4.
14 марта 2021 г., 21:51
Питер уже не понимал, почему это происходит с ним. Почему все решило вскрыться именно сейчас? Может, это кому-то нужно? А может это нужно им и они пытаются его найти?
После ухода Тора прошло около получаса. Рана на руке начала заживать, но на всякий случай Питер перевязал ее бинтом из аптечки. Такие были в каждом шкафу. Ими очень удобно подлататься после полученных травм на заданиях, чтобы не идти в медблок. Не сказать, что Паркера брали на эти задания, так что по сути его аптечка должна быть полной. Так и было, до сегодняшнего дня.
Он полностью закрыл жалюзи на окнах, так, что стало совсем темно. И все же за ними окно было открыто и из него поступал прохладный ветер, который рассеивался по полу, но он и его закрыл. Закрыл, но знал, что это не поможет. Его местоположение все равно знают и если надо будет — достанут. Дверь все также закрыта и Питер просто молился, чтобы сюда никто не решил зайти.
Никто так и не пришел. Ну и хорошо, смотреть на Питера в таком состоянии себе дороже. Впервые за такое долгое время ему было страшно, хоть он и знал, что находится в окружении суперлюдей и сам не обделен способностями.
Парень выглянул в окно и обнаружив, что уже достаточно стемнело, решил сходить кое-куда, перед этим конечно же выслушав наполненные беспокойством причитания от Пятницы. Он накинул на себя ветровку черного цвета и попытался тихо выбраться из комнаты, не попавшись никому на глаза.
Ему пришлось пройти в главное здание с пресс залами и выйти уже через него, прямо на улицу. В отличии от Нью-Йорка здесь в разы холоднее. Питер поежился, но продолжил идти к огромному обрыву. За ним могли следить камеры, но какая ему сейчас разница. Главное забрать ту хреновину и спрятать поближе к себе. Правда, если явится мелкий, Питеру ничего не поможет.
Парень достал из кармана джинс свой телефон и осветил территорию. Его он прятал где-то здесь, в ущелье. Нужно было просто просунуть руку и…
— Он тут.
Питер забрал клинок, засунул его в штаны и попытался быстрее свалить с места происшествия.
Он снова закрылся у себя в комнате, возможно, до самого утра. Меч спрятал под подушку, где раньше лежала тетрадь. Навряд ли кто-то полезет к нему на кровать, кроме него самого.
Прошел еще один час. В дверь кто-то настойчиво постучал, Питер попытался не дергаться и спокойно поднялся с кресла в углу комнаты, чтобы открыть. Наверняка он ожидал Мистера Старка у себя на пороге. Он все-таки целый день на глаза никому не попадался и мало ли что Тор мог рассказать команде. В руках мужчина держал коробку с вишневым пирогом, заставив Питера через силу улыбнуться. Тот сглупил и потянулся за принесенной едой, но совсем забыл, что перевязанная рука для миллиардера может стать причиной вселенского испуга.
— Спасибо… А это просто ушиб. Скоро затянется.
— Уверен? Зашивать точно ничего не нужно?
— Все не настолько плохо. Проходите.
Тони не возражал и прошел в комнату, встав прямо посреди ковра. Питер нервно сглотнул, но при виде на себе взгляда наставника невинно улыбнулся и указал на стол. Туда то он и поставил коробку, перед тем как сел на край кровати. Питер попытался пристроится ближе к подушкам, но ему этого сделать не дали. Обоих напугала резкая трель телефона на прикроватной тумбочке. Паркер тут же принял вызов и попытался отойти в сторону, мало ли что может сказать Мэй, ему еще потом как минимум год перед Старком стыдно будет.
— Малыш, у тебя есть время на разговор?
— Мэй, конечно, что-то срочное? Если у тебя снова сломался телевизор, попроси соседа, он тебе поможет. Или звони Хэппи.
— Дело в другом. Я знаю, что ты совершенно не хочешь как-то обсуждать это, говорить об этом, но…
— О, я прекрасно понимаю, к чему ты клонишь. Они нашли тебя, да? Помнится, мы договаривались о кое-чем. Пусть проваливают. И мне совершенно не важно сколько их. Просил же, не лезть ко мне, к моей семье, простите, оставшейся семье.
— Питер… Я все равно не выставлю их за дверь.
— Один уже заявился. А я же просил! — выцедил через зубы Паркер, но на последнем предложении сорвался. Он скинул звонок уже со слезами на глазах. Питеру всегда казалось, что он слишком слаб, но как минимум шесть человек думали совсем иначе.
