Сияние звезды

      Окутывающие теплотой лучи солнца с каждой минутой стали проникать в глубь гостинной дома семьи Йылдыз, освещая разбросанные вещи и остатки пролитого коньяка на дорогом паркете.       Темноволосая девушка сидела в центре комнаты, вновь и вновь перелистывая книгу в своих руках. Её лицо было опухшим, а глаза отливали красным оттенком, под которыми заметно виднелись чёрные потеки от туши. Длинные волосы, что торчали в разные стороны, напоминали скорее гнездо, чем некогда собранный пучок. А слёзы так и катились беспощадно по щекам и шее, отдавая болезненными рывками прямо в сердце.       Ждала ли она такого подарка от своей матери?       Несомненно да.       Хоть и доля надежды таилась до самого последнего момента, отдергивая девушку от опрометчивого поступка, который разрушил бы последний камень нормальных отношений в их жизни с матерью.       Озге познакомилась с Бугрой довольно в молодом возрасте. Свадьба и первая беременность не заставили себя долго ждать. Однако, женщина ни в коем случае не жалела, ведь ребенок был желанным, от любимого, на тот момент человека. А статус успешной мамы, что преуспевала во всех начинаниях, давали силы первые месяцы после рождения Эды.       Но молодость взяла вверх, намекая, что вдоволь насытиться свободной жизнью так и не удалось. Да и «великая» любовь прошла так же быстро, как и началась, а за ней последовало бесчисленное количество измен с обеих сторон и вечное пропадание на разных вечеринках друзей.       Эда росла с многочисленными нянями и материнская помощь, которая так требовалась в разные периоды жизни так и не приходила, а о жизни «успешной мамы» она узнавала из сплетен работников дома Йылдыз, что каждый день с утра приносили таблетки от похмелья в комнату хозяйки.       Банально настолько, что противно, однако, такова была правда жизни девушки, что выросла сильным бойцом и сама вляпалась в до жути грязную историю с женатым мужчиной.       — Госпожа Эда, — Асель замерла на месте, обращая взор на хозяйку дома, — Вы ещё не ложились?       — Асель, ты и так всё видишь, зачем спрашиваешь, — девушка глубоко вздохнула, и с трудом поднялась на ноги, отбрасывая за ночь надоевшую книгу, — Я знаю, что ты уже разнесла всем прислугам, что мать уехала в неизвестном направлении, поэтому давай без этих вздохов сожаления.       Йылдыз в упор посмотрела на домработницу, что виновато опустила голову.       — Убери здесь, а я в душ.       — Госпожа Эда, мне неудобно спрашивать, — женщина замялась, — Не поймите меня не правильно. После похорон мы не стали вас тревожить, — она резко вздохнула, явно подбирая слова, — Но у меня семья и мне нужна зарплата за прошлый месяц и за этот.       Эти слова заставили брюнетку впасть в ступор, на ей лице не отражалось ни одной эмоции, но внутри вновь поднялась волна чувств. Она чуть провела кончиками пальцев по губам и прочистила горло, задавая вопрос:       — Разве Озге, то есть мама, не выплатила вам заработную плату?       — Нет, госпожа. Я бы не спрашивала в таком случае. Поймите...       — Асель, не продолжай, я поняла. Вся работа будет оплачена, не переживай, — Эда сглотнула, отворачиваясь, — Я сейчас схожу в душ и хочу видеть всех через час в холле.       —Хорошо, госпожа.       Будучи от головы до пят «мерзлячкой», Эда любила горячий душ. Так она расслаблялась и чувствовала себя под защитой, а теплый чай с лимоном добавлял завершенность этой обыденной процедуре.       Сейчас холодные, как лёд, струи стекали по телу, заставляя брюнетку дрожать каждой клеточкой. Намокшие темный волосы надоедливо прилипали к лицу, пока она обессиленно упиралась руками в кафельную плитку, прикрыв глаза.       Злость отступила, и остался неизгладимый страх.       Эда была совсем не дурой, коей её считали многие в «золотом» окружении.       «Избалованная девочка с деньгами отца, и никто без них» — выразилась как-то тётушка Альфур, жена влиятельного директора текстильного производства, на одной вечеринке, надменно поглядывая из-за спины подруги.       Такие слова были привычны для ушей Йылдыз и даже на кое-какие она кивала с полной справедливостью. Ведь любовь к комфорту всегда нравилась юной особе и по правде сказать, пойти просто так в магазин и приобрести то, что душе угодно — вполне доставляло маленькое удовольствие.       Но страх окутывал с ног до головы не из-за потери всех привилегий жизни. Эда четко осознавала, что возвращать долг ей придется пожизненно, если конечно не найдется добрый благодетель, который перекроет всё самостоятельно. Ведь брюнетка дала себе слово, что сделает всё возможное, но не станет обращаться к своим знакомым с просьбой о заимствовании средств.       Однако стоял самый важный вопрос, готова ли авторитетная акула бизнеса дать отсрочку на погашение долга в «пожизненно» лет?       Она решительно вздохнула и переступила порог душевой, наспех закутываясь в полотенце. Прихорашиваться не хотелось, да и повод был не веселый. Поэтому девушка вытащила первые попавшиеся джинсы с кофтой, переоделась и отправилась в кабинет к отцу, параллельно наматывая подобие прически из мокрых волос.

***

      Эда остановилась — в холле стоял такой галдеж, что её голос показался бы писком на фоне. Работники бурно обсуждали, что может сказать хозяйка, ведь прежде каждый лично подходил в кабинет, чтобы получить свои причитающиеся деньги или огребсти за сплетни.       Брюнетка поджала губы и прикрыв глаза громко выкрикнула:       — Тишина!       Голоса затихли и десятки глаз обратили внимание на Йылдыз-младшую, что опустила на стол конверт внушительного размера.       — Здесь ваша зарплата, — тихо начала Эда и подняла глаза, — Простите за задержку, сами знаете, эти месяцы выдались непростыми. Хотела бы поблагодарить каждого за вашу работу. Без вас этот дом не был таким уютным. Тем местом, куда хотелось бы возвращаться. Со многими я выросла и вам я хочу сказать отельное спасибо, —с улыбкой кивнула девушка двум женщинам. Несколько секунд молчания, и она добавила:       — Без вас, я бы и не умела жарить яичницу, — она тихо засмеялась и пожала плечами, — Но всем рано или поздно приходится расставаться. Начиная с этой минуты вы больше не являетесь работниками этого дома.       В комнате опять поднялся гул. У персонала начиналась паника. Все кричали, перебивая друг друга вопросами, и Эда могла поклясться, что слышала маты.       — Это решение никак не связано с вами. В ближайшие дни я обзвоню своих знакомых и дам рекомендации по поводу вас, как специалистов. На этом всё, я надеюсь, что судьба будет к вам всегда благосклонна.       Девушка развернулась и, стараясь не оглядываться, поспешила в свою комнату.

***

      Остаток дня Эда провела сидя на подоконнике у открытого окна, наблюдая за приунывшим персоналом, что неторопливо покидали дом. Оставлять всех она не видела смысла. Девушка понимала умом, что скоро ей самой нужно будет искать жилье, а брать с собой всех, в скорее всего комнатушку двадцать на двадцать, с такой же зарплатой без нескольких нулей — малоперспективный вариант. Поэтому версия увольнения была самым адекватным поступком.       Следующие три дня проходили в своеобразном обучении. Освоение стирки оказалось, пожалуй, самым сложным, и закончилось так же быстро, как началось, отчего белые вещи, что стали серыми, остались лежать в барабане стиральной машины без возможности восстановления. С готовкой дела обстояли гораздо лучше, ведь после неудачных попыток приготовить по рецепту спагетти и черной, как уголь кастрюли, все попытки закончились и Эда перешла к приготовлению кофе со всем тем, что можно просто достать из пакета.       «Вполне себе съедобно, так что проживу» — пробурчала девушка, пережёвывая снеки и запивая любимым напитком.       Господин Омер, позвонил лишь раз, оповестив её, что скоро необходимо будет встретиться с представителем господина Эмира, который и озвучит условия выплаты долга. До этого времени дом оставался в её распоряжении, отчего небольшой кусок надоевшего за последнее время волнения, кажется, утих, но неприятные мысли так и пробирались в голову, в то время как сердце начинало тревожно биться в груди.       Чутье не то чтобы предупреждало об опасности, скорее была полная темнота, неведенье, от дальнейших подарков судьбы. Хотя и адвокат уверял, что он попытается уладить этот вопрос в её пользу, но беспокойство давило со всех сторон.       Она и сама не заметила, как задремала. Сквозь пелену сна брюнетка почувствовала, что её накрыли чем-то мягким, а затем почти неслышно закрылась дверь в комнате. Девушка не сразу сообразила, что в дом пришел не званный гость, а после осознания и вовсе приземлилась на пятую точку возле дивана.       Неожиданно раздавшийся грохот заставил вздрогнуть и инстинктивно прижаться спиной к рядом стоящему столику. Йылдыз пытаясь разобраться, откуда раздался звук и что стало его причиной, направилась к источнику, попутно укутываясь в одеяло.       — Извините, — она обратилась к молодой девушке, что мыла полы.       — Ой, госпожа Эда, простите, я вас разбудила, — широко улыбнулась та, протирая лоб тыльной стороной руки, а затем слегка тряся головой, начала тараторить, — Я тут убиралась и случайно уранила статуэтку. Вы только не переживайте, она целая. Эда вопросительно взглянула в её золотистые глаза, и сказала:              — А зачем вы убирались?       — Ну как же, здесь был такой бардак, поэтому я решила всё расставить на свои места, протереть пыль и полы помыть, чтобы был свежий воздух.       — Мельтем? — кареглазая приподняла брови, вспоминая имя.       — Мелек.       — Мелей.       — Нет, Мелек, можно Мело.       — Мело, послушай, пару дней назад я оповестила всех, что никто здесь больше не работает, видимо, тебя не было в тот день.       — Нет, госпожа Эда, я была, — домработница слегка пожала плечами, словно это было очевидно с первого предложения.       — Тогда почему ты тут убиралась?       — Я просто подумала, что вы одна не справитесь и решила помочь вам. Всё равно работы пока нет, времени полно, — шатенка улыбнулась, — Вы только не переживайте, я с вас денег не возьму.       — Мело, мне не нужна помощь, я сама справляюсь, — нервно хмыкнула Йылдыз, чувствуя, как защипало глаза.       — Я заметила, — отшутилась та, намекая на хаос, что творился в комнатах, — Госпожа Эда, вы очень сильный человек, правда, — она присела на край кресла, — Но не отказывайтесь от помощи, когда она вам нужна. Я от чистого сердца хочу вам помочь. Понимаю, что для вас это всё в новинку, как только вы чуть привыкните и придете немного в себя, то я вас оставлю, — приободрительно проговорила девушка, перебирая в руках грязную тряпку.       — А сейчас? — Эда подняла взгляд на неё. — Сейчас я не в себе?       — Вы очень подавлены. Брюнетка хмыкнула и одинокая слеза покатилась по щеке, падая беззвучно на пол.       — Но вы всё равно самая стойкая девушка на свете, — Мело взяла за руку хозяйку, — Даже выглядите сейчас на десять баллов из десяти в сравнении со мной, — обе засмеялись, осмотрели себя и друг друга, — Мне пора, я буду заходить время от времени.       Она засобиралась и направилась к выходу.       — Мело, — окрикнула она шатенку, догоняя уже у двери ведущей на улицу и беспокойно теребя ни в чем не повинные пальцы, сказала:       — Спасибо.

***

      Дома и в правду стало легче дышать, а умело приготовленный суп доставил приятное удовольствие после десятков пачек чипсов и выпитых за эти дни литров кофе.       Эда лениво смотрела в экран телевизора, по которому шел очередной сопливый фильм. Главный герой признается в любви девушке, и она отвечает ему взаимностью, на что Йылдыз закатывает глаза и недовольно цокает.       — Ну да, прямо в кустах ещё займитесь сексом. Под звёздами же, романтика, ага.       — Нам тоже надо будет попробовать, — сзади раздался мужской, насмешливый голос, от которого Эда во второй раз за день заставила страдать свою пятую точку.       — Серкан! — закричала девушка, хватаясь за сердце, — Нельзя было позвонить, я чуть не поседела.       — Я не виноват, что ты за всю свою жизнь так и не научилась закрывать двери на замок.       — Потому что до этого ко мне не вламывались без звонка, — секунда и подушка летит прямиком в лицо собеседника, — А вдруг я тут голая была бы.       — Ещё лучше, не теряли бы зря времени, — брови мужчины приподнялись, и на лице явственно запечатлелся пошлый намек.       Закусив губу, Эда грациозно приподнялась, подходя в плотную к Болату. Она склонила набок голову медленно проходясь оценивающим взглядом по мужчине, облаченному в тёмные джинсы и рубашку с футболкой болотного оттенка.       Её пальчики плавно перебирались вниз по всей длине пресса, очерчивая каждый кубик, заставляя партнера напрячься всем телом. Почувствовав в воздухе еле уловимый аромат ванили, который так плотно въелся в память много лет назад, Серкан повторил движение головой и еле заметно облизнул губы, прижимая брюнетку одной рукой ближе к себе.       — Никогда не поздно начать, — сладкий шепот, похожий на шелест листвы, разносится рядом с ухом Серкана, пока тот в свою очередь накрывает мягкими поцелуями тонкую шею девушки, вызывая табун мурашек пробежаться галопом по всему телу.       Руки бесцеремонно опустились на упругие ягодицы брюнетки, подхватывая её и вынуждая обернуть ноги вокруг его талии. Довольный шепот «сладкая» и невесомый поцелуй в разгоряченные губы, лишают остатков разума, пока не раздаётся хрипловатый голос:       — Но я не сплю с полутрупами, — заливисто рассмеялся мужчина.       — Ты охренел? — зло закричала Эда и быстро оттолкнула Серкана от себя, раздражаясь от смеха Болата с каждой секундой.       — Прости, но ты выглядишь очень вымотанной, — Серкан притянул девушку к себе за шею, одаривая горячим поцелуем в висок и провел рукой по спутавшимся, длинным волосам.       — А мне сказали, что я выгляжу на десятку из десяти, — сощурила глаза собеседница, обидчиво поджимая губы.       — Даже спорить не буду, на тебя мешок надень — ты будешь прекрасна, но усталость в твоих глазах скрыть невозможно, — Болат ласково потерся своим носом о нос Эды и оказался непозволительно близко к её губам, оставляя короткий поцелуй, — Я приготовлю тебе поесть.       — Я недавно ужинала.       — Чипсами с кофе? — он вскинул брови, заставляя Эду улыбнуться от мысли того, насколько Болат хорошо знает её предпочтения.       — Супом.       — Супом?       — Именно.       — Ты научилась готовить или решила не травить себя и вернула персонал на работу?       Эда почти сразу сообщила Серкану о своём решении и ещё раз подтвердила факт увольнения своих сотрудников, когда позвонила узнать насчет работы для кого-то из них в его офисе, но ответ на вопрос: «Зачем?». Так и остался висеть в воздухе, когда Эда сказала, что это её дело и она хочет вспомнить свою студенческую самостоятельность.       Естественно, Болат не поверил, но и лезть на рожон, через трубку телефона он не хотел, оставляя этот разговор, как и тысячи других на более подходящее время.       — Я нашла себе любовника, — пожала плечами девушка и скучающе осмотрела комнату, заводя руки назад в замок.       — Придется тебе с ним прощаться, ты ведь знаешь, я жуткий собственник, — цокая, театрально покачал головой мужчина, стараясь сделать вид, что он абсолютно серьёзен.       — Ну, если ты приготовишь еду вкуснее, то я подумаю на этот счет. Путь ко мне лежит через желудок, — настроив зрительный контакт, на лице девушки расплылась хищная и счастливая улыбка.       — Тогда я уже победитель, потому что прихватил пироженки из Лондонской домашней пекарни, — победная ухмылка озаряет лицо Болата и по комнате раздается женский визг.       — Ты шутишь?       — Посмотри сама, доставили час назад, — он двинулся в направлении кухни с пакетами.       — Как я люблю их, спасибо, — захлопала в ладоши девушка, радуясь этому жесту как маленький ребёнок.       — Я знаю, — просто ответил он, в то же время получая рванные поцелуи Эды.       Мужчина отпрянул, и заглянул в глаза шоколадного оттенка, вновь отмечая их красоту. Тепло разлилось по всему телу, будто он выпил крепкий алкоголь. Чувство абсолютной, несокрушимой энергии, словно он мог поменять горы местами, одолели его и желание, которое появляется только с ней, снова забило в барабан — желание быть рядом с этой женщиной постоянно.       — Тогда я приготовлю курицу, а ты пока можешь съесть пироженку.       — Такой расклад меня устраивает, — Эда чмокнула его в губы и отложив одну пирожное на тарелку отправилась к телевизору.       Несмотря на то, что Эда упорно заставляла себя не встречаться с Серканом больше, чем это было необходимо. Не разрешала себе окунаться в него полностью, отбросив надоедливые воспоминая о прошлом.       Она безумно скучала по нему. По их совместным вечерам в обнимку на терассе летом.       Холодным зимним ночам у камина, с теплым какао и книжкой рядом.       Жарким часам, что будоражат её сердце.       И пусть он единственный, кто дарит ей спокойствие и чувство домашнего уюта только от одного присутствия рядом, она не позволит. Не позволит себе впустить его в свою жизнь на полных правах.       Слишком неправильно забрать его полностью, не физически, у женщины, что буквально дышит им без устали и чья жизнь оборвется после его исчезновения. Слишком больно от осознания, что её собственная боль может повториться. Похоже, это судьба, вечное страдание троих людей и вряд ли когда-нибудь станет так, как хочет каждый из них.       — Курица готова, минут десять настоится и можем кушать, — неожиданно, прервав поток мыслей, мужчина подошел к дивану, — может накрыть в беседке?        — Нет, давай тут.        — Эй, — Серкан присел рядом и внимательно посмотрел на брюнетку, — Что произошло с настроением пока меня не было?       — Всё хорошо. Ты не торопишься домой?       — Нет, — короткий ответ не заставил себя долго ждать. Голубые глаза на секунду потемнели, будто эта тема была неприятна.       — Серкан, она ждёт, — Эда закусила губу.       — Я всё таки накрою в беседке, — он приподнялся, избегая этого разговора, но Эда схватила его за руку усаживая рядом с собой.       Девушка ловко перекинула одну ногу на его и обвила торс рукой, укладывая голову на грудь. Серкан обнял в ответ и Эда почувствовала лёгкие поглаживания по спине, как разряд электрического тока, от которого появилось расслабление, уносящее в безмятежность. Чувство теплоты вновь окутало всё тело и брюнетка прикрыла глаза в наслаждение.       Сегодня они будут вместе. Достаточно близко, но в то же время так далеко. А завтра вновь вернутся условия «Секс и минимум встреч, ничего более».       Серкан зарылся носом в волосы Йылдыз, снова вдыхая полной грудью любимый аромат ванили и накрыл тёплым одеялом, окутывая обоих дополнительной умиротворенностью.       Он взял в одну руку телефон, читая очередное сообщение и десятки пропущенных звонков, что так мучали его на протяжении нескольких часов.       Селин:       «Родители приехали, они спрашивают где ты».       Селин:       «Серкан, не позорь меня. Они не знают, что ты не живешь практически дома».       Селин:       «Имей совесть, если ты трахаешь Йылдыз, то хотя бы выбирай те дни, когда тебе необязательно находиться дома».       Селин:       «Сволочь».       Селин:       «Ненавижу тебя» (сообщение не отправлено. Нажмите кнопку «отправить»).       Серкан устало прикрыл глаза и после с силой притянул к себе рядом лежащую девушку, заставляя себя отправиться в царство Морфея.