Вечный танец

Кейт Беккет не знала, когда это началось. Может, после того, как он в очередной раз сделал глупость, а в душе зародилось не только раздражение, но и беспокойство. Или когда он снова отпустил шутку на грани с пошлятиной, но вместо желания отвесить пощечину, она всего лишь скрыла улыбку, закусив губу и посмотрев на него с наигранной злостью. Может, когда он был разбит и нуждался в ней; тогда она взяла его ладонь, и они просто молчали, думая о деле 3ХК. Может, когда он привёл собаку к ней, взял ее руку и начал медленно гладить пальцем. Тогда мир взорвался тысячей искр, и хотелось остаться в том моменте. Нет, гораздо раньше. Может, в тот раз, когда они первый раз поцеловались. Первый и единственный, который так хочется повторить, но это желание тщательно скрыто за ее броней. Нет, наверное, ещё раньше. Но точно не в тот же день, когда они встретились. Он только раздражал и мешался. Возможно, был чуть-чуть полезен, но не больше. В общем, Беккет действительно не знала, когда именно это началось. Она любила слушать классику и джаз. Чаще без лишней лирики, просто музыка, в которой заключено все мастерство гениев. И вот однажды в какой-то кофейне она услышала что-то из нового — какая-то попсовая песенка, исполнительница которой обладала удивительно глубоким голосом, вкрадчивым. Тогда Беккет повернулась к Лэйни и сказала: — Здорово звучит, кто это? — Когда это ты увлеклась попсой? — усмехнулась Лэйни, забирая свой кофе. — Не знаю кто. По мне: полная бессмыслица. Беккет закусила губу и улыбнулась, подняв чуть смущенный взгляд на подругу. Та была слишком увлечена барменом, так что не заметила. И Беккет вздохнула с облегчением. Подумаешь, в песнях появился смысл. Единственное, чего она действительно сильно хотела: чтобы об этом не узнал Касл. Дернул же ее черт ещё вчера ответить, что это симптом любви. Конечно, Касл ждал ее за рабочим столом, увлечённо перебирая канцелярию. Он играл с карандашами, чиркал что-то на стикерах. Беккет на секунду остановилась, решив отстрочить момент приветствия и дав себе мгновение, чтобы просто смотреть на него. В голове пронёсся миллион мыслей, основной было: «как ее так угораздило?». Она зацокала в направлении Касла и не успела открыть рот, как он повернулся и со своей ослепительной улыбкой заговорил. — Доброе утро, Беккет. — Ты узнал меня по шагам? — Она изогнула бровь. — Это не единственный мой талант. К тому же, стук твоих каблуков ни с чем не спутаешь. Возможно, потому что ты единственная, кто носит их в участке. Беккет улыбнулась и покачала головой. Она уселась на свое кресло и окинула взглядом стол и Касла. Что-то было не так. — Доброе, да. Что ты сделал? — Ты о чем? — Касл выглядел удивленным, но Беккет так просто не проведёшь. Она смерила его грозным взглядом, но он лишь продолжал улыбаться. — Тебе звонила Лэйни. Беккет не ответила и лишь выжидающе смотрела на его хитрое выражение лица. Раздражение зарождалось в сердце, но вместе с тем и любопытство с капелькой трепета. Последние появились не так давно, но Беккет уже устала их отрицать, поэтому просто смирилась. Иногда ей даже нравилось, но Каслу она не скажет. — Сказала, что нашла ту песню, которая тебе понравилась, — продолжил Касл. Беккет поджала губы. — Хорошо, я перезвоню ей. — Не нужно, я записал. — И все с такой же заговорщической улыбкой протянул ей стикер. — Знаешь... мне кажется, в ней есть смысл. Беккет закусила губу, скрывая улыбку. Она уткнулась в документы, лежащие на столе, делая вид, что безумно ими увлечена. Чертов Касл. У Лейни действительно такой длинный язык, или он просто проверяет ее? — Правда? — наигранно спросила Беккет. — Мне просто понравился мотив. — Она пожала плечами, продолжая бессмысленно бегать взглядом по рядам букв. — Может, ты согласишься поужинать со мной, и я расскажу тебе, о чем она? — У меня так много работы, что я не уверена... — В другой раз, — кивнул Касл. Он слишком быстро сдался. Беккет подняла голову и увидела на его губах все ту же улыбку — хитрую и обольстительную. Словно он знал то, чего не должен был. — Лейни сказала что-нибудь ещё? — уточнила Беккет. — Только то, что раньше ты не отличалась любовью к лирике. — Касл ей подмигнул и выжидающе посмотрел на неё. Беккет нечего было сказать. Раньше она и влюбленностью в надоедливых писателей не отличалась.