, желток падает прямо в «ямку», а скорлупа в мусорный ящик. Шоё достал соевый соус, открыл крышку и налил немного в ту же ямку, что и яйцо. Палочками он помог жидкостям начать смешиваться, а затем просто наблюдал за процессом.       Тёмно-коричневый соевый соус и светлый желток. Чёрное и белое. Чёрные шакалы и белые Адлерсы. Атсуму и Тобио…       Шоё положил кусочек риса в рот. С Атсумой у них были странные, но довольно понятные отношения. Хината привлекал Мию внешне, и был неким призом, который когда-то завоевал Тобио. Они общались, шутили, но о романтических чувствах не могло быть и речи. Атсуму Мия любил 2 вещи — волейбол и себя. Ещё один кусочек, но в желтке. Между ними мог быть секс, незабываемые свидания, много сердечек в переписке и… И это всё. Мия не хотел серьёзных отношений, а Шоё даже не мог представить их парочкой.       Хината Шоё любит Кагеяму Тобио.       Кусочек риса в соевом соусе. С Тобио всё было намного сложнее. Шоё любил его, это было неоспоримым фактом. Но что испытывал сам Кагеяма? Обычно парочки целуются, дарят друг другу глупые, но милые безделушки. Эм… Что ещё обычно делают парочки в кино? Шоё прикусил палочки. Во всяком случае, они с Тобио никогда не были обычной парочкой, да и Кагеяма никогда не был обычным.       Кагеяма Тобио гений, и только чёрт знает, что на уме у этого парня.       Тобио резок, и делает так, как считает нужным именно он. Как сказал Атсуму — это Шоё сделал своего парня таким на одном из матчей в старшей школе. Сам провозгласил Тобио королём. Ещё риса с соевым соусом. Кагеяма красив, Хината прикусил губу, даже очень красив. Он не терпит слабаков и сразу выгоняет их с волейбольной площадки и из своей жизни. Шоё усмехнулся, ему радоваться этому факту или нет? Тобио немногословен, он говорит чётко и по делу, даже в переписке игнорирует стикеры.       Как они вообще сошлись?! Ах да… Волейбол.       Шоё поставил пустую тарелку на кофейный столик в гостиной. Волейбол познакомил их, свёл, а теперь медленно убивал Хинату Шоё. Рыжик когда-то любил его, он и сейчас не против побросать мяч в спортзале колледжа или на уличной площадке, но его голод давно прошёл. Тобио же жил волейболом, Хината любил своего парня, а значит, тоже жил волейболом. Он ходил на все матчи, иногда был на тренировках, чёртов костюм болельщицы… На смену голода пришло переедание. Шоё подташнивало на первом курсе колледжа, болел живот на втором, и рвало на третьем, на пятый год отношений Хината искренне пытался находить в нём что-то хорошее, те же школьные воспоминания. Вот только это становилось всё труднее. Нельзя жить прошлым. Как там у Инаризаки: «Нам не нужны воспоминания»? А что делать, если кроме воспоминаний ничего нет?! — Я дома. — А?       Удивлённый Шоё побежал в прихожую, где переобувался в домашние тапочки Тобио. — С возвращением, — парень кивнул и бросил спортивную сумку точно к сумке рыжика. — Ты сегодня рано. — Скоро важный матч, тренер приказал отдохнуть, — было видно, что Кагеяму отдых не радовал, но с тренером он не спорил. Тобио поцеловал парня в уголок губ и облизнулся. — Рисинка, — объяснил свои действия Кагеяма и пошёл на кухню. Шоё засеменил следом. — Прости, я не успел ничего приготовить, — рыжик неловко улыбнулся, а Тобио пожал плечами и открыл холодильник. — У тебя самого недавно закончились пары, — он достал коробочку с молоком. — Закажем пиццу? — Было бы супер. Закажешь? Я пока запущу стирку, — Шоё кивнул в сторону их сумок. — Хорошо. Закажу с твоего телефона, у тебя же там бонусы, — Тобио взял мобильник Шоё, не выпуская трубочку от молока изо рта. — Окей! — Шоё улыбнулся и пошёл в ванну, захватив сумку парня.       Рыжик быстро рассортировал одежду и запустил стирку, добавив новый кондиционер. Предыдущий Тобио не очень понравился, хоть он и не говорил этого вслух.       Хината откинул намокшую из-за влажности чёлку назад, но она снова прилипла ко лбу. Шоё сдвинул её набок, но рыжие пряди упрямо лезли прямо в глаза. Парень недовольно цокнул и схватил с зеркала розовую заколку, когда-то оставленную Нацу, закрепив непослушную чёлку. Шоё посмотрел на своё отражение: отросшие волосы, розовая заколка с сердечком и огромная белая футболка Тобио. Добавить фартук и половник — выйдет настоящая домохозяйка. Хината вздохнул, ополоснул лицо прохладной водой и поплёлся в зал к своему парню.       Тобио сидел на диване перед телевизором и смотрел новости спорта. Начался рекламный блок, и он тут же потянулся к пульту. — Стооой! — Шоё побежал, но Кагеяма всё равно успел схватить пульт. Хината запрыгнул на диван, пытаясь перехватить вытянутую руку Тобио со злосчастным пультом. Кагеяма выключил телек и усмехался, смотря сверху-вниз на недовольную мордочку Шоё. Парень же смотрел то на пульт, то на довольную морду Тобио. Рекламный блок заканчивался, поэтому Хината схватил шокированного брюнета за ноги и повалил на диван, выхватив несчастный предмет электроники и включив телек прямо на рекламном ролике с карри. — Чёрт! — выругался поверженный Тобио, а в следующую секунду он же, но из телевизора произнёс. — Съел Power curry — оформил эйс. — Обожаю эту рекламу! — Шоё ржал, трясясь от смеха и упираясь руками в грудь брюнета, а задницей в бёдра. — Придурок, — Тобио улыбался, смотря на своё солнышко. — От придурка слышу!       Волейболист обнял парня и чмокнул в носик, после чего Шоё сразу присмирел и положил голову на плечо Тобио. Кагеяма гладил рыжую шевелюру, ещё больше лохматя, и прижимая хрупкое тело к себе. Давно они не лежали и обнимались просто так. — Милая заколочка, — Кагеяма усмехнулся и поцеловал лоб, не скрытый чёлкой. — Иди ты, это Нацу оставила, — Шоё подставил щеку под поцелуй. — Тебе идёт. Дать половник и фартук — настоящая жена-домозозяйка, — рыжик захихикал и подставил под поцелуй вторую щеку. — Тогда тебе нужны очки и портфель — будешь мужем-трудоголиком. — И ты будешь прыгать с половником у двери в ожидании меня? — Агась, а потом поколочу им тебя, если будешь слишком сильно задерживаться, — Хината игриво прикусил подбородок своего парня. — Я выиграю и накажу свою неугомонную жёнушку. — Ещё чего, выиграю я!       Кагеяма приподнялся на локтях и заткнул рыжика поцелуем. Одну руку он вернул на затылок, оттягивая огненные пряди, а руки Хинаты обхватили его шею. Шоё уткнулся носом в шею парня и наслаждался массажем головы. Ему так давно хотелось ласки Тобио, что он был готов замурчать от удовольствия. Сильные мускулистые руки переместились с затылка на шею, а затем проскользнули под огромную футболку. — На тебе классно смотрятся мои вещи, — Тобио шептал на ушко поплывшего Шоё. — Дааа… — Хината простонал, когда пальцы Кагеямы обхватили его соски. — А ещё лучше смотрелась бы форма Адлерсов, — вторая рука скользнула под резинку домашних шорт. Он очень соскучился по своему солнышку. — Я её носил, — Шоё покрывал прерывистыми поцелуями лицо парня, он стонал просто от того что Кагеяма рядом с ним. Как же он, чёрт возьми, соскучился! — Я про твою собственную форму нашей команды, — Тобио не спешил, будто впервые исследуя тело своего любовника. Его руки мяли, массировали и сжимали округлые ягодицы Хинаты, вызывая сладкие стоны бывшего центрального блокирующего. — Бакагеяма, давай не сейчас… У нас есть занятие поинтереснее, — Шоё прикусил чувствительную мочку и прижался своим возбуждением к чужому, вырывая предупреждающий рык. — Но я серьёзен, — Тобио нахмурился, а в следующую секунду он повалил Хинату на спину, надавливая на плечи. — Или ты хочешь уйти к Шакалам?! — Что?! — Я видел твою переписку с их связующим, у вас неплохие отношения, — вместо возбуждения в глазах Тобио загорелся гнев. — Ты рылся в моём телефоне?! — Шоё толкал Кагеяму в грудь, пытаясь отодвинуть его как можно дальше от себя. — У тебя нет пароля, — волейболист даже не поморщился, он будто не чувствовал кулаков своего парня. — Это не повод рыться в моих личных вещах! — Шоё кричал, а в уголках глаз появились слёзы злости и отчаяния.       На лице Тобио не было никаких эмоций, он спокойно сжимал одной рукой тонкие запястья Хинаты, прижав их к своей груди. Шоё же била крупная дрожь, он пытался пихнуть своего парня ногой, но тот сжал его бёдра своими, полностью фиксируя чужое тело. Парень трепыхался, пытался вырваться, докричаться, но Кагеяма молча, смотрел на него, будто что-то искал на дне карих глаз.

Измена.

      Хината усмехнулся, точно, Тобио пытался понять, верен ли ему Шоё. Рыжик открыл рот, чтобы на весь дом прокричать о том, что Кагеяма дебил, и что он этому придурку верен, но его губы застыли в немом крике. Зубы Тобио сомкнулись на белой шее. Больно. Шоё чувствовал, как по шее стекала его собственная кровь, а из глаз текли слёзы горечи, злости и обиды, и он ничего не мог сделать.       Кагеяма расцепил челюсти через какое-то время и поднял голову, слизывая с губ кровь солнца. — Ты мой, — он уткнулся чёрной макушкой в подлокотник и шептал на ушко Шоё, опаляя его своим дыханием. — Я никому тебя не отдам. — Ха…ха… - Хината криво усмехался, а слёзы текли по лицу, оставляя противные мокрые дорожки на бледной коже.       Тобио прижимал хрупкое тело к дивану, его глаз не было видно за отросшей чёлкой, а Шоё и не хотел смотреть в них. Волейболист шумно дышал, телевизор издавал какие-то звуки, диван тихо поскрипывал. Хината пытался абстрагироваться, он не шевелился, покрасневшие глаза были закрыты. Его здесь не было. Это просто кошмарный сон. Шоё проснётся, и всё будет в порядке.       Раздался звонок в дверь, и давление чужого тела исчезло. Хината приоткрыл припухшие глаза, из гостиной было отлично видно коридор, где стоял парень в жёлто-зелёной форме и протягивал Кагеяме какую-то коробку. Точно, Тобио же заказывал пиццу. Заказывал пиццу с телефона Шоё, увидел переписку с Шакалом… Хината медленно встал с дивана и ушёл в спальню, есть не хотелось.       Рыжик вошёл в комнату и облокотился на закрытую дверь. Комнату освещали лишь лучи закатного солнца, затрагивая кровать и босые ступни. Солнце совершенно не грело. Шоё скатился вниз, обхватив колени руками и уткнувшись в них носом. Его плечи мелко дрожали, но сжатые губы не пропускали и звука. Хината чувствовал жжение в шее, и как что-то внутри разрушалось. Больно. Ему больно! Шоё плакал, ему хотелось кричать, но он кусал губу до крови. Солнце сделало последний рывок, его лучи мазнули по рыжим вихрам, а затем отступили, отдавая место полной темноте. . . .       Как же болели глаза.… Веки слиплись и опухли как спелые помидоры. Шоё натянул одеяло повыше, стараясь спрятаться от единственного луча, пробравшегося в спальню через плотные шторы. Если глаза болели, то голова раскалывалась на части, будто кто-то очень долго и со вкусом бил по ней кувалдой. Хината издал тихий хрип, схватил с тумбочки бутылку минералки и таблетку от головной боли, которую сразу запил. Тёплая вода смочила сухое горло, даря божественное наслаждение. Рыжик с улыбкой упал обратно на мягкую подушку.       Шоё сильнее закутался в пуховое одеяло и смотрел на соседнюю подушку. Он совершенно не помнил, как забрался в кровать, да и минералка с таблетками… Парень притянул к себе подушку Тобио и обнял, уткнувшись в неё носиком. Может ему всё приснилось? Бурная фантазия, бытовуха и недостаток внимания берут своё. Точно, рыжик потёрся носиком о подушку своего парня, ему всё это приснилось. Тобио никогда не причинил бы ему боль. Он по-своему добрый, романтичный и заботливый, хоть и часто находится в режиме Бакагеямы.       Телефон издал короткий писк, сообщая о новом уведомлении. Шоё заинтересованно приподнял голову и взял свой телефон с тумбочки Кагеямы. Он хотел включить и узнать, что пришло, но замер, рассматривая своё отражение. Ему ничего не приснилось. На шею был приклеен огромный белый пластырь. Шоё аккуратно прикоснулся к ткани, конечно, он ничего не почувствовал пальцами, но в шее неприятно кольнуло. Телефон в руках снова завибрировал, вырывая Хинату из воспоминаний о вчерашнем вечере.       Тадаши: «Препод заболел, пару отменили. Сооон! *-*»       Классная новость, но хорошего настроения уже не было.       Шоё встал с кровати, заправил её и ушёл умываться. Закончившаяся зубная паста не прибавляла настроения. Хинате пришлось обойтись ополаскивателем едкого голубого цвета с мерзким и непонятным вкусом. Парень расчесал волосы, отметив, что заколка с сердечками снова закреплена на зеркале. Он лишь фыркнул и пошёл завтракать.       Шоё замер перед порогом кухни. Особого аппетита не было, да и готовить не хотелось. Хината круто развернулся на пятках, залетел в спальню и быстро переоделся. Рыжий выбежал из квартиры, едва не забыв свою куртку. Он спускался по лестнице, на ходу натягивая её. Парень перепрыгнул последние ступеньки, облизывая в предвкушении губы. Шоё резко захотелось онигири.       Дверной колокольчик сообщил о новом покупателе. — Простите, «Онигири Мия» временно не работает, зайдите позже, — Атсуму стоял в кепке брата за кассой и пялился в телефон. — Даже для меня? — волейболист наконец поднял голову и расплылся в улыбке. — Приветик, Шоё-кун. Тебе онигири не положено, — Хината повесил куртку на вешалку и стряхнул с волос пару розовых лепестков. — Ешь свои мясные булочки! — Мия по-детски показал язык. — А где Осаму? — Хината подошёл к прилавку и выбирал что-нибудь вкусное. — Проблемы с поставщиком рыбы, поехал разбираться. На всякий случай положил ему в багажник мяч. — Бита была бы страшнее. — Но мяч в руках Мии опаснее всего. — Если кого-то убьют волейбольным мячом, то я пойду в полицию и скажу, что убийца ты, — Шоё встал напротив Атсуму и ехидно улыбался. — Предатель, — волейболист усмехался, а взгляд скользил по чужому личику, его рука резко схватила шею рыжика. — Ай! — Хината ударил по чужой конечности, чтобы та убралась. — Бурная ночка? — Атсуму скривил губы, а Шоё опустил уголки губ. — Не важно, — рыжик пожал плечами. — Мне два дайфуку, — и достал несколько купюр из кармана куртки. — Убери деньги, — Мия достал с витрины два дайфуку покрытых шоколадом и с сочной клубникой внутри. — За счёт «Онигири Мия»? — Шоё улыбнулся, взял один шарик и поднёс к губам. — За счёт Атсуму Мии, — Тсуму улыбался, а Хината почувствовал кисло-сладкий вкус клубники на языке. — Если ты такой щедрый… Пустишь переночевать? — волейболист ещё раз взглянул на белый пластырь на чужой шее. — Конечно, я всегда тебе рад, — и пожал плечами. — Ключи у тебя есть. — Есть, только они остались в квартире, — Хинате стало неловко, и щёки стали под цвет клубники на его губах. — Всё в порядке, Осаму придёт, заберу его экземпляр и отдам тебе. — А он скоро? — Шоё принялся за вторую сладость. — Тебе же ещё на тренировку. — Если не придёт через 15 минут, устрою тренировку прямо здесь. Мяч у меня всегда с собой, — в груди неприятно кольнуло. Атсуму тоже волейбольный идиот. — Но ты можешь пойти сразу ко мне, как придёт брат. — Хорошо, зайду в комбини за зубной щёткой и к тебе. Купить еды? — Шоё доел дайфуку и слизал шоколад с губ. — Ага, возьми у Саму несколько онигири с тунцом. — А почему не сам, он же твой брат? — Шоё улыбнулся, потому что догадывался, какой будет ответ, а Атсуму сделал лицо, будто его сейчас вырвет. — У тебя скидка 10%, а у меня 2%, — Хината сначала замер, а затем громко засмеялся. — Ахаха! Я обожаю вас! — Рыжик смеялся, схватившись за живот, а Тсуму улыбался, смотря на солнце перед собой.       Осаму пришёл через несколько минут, запыхавшийся и злой. Конечно, Шоё он ничего не сказал, даже подарил коробочку онигири, а на Атсуму накинулся, крича что-то о ненормальных фанатках. Хината лишь пожал плечами и с улыбкой покинул магазинчик, заодно перевернув табличку с «Закрыто» на «Открыто».       Рыжик проигнорировал автобусную остановку и пошёл пешком, насвистывая незатейливый мотив. Мия жил недалеко от парка, в котором Хината мечтал вчера погулять, и в 20 минут ходьбы от заведения брата. Хах… Как же тесен мир.       Шоё смотрел в насыщенно-голубое небо без единого облачка, если бы и в его рыжей голове было также чисто. Хината не бежал от проблем, он решил сделать передышку. Это как во время матча, когда идёт третий сет, от пота блестит пол, а игроки бегут за мячом, в ярости забывая обо всём: стратегии, болельщиках, судьях… и тут кто-то принимает мяч, делая длинную растяжку. Мяч парит в воздухе, а время на площадке замирает. Это длится всего пару секунд, но их хватает на то, чтобы сделать спасительный вздох и замедлить безумный темп. Вот и сейчас Шоё необходима передышка, иначе ярость поглотит его, и он проиграет нечто, что намного важнее матча по волейболу.       Наверное, странно, что Хината попросил об убежище Атсуму, но это как-то само вырвалось. Изначально Шоё лишь хотел перекусить и вернуться домой, но всё как всегда пошло не так. Хината думал, что Мия откажется или отправит его в семейное гнёздышко сов, ну или распространять бациллы к Сакусе, а он взял и согласился. Ох, Шоё схватился за волосы и ругнулся сквозь сомкнутые зубы. Он тоже согласился! Если Тобио и Атсуму волейбольные идиоты, то Хината просто идиот! Нет, чтобы пойти к Кенме или потерпеть насмешки Тсукишимы, или вообще остаться дома… Нееет, он идёт к Атсуму Мии, к сопернику своего парня по площадке, и к которому его ревнует этот самый парень! Ох…       Шоё встал у дверей круглосуточного магазинчика. А ещё он идёт к единственному человеку, которому может рассказать абсолютно всё. Хината пересёк порог комбини, чтобы купить новую зубную щётку. Разве он смог бы рассказать Кенме о своих проблемах и заставить друга волноваться? Или вывалить всё добродушному Тадаши, чтобы у того от нервов заболел живот? О, можно вообще позвонить Суге-сану, чтобы тот успокоил рыжика как одного из своих подопечных?! Шоё провёл рукой по лицу, схватил первую попавшуюся щётку и пошёл к кассе. Парень оплатил покупку последними купюрами из кармана куртки и покинул круглосуточный магазин.       Кстати, позвонить — неплохая идея, вернее была, если бы Шоё не оставил телефон дома. Ладно, Атсуму придёт, и он позвонит с его сотового. Правда, Хината наизусть помнит только номера Тобио и мамы, а пароль от странички сохранён в браузере, но не в рыжей голове… Так что у Шоё передышка не только в общении со своим парнем, но и со всем миром.       Хината дошёл до дома Атсуму и залез в кабинку лифта. Он, конечно, в хорошей физической форме, но на 27ой этаж подниматься пешком… Только если наперегонки, иначе Шоё не согласен!       Входная дверь квартиры без проблем открылась, впуская Хинату внутрь шикарных апартаментов. Кого Атсуму любил, так это себя, поэтому на жилплощадь и её обустройство раскошелился: огромная плазма, ортопедический матрас для кровати на пять человек, спортзал прямо в доме и много чего ещё. Шоё повесил куртку в прихожей и пошёл в зал. Рыжик же считал главным сокровищем этой квартиры — огромные панорамные окна с завораживающим видом на Токио. Хината сел перед ними в позу лотоса. Он всё-таки побывал в знаменитой Токийской телебашне, но вид из квартиры Атсуму Шоё нравился намного больше. Он был более… Волшебным, наверное?       Жалко, что в такой крутой квартире нет балкона. Можно было бы сидеть, свесив ноги между перил, покачиваться ими и жмуриться, наслаждаясь тёплыми лучами солнца. Шоё улыбнулся, ведь Кагеяма точно бы вытащил его за шкирку, крича про безрассудного идиота. А в жару можно было бы постелить большое мягкое полотенце, напялить солнцезащитные очки, лечь сверху и загорать, попивая сладкий лимонад через трубочку. Тут Тобио не выгонял бы своего парня, а потеснив к двери, сам лёг ближе к перилам и пил бы своё любимое молоко. Хотя молоко в жару… Прокиснуть же может, а от этого туалет станет любимым местом не только Хинаты. Парень прыснул сквозь зубы. Лучше мороженое, а ещё лучше парное. А можно было бы просто сидеть в обнимку и смотреть на вечерний Токио, попивая зелёный чай и уплетая булочки с мясом. Чёрт, да после такого вечера Шоё был бы готов согласиться поиграть в волейбол!       Хината положил ладони на колено, а на них голову и мечтательно улыбался, позволяя лучам солнца гладить его рыжие вихры. Мечты.… Они настолько сахарные, что Шоё почувствовал сладкий привкус на языке. Шея от не самого удобного положения заболела, и недавняя рана неприятно чесалась. Мечтать не вредно, главное не потеряться в этих обманчиво-сладких иллюзиях, что Хината почти сделал.       Шоё устало вздохнул, а затем быстро-быстро помотал головой и со всей силы хлопнул себя по щекам. Никакой грусти! И вообще, думать это не для Хинаты, а значит надо занять руки делом! У Атсумы пыльно и есть нечего, а раз рыжик временно у него нахлебничает — надо хоть чем-то оплатить, например уборкой и домашней едой. Шоё встал на ноги и громко хлопнул в ладоши. За дело! . . .       Атсуму был заё… весьма и весьма уставший. Он не понимал, зачем к ним в команду набрали идиотов, которые не в силах пробить с его пасов. Серьёзно, как?! Таким дебилам может помочь только операция по смене верхних конечностей. И чего тренер с ними сюсюкается?! Выгнать этих и набрать настоящих волейболистов. Ещё Бокуто со своим ором и Сакуса с бактериями… Ох, Аран Оджиру, дай мне силу!       Мия открыл квартиру своим ключом и вошёл, громко хлопнув дверью. Он быстро снял верхнюю одежду и скинул обувь. В квартире вкусно пахло, наверное, от соседей. Столько денег, а нормальной вентиляции нет. Если кто-то готовит что-то вкусное — все ароматы сразу к голодному Атсуму. Управляющей компании, что ли позвонить? Нет, лучше в компанию по доставке еды. Жрать хочется. — Привет, сейчас добавлю зелёный лук и лапша готова.       Мия застыл в дверном проёме и смотрел на Хинату Шоё, хозяйничавшего в его кухне. Парень что-то жарил на плите, и это что-то очень вкусно пахло. Точно, рыжик же попросился к нему пожить. Атсуму ещё раз втянул носом аппетитный аромат, пусть Шоё остаётся навечно. — Лапша удон с курицей и овощами в соусе терияки! — довольный рыжик накрыл на стол и уже схватил палочки, а Мия чувствовал, как рот наполнялся слюной. — Шоё-кун, выходи за меня замуж, — Атсуму сел за стол и накинулся на еду, а бедный Хината подавился воздухом. — Атсуму, дурак! Нельзя такие вещи говорить! — возмущенный парень покраснел и чуть не уронил палочки. — А фто на фак? — волейболист не желал отрываться от божественной еды ради разговора. — Дурак ты, Атсуму, — обиженно буркнул Шоё и принялся за еду. А вкусно получилось.       После еды Мия сбросил грязную еду в раковину и утащил солнце в зал. Будь у Атсуму большой и пушистый хвост, он бы довольно размахивал им как пропеллером. Тренировка прошла не так уж плохо, он раздал автографы фанатам, а теперь сидел сытый и счастливый с симпатичным парнем под боком. Супер!       Шоё же сидел, скрестив ноги и обнимая диванную подушку. По телевизору напомнили о завтрашнем матче Адлерсов с иностранной командой, после чего Атсуму переключил канал. — Так что у вас произошло с Королём? — Хината повернулся к парню, но тот без интереса смотрел в телик. — Ну, — Шоё отвернулся, сглотнул вязкую слюну, а затем выдал как на духу. — Мы хотели заняться сексом, но Тобио снова начал, что я должен вернуться в волейбол, потом он приревновал к тебе и… и вот! — Приревновал ко мне? Круто, но не для тебя, — Атсуму усмехнулся и пожал плечами, — Эй! — волейболист поймал брошенную в него подушку. — Но я, правда, не понимаю, зачем он хочет вернуть тебя на площадку. — В смысле? — Шоё замер со второй подушкой в руке. — Ты же не занимаешься волейболом уже года три? Твоё тело уже не подходит к профессиональному спорту. Без хорошего связующего ты был бесполезен ещё в школе, — рука с подушкой медленно опустилась.       Было… неприятно. Хината Шоё совершенно не подходил для профессионального волейбола, и он прекрасно это знал. — Ты мог бы уехать куда-то учиться, например, в Аргентину или Бразилию. — Шоё мог бы, но он сам от этого отказался. — Прекращай, сам всё знаю, — Хината снова откинулся на спинку дивана и прижал к себе подушку, Атсуму только пожал плечами. — А что насчёт твоего не-Паиньки? — Ну, думаю, нам стоит поговорить, а дальше посмотрим. — А если это повторится? — Мия наконец повернулся к Шоё лицом, его брови были нахмурены, а губы сжаты в тонкую линию. — Брось, — Хината положил руку на шею и нервно потёр её. — В школе последствия наших драк были того хуже. — Да, только это было в школе, а сейчас нам больше двадцати. — Тобио идиот и в шестнадцать, и в двадцать один, — Хината обхватил себя руками, а Мия сел ближе, но не решился сделать что-то ещё. — Ты не думаешь, что он сделал это специально? Чтобы причинить тебе боль. — Хладнокровный он только на площадке, а за её пределами искрится от эмоций. Тсуму-Тсуму, я уверен, что Тобио укусил меня на чувствах. Он любит меня, а я его, — рыжик улыбнулся, а Мия горько усмехнулся. — Если такое произойдёт второй раз — заберу тебя и ничего ни у кого не спрошу, — Шоё хотел взять друга за руку и сказать что-то в ответ, но сдержался. — На следующую вашу встречу ошейник надень. — А это зачем? — Вдруг всё-таки захочет снова куснуть? Теперь буду звать его Вампиром! — Вообще-то вампиры популярны, — Шоё улыбнулся уголками губ. — Пф, тогда будет Кровососом! Пусть он мне отсо… Эй! — в этот раз подушка как идеальный эйс прилетела в лицо Мии.       Подушек у Атсуму было мало, но на их войну хватало. Шоё терпел поражение, но он не сдавался и отчаянно лупил волейболиста. Мия же пытался схватить рыжика за ноги и повалить, но только получал этими ногами, всюду куда они дотягивались. Завтра все Шакалы будут обсуждать новую страстную любовницу связующего, которая очень любит БДСМ. Иначе Атсуму свои синяки объяснять не будет!       Друзья ещё немного подрались, после сошлись на перемирии и обсудили, где же будет спать Шоё. Атсуму настаивал на своей кровати, но рыжик отвоевал диван в своё личное пользование. А затем каждый занялся свои делом: Мия был увлечён перепиской с кем-то, а Хината пытался смотреть иностранный сериал, но только путался в именах героев. Через пару серий у волейболиста зазвенел будильник, сообщая об отбое. Режим никто не отменял, и парни отправились спать по разным комнатам. Шоё пару раз просыпался ночью следя за тем, чтобы к нему не пробрались никакие хитрые лисы. . . .       Хината проснулся ближе к полудню, Мии в квартире уже не было. Шоё ещё немного повалялся в кровати, а затем пошёл завтракать. В качестве завтрака были избраны вчерашние онигири с нежнейшей начинкой, подаренные Осаму. Как хорошо, что Тсуму-Тсуму забыл про них, и Хината сам всё съел. Но ещё лучше то, что Мия вспомнил про когда-то подаренную ему Китой пижаму. Удобная пижама соломенного оттенка с принтом милого лиса на футболке, жалко только, что она села после первой же стирки. Атсуму она сильно мала, зато идеально подошла Шоё. Благо рыжик не сильно вытянулся со времён старшей школы. После еды Хината почистил зубы новой щёткой и вернулся в зал к своему пристанищу в виде дивана.       Погода на дворе была замечательная, да и парк, в котором вчера хотел прогуляться Шоё, в паре минут ходьбы. Конечно, он хотел пойти туда не один, но почему бы и нет? Хината быстро переоделся в свою одежду и покинул чужой дом.       Улица встретила рыжика шумом и огромным потоком людей. Все куда-то спешили, опаздывали, бежали, а Шоё безмятежно плыл в этой бешеной реке из людей. Хината аккуратно, почти танцуя, огибал окружающих, чтобы те случайно в него не врезались, и чтобы самому никого не снести. Весенний ветер поднимал вверх огненные пряди, создавая иллюзию дикого пламени, а озорное солнце приятно грело спину, заставляя довольно жмуриться. Окружающий шум не действовал на нервы, а ощущался ритмичной музыкой. На душе было… легко. Шоё ярко улыбался, ему, правда, хотелось потанцевать! Будто весеннее солнце выжгло все проблемы внутри него. Да и проблемы ли это?! Хината встревал в ситуации и похуже — тот же смачный недо-эйс в голову Тобио! Шоё смеялся, стоя среди толпы, вспоминая перекошенное лицо своего парня в тот момент. Перед матчем же нужно вспомнить самый большой страх, чтобы не бояться? Промелькнула мысль, что тем эйсом рыжик и подвинул мозги Кагеямы, и из-за неё рыжик засмеялся ещё громче. А его первые кулинарные эксперименты? Тобио же целый вечер с унитазом целовался! А их свидание, которое прервали полицейские, принявшие Хинату за школьника, а Кагеяму за насильника? Ахаха! Да разве Хината Шоё может бояться чего-то?! Если да, то точно не своего парня Бакагеяму.       Хината вошёл в парк, а розовый лепесток мазнул коротким поцелуем по его щеке.       Шоё чувствовал, что он счастлив на пятьдесят процентов. До сотни не хватало кое-кого рядом. Шоё! Хех, Хината так соскучился, что ему мерещился голос Тобио. Шоё! От счастья можно сойти с ума? Резкий порыв ветра заставил закрыть глаза. — Шоё! — парень почувствовал, как кто-то прижал его к себе. — А? — Господи, придурок, я боялся за тебя! Идиот! — Хината чувствовал, как его плечо намокало от чужих слёз.       Кагеяма дрожал и судорожно прижимал рыжика к себе, а Шоё стоял, ещё не придя в себя. Перед глазами ещё стояло лицо Тобио с опухшими глазами, изуродованными лопнувшими капиллярами, и тёмными синяками под ними. Шоё нерешительно сжал руки на чужой спине и нащупал смятую толстовку Адлерсов, испачканную чем-то. Стоп. Адлерсы! Матч!       Хината резко толкнул Тобио в грудь, но тот отодвинулся лишь на пару сантиметров. — Тобио, что ты тут делаешь?! У тебя же матч! — рыжик начал молотить кулаками по чужим плечам. А если Кагеяму выгонят?! Как Тобио без волейбола?! А если он не пошёл, потому что что-то сломал?! Шоё хотел ощупать тело парня, но тот закричал прямо в его ухо. — Плевать на волейбол! — Ч-что?.. — Кагеяма смотрел ему прямо в глаза, и теперь Хината мог увидеть, как ужасно тот выглядел — нездорового оттенка кожа, спутанные волосы, явно вчерашняя форма, и следы от мокрых дорожек на щеках. Шоё поднял руку, чтобы стереть их, но Тобио поймал его руку и прижался к ней щекой. — Шоё, ты для меня дороже волейбола, дороже всего на свете. — Тобио… — Хината чувствовал, как от слёз защипало глаза, а в носу неприятно захлюпало.       Шоё дрожал, пряча мокрое лицо на груди Тобио. Ему хотелось сказать так многое, а выходили жалкие и невнятные всхлипы. Кагеяма же молча прижимал рыжика к себе и беспокойно гладил его спину. Нежно-розовые лепестки медленно парили в воздухе, а после падали на пару, путаясь в рыжих и чёрных волосах. Мимо прокатилась тележка со сладостями, оставляя после себя аромат шоколада и бобового джема. У Тобио громко заурчал живот, и он смущённо покашлял в кулак. — Когда ты в последний раз ел? — Шоё снова мог связно говорить, но ещё шмыгал носом. — Когда-то вчера, — спокойно ответил Кагеяма, а его живот снова вскрикнул. — Сдурел?! А режим?! Бегом, тебе нужно поесть! — Хината подорвался, но Тобио только сильнее прижал его к себе. — Потом, хочу побыть с тобой, — Кагеяма упёрся лбом в чужой. — Тогда твой желудок съест сам себя, я про это в интернете прочитал. — Ну и пофиг. — Станешь инвалидом и не сможешь играть в волейбол. — Даже если стану инвалидом, у меня есть человек, который всегда примет мой пас, да? — Тобио улыбнулся уголками губ, а Шоё хихикнул. — Даже в старости отобью любой твой пас! — Тогда я спокоен, — Кагеяма аккуратно коснулся своими губами чужих, а Шоё приподнялся на носочках и углубил поцелуй. — А я хотел устроить в этом парке наше свидание… С такояки, с данго… — И кто из нас вечно голодный? — Тобио аккуратно стряхнул лепестки сакуры из рыжих волос. — Ты, а твоё любимое блюдо Power curry, — Шоё захихикал, а Кагеяма закатил глаза и улыбнулся. — Придурок, пошли поедим, жрать хочу, — парень взял рыжика за руку. — Тобио, — Хината сглотнул, сейчас или никогда, — я не вернусь в волейбол. — Я… — Кагеяма на секунду отвёл взгляд, а затем посмотрел прямо в карие глаза. — Я знаю, но я думал, что он делает тебя счастливым. И прости меня за укус, на меня нашла ревность я... Короче, вначале я должен был выслушать тебя. Ты же знаешь, хладнокровный я только на площадке, а с тобой...       Шоё не знал что ответить, поэтому накинулся с поцелуями на Тобио. Он целовал щёки, лоб, подбородок, веки и жадно шептал между поцелуями: «Люблю». Счастливым Хинату делал не волейбол, а его глупый и любимый волейболист! — Эй! Отойдите уже от туалета, — незнакомая бабушка бурчала рядом с парой. — Нашли место, где миловаться.       Парни синхронно покраснели и отошли от кабинок. Они наблюдали за тем, как пожилая женщина медленно уходила вдаль. Когда старушка скрылась за горизонтом, Шоё громко рассмеялся, а Кагеяма прыснул в кулак. Резкий порыв ветра закружил розовые лепестки в причудливом танце, заодно приподнимая вороные и рыжие пряди, путая их ещё сильнее. Тобио поцеловал в щеку всё ещё красного Хинату, и они наперегонки побежали за тележкой со сладостями. Выигравшему двойная порция!