А болеть здорово

      Весеннее утро. Март 2050 года. Дети радостно играют на улице, старшие за ними следят. Некоторые сидят под деревом и читают книгу. Некоторые помогают маме с уборкой.       Всё отлично, если бы не одно "но" — бедный парень Норман заболел простудой. Он неделю как лежит один в комнате и ни с кем не разговаривает. Иногда, когда мама приходит измерить температуру, он рассказывает, как себя чувствует. Температура ещё не спадала, поэтому приходилось пить горячий чай, есть бульон, а после них пить горькие таблетки, к которым Норман с детства не привык.       — Мам, можно хотя бы с друзьями поговорить? Я из-за одиночества с ума сойду.       — Мальчик мой, ты ещё недостаточно выздоровил. Как только поправишься, тогда сможешь поговорить, — ответила Изабелла, мягко улыбнувшись сыну.       Парень молча лёг лицом к окну и решил немного поспать. Он не мог перечить матери. За это Изабелла его считала послушным и особенным парнем.       Ночью, когда все спали и не было слышно ни единой души, Норман просто пялился в окно и сминал в пальцах одеяло. Он всем богам молился, чтоб поскорее выздоровил. Он хочет поговорить с Эммой, Рэем, Доном, Гильдой. Со всеми. Парню не хватает общения, когда он болеет.       Внезапно его мысли прервал скрип двери. Он быстро сел и посмотрел на вошедшего. У двери стоял Рэй. Нормана это удивило. Рэй всегда держался на стороне от больных, а тут сам пришёл к больному.       — Я не помешал? — спросил он, закрывая дверь на замок.       — Я ожидал Эмму увидеть, но чтоб тебя... Это удивительно. Ты всегда держишься на стороне от больных.       — А ты всё тот же наивный придурок, — усмехнулся Рэй и сел рядом с парнем.       — Рэй, поздно на улице. Иди лучше спать, я не хочу тебя заразить.       Но темноволосый не собирался уходить. Он максимально близко приблизился к лицу Нормана, что даже у бледнокожего появились румянцы на щеках.       — Ты так боишься, что я заболею от тебя и не высплюсь? — спросил Рэй, поддаваясь вперёд, но сразу он почувствовал горячие руки Нормана на своей груди.       — Рэй, пожалуйста, уходи. Не хватало, чтоб и ты заболел. — но в ответ темноволосый уложил Нормана, прижав его руки к кровати.       — Не зли меня, Норман. Я столько лет мечтал почувствовать твоё дыхание, сердцебиение, твоё тело. Но ты всегда убегал от меня либо с детьми играть, либо с Эммой поболтать. Я устал от этого, Норман. Дай мне насладиться моментом.       — Рэй... — прошептал Норман еле слышно.       — Мне не страшна твоя болезнь. Если даже заболею — всё равно выздоровлю, как и ты. — он провёл ладонью по красной щеке Нормана, наклонившись к нему. — Пожалуйста, Норман, позволь мне почувствовать тебя.       Дыхание больного стало дрожащим. Он подумать не мог, что Рэй так сильно любит его. Хотя Норман тоже не был исключением. Часто, когда он хотел побыть с ним на едине, его всегда отвлекали дети или Эмма. Вот почему Рэй выбрал лучшим моментом именно этот — потому что дети спят, Эмма спит, мама спит. Норман в отдельной комнате. Никто им не помешает насладиться моментом.       — Рэй... — Норман слегка поддался вперёд и поцеловал темноволосого, сразу получив ответ на поцелуй.       Хоть это был их первый поцелуй, но они не собирались отстраняться. Каждый жаждал почувствовать тело своего партнёра, особенно Рэю. Он ещё с детства присвоил Нормана к себе. Норман принадлежит только ему. Ни Эмме, ни Гильде, ни Дону. Только ему — Рэю.       Из-за нехватки воздуха поцелуй пришлось прервать, но Рэй на этом не остановился. Он быстро начал снимать пижамные штаны вместе с нижним бельём с пояса Нормана. Тело у бледнокожего было мягкое и нежное. Сонному циклопу хотелось трогать эту кожу вечность.       Не медля, Рэй снял низ с Нормана и стал целовать живот, одной рукой схватив достоинство платиноволосого. Норман дёрнулся от резких перемен. Дыхание бешеное, будто после бега. А в горле и так сухо от болезни. Ему хотелось большего. Возбуждение брало вверх над обоими, но торопиться не стоит. У них вся ночь впереди.       — Р-Рэй... — но Нормана заткнули поцелуем.       — Ничего не говори. Дыши ради меня. — темноволосый терпеть не мог, когда нарушают его любимое дело.       Решив не перечить, Норман замолчал. Рэй тем временем взял всю инициативу на себя. Он делал минет аккуратно, чтоб не напугать платиноволосого. Норман сдерживал стоны, сжимая в руках простыню. Ему не хотелось будить всех, особенно в такое время. Больше всего он боялся, что в любое время может кто-то постучаться.       Когда он кончил в рот темноволосого, Рэй выпрямился и поцеловал Нормана вновь, обмениваясь спермой. Платиноволосый крепко обнял его, отвечая на поцелуй и садясь на колени Рэя. Пульс увеличился, тело Нормана дрожит от возбуждения. Тогда Рэй понимает, что пришло время почувствовать этого слабого паренька на себе.       Нехотя оторвавшись от губ парня, Рэй освобождает своё достоинство и головка упирается о дырочку Нормана. Тот же немного вздрагивает и сжимает плечи Рэя.       Темноволосый поднял на него глаза и спросил:       — Боишься?       Норман мотает головой и крепче обнимает Рэя.       — От тебя не боюсь.       Темноволосый усмехается и медленно входит своим пульсирующим членом в Нормана. Второй кусает губу и терпит эту неописуемую боль. Рэй старается не навредить попочку Нормана, поэтому начинает двигаться очень медленно, чтоб партнёр привык. Но ему очень сложно двигаться, так как пространство вокруг члена очень узкое.       Жмуря один глаз, Рэй выдавил:       — Боже, Норман, какой ты прекрасный внутри.       — Я люблю тебя, Рэй, — еле слышно выдавил Норман.       — И я тебя, снежок, — прошептал Рэй, кинув Нормана на кровать и ускорив движение тазом.

***

      К утру Норман проснулся с болью на районе задницы, но он старался не показывать боль. Рэя рядом не было. "Похоже, он ушёл ещё ночью", — подумал бледнокожий и осмотрел себя. Он был вновь одет в пижаму, от которой несло запахом лаванды. Рэй, перед тем, как уйти, успел переодеть сонного Нормана в чистую пижаму.       Дверь открылась и зашла мама. Она измерила температуру Нормана, спросила, как он себя чувствует, на что он ответил, что чувствует себя отлично.       — Ну что, я тебя поздравляю. Можешь поиграть с детьми, — с улыбкой сказала мама.       — Спасибо, мама. — после этих слов Норман встал с кровати и ушёл одеваться.       На улице он с детишками играл в прятки и водил Дон. Норман прятался за деревом. Все его мысли были заняты Рэем, так как утром Рэй не обратил внимание на выздоровление Нормана.       Вдруг, кто-то обнял бледнокожего со спины и прошептал в ушко:       — Как я рад, что ты выздоровил.       Норман резко повернулся и жадно впился в губы Рэя, прижав того к дереву. Темноволосый усмехнулся краем губ и спокойно ответил на поцелуй Нормана, схватив его за щёки. Даже если они провели целую ночь вместе, всё равно они скучали друг по другу.       — Спасибо тебе за эту ночь, — сказал Норман.       Рэй провёл большими пальцами по его щекам.       — Готов хоть каждый день приносить тебе удовольствие, мой снежок. The end.