я Чимин, кстати!

Чимин подъезжает к клубу уже после полуночи, хотя Юнги написал ему полтора часа назад. ДТП на трассе вынудило развернуться и сделать целый круг, а предупредить альфа не сообразил. Чимина из-за этого немного гложет совесть, поэтому в клуб он заходит стремительно и уверенно. Здесь задымлено то ли от кальянов, то ли от специальных штук, названия которых альфа до сих пор не знает; пахнет алкоголем и толпой возбужденных особей. Сладкие и горькие ароматы перемешаны, но Пак все равно узнает тонкую, едва уловимую нить лаванды. Юнги где-то в этой толпе. Чимин пока через толпу пробирается к столикам, успевает скинуть с себя несколько рук. Оказавшись в хоть немного свободном от потных тел пространстве, альфа с прищуром осматривается, но тщетно: дым и мигающие в темноте огни не дают даже сфокусироваться. Тогда Чимин вдыхает. Здесь лаванда ощутимее и вместе с ней – еще знакомые запахи: апельсин и море. Пак слегка ухмыляется. Юнги привел с собой Хосока и Намджуна. Намджун – альфа, и в душе Чимин ему благодарен: Ким - не любитель клубов и здесь, скорее всего, только ради двух неугомонных омег. Альфа наклоняет голову, принюхивается и только собирается двинуться, как сзади его нежно обнимают. Чимин голову набок поворачивает и видит хорошенького парня. Омега чуть ниже ростом с сиреневыми волосами, широкой улыбкой и ароматом сливок. Пак вежливо улыбается и выкручивается из хватки. Он ненавидит сливки, и сильнее этого чувства только любовь к мужу. - Отойди от него, - раздается слева от Чимина, и альфа поворачивает голову к источнику звука. Юнги подходит к мужу с уверенной улыбкой на губах, но продолжает смотреть на наглого омегу. Когда он выравнивается с Чимином, все окружающие слышат гортанный рык. Низкий, но угрожающий. Сливочный омега хмыкает и уходит, слабо улыбнувшись. Только после этого Юнги обращает глаза к мужу. Посыл их тут же меняется: от угрозы к обожанию и безмерной нежности. Омега кладет ладонь на щеку Чимина и гладит. - Я соскучился, - произносит Юнги, широко улыбаясь. Альфа расслабляется под теплыми касаниями и улыбается в ответ. Омега тянется и целует. Чимин жадно втягивает его нижнюю губу и слизывает сладкий вкус коктейля, которые Юнги просто обожает. Поцелуй не затягивается, потому что оба помнят про друзей. Альфа обнимает мужа за талию, наслаждаясь тем, как омега ластится, и здоровается с остальными. - Домой? – спрашивает Чимин у Юнги. - Еще полчасика, - и омега утягивает его в сторону их столика. За столиком остаются Чимин и Намджун, а омеги весело уходят танцевать. - Сколько они выпили? – интересуется младший. - По несколько коктейлей. - По несколько десятков? Намджун усмехается. - Юнги обычно коктейли слабо берут. - Тут не только коктейли, - хмыкает Ким. Чимин хмурится и переводит вопросительный взгляд на друга. - Он предтечный. Вот его и тянет на приключения. Пак медленно моргает и глазами находит мужа. Вот почему он так реагировал на него и на чужого омегу. В обычном состоянии Юнги свойственна пассивная агрессия в сторону соперников, а тут он зарычал. Его омега на танцполе танцует с прикрытыми глазами, счастливо улыбаясь и периодически облизывая высыхающие губы. Чимин смотрит, не отрываясь, следя и за мужем, и за окружающими. В темноте альфа все же замечает на руке Юнги обручальное кольцо и немного расслабляется. Омега почти никогда его не снимает. В какой-то момент их глаза встречаются, и Юнги игриво подмигивает, закусывая губу. Чимин улыбается, а в голове непроизвольно проносятся картинки из их прошлого. Скажи ему тогда, что этот омега такой, он бы не поверил. А если бы кто-то еще и упомянул о женитьбе, так Чимин бы рассмеялся. Нет, ложь. Это заставило бы его сердце трепетать от волнения и счастья, потому что Чимин был влюблен в Юнги с самого начала.

welcome to the past

- Да ты издеваешься надо мной, - произносит омега с пепельными волосами, прожигая Чимина лисьим взглядом. Альфа стоит с застывшей на губах улыбкой и смотрит широко распахнутыми глазами. Перед ним едва не самый красивый из всех омег, которых Пак только видел. Красивый и от пояса облитый формалином отвлекшимся на разговор Чимином. - Прости, - улыбаясь еще шире, произносит альфа. - Как весело. Живот не надорви, - шипит омега, стряхивая с рук вонючую жидкость. - Я… боже, - Чимин возвращается на землю только сейчас и осматривается. В руках – пустое ведерко из-под жидкости, которое лаборант теперь точно не дождется, а вокруг омеги – лужа этой самой жидкости. - Он тебе не поможет. - Прости, - выдыхает альфа. - Ну уж нет, - совсем не дружелюбно произносит омега, хватает растерявшегося в момент Чимина за рукав и тащит в сторону кабинета лаборантов. Альфа теряется еще больше, когда в помещении, кроме лаборанта, оказывается и преподаватель. Учитель Ли смотрит на двух студентов сначала растерянно, а потом со сдержанной улыбкой. - И что вы прикажете с этим делать? – спрашивает у него омега, выбрасывая из хватки чужую руку. Чимин ошарашенно переводит взгляд на него. - Со мной ничего не будет, а тебе не помешало бы переодеться, - и как же зря: омега медленно разворачивается к нему всем корпусом и испепеляет глазами. На секунду отводит взгляд, делает быстрый шаг в сторону, и Чимин успевает услышать короткое «Юнги!» от учителя Ли, когда в грудь бьет что-то холодное, а в нос ударяет все тот же запах формалина. Альфа ошарашенно смотрит на разъяренного омегу перед ним. - Мин Юнги! – громко произносит учитель, поднимаясь из-за стола. – Какого черта ты творишь? - Он первый начал, - спокойно отвечает омега, ставя на место теперь уже пустую банку. Чимин опускает глаза на пол и видит отпрепарированный плечевой сустав. - Ты чуть не испортил препарат, - продолжает Ли. - Я сделал, я и испортил. Учитель шумно вздыхает, присаживаясь назад. Лаборант продолжает шокировано наблюдать. - Вам двоим есть, во что переодеться? - Конечно! – вскидывает Юнги руками. – Я же каждый день с собой ношу запасную одежду как раз на такой случай. И он вылетает из кабинета. Чимин растерянно смотрит на старших, потом наклоняется, поднимает препарат, кидает его в опустошенную омегой банку, ставит свое ведро рядом и, поклонившись, выходит, бросив: «Разберемся». Юнги стоит в коридоре и агрессивно отжимает свой халат. Чимин подходит к нему. Странно, но вины он не чувствует совершенно. - У меня есть одежда с физ-ры… - Давай, - перебивает его омега, поднимая леденящий душу взгляд. - Все? - Ну, ты же меня всего облил. Значит, все. Чимин кивает и идет к вешалкам, чтобы найти пакет со сменкой. Потом возвращается и протягивает его омеге. Юнги берет и уходит в сторону туалета. Возвращается уже переодетый. Чимину стоит сил не улыбнуться, потому что омеге идут его вещи: свободные штаны, снизу стянутые широкой резинкой, и толстовка. - Если хочешь, я постираю твою одежду, - предлагает альфа. Юнги только усмехается. - Лучше не попадайся мне больше, особенно с формалином. Твою одежду я забираю в качестве компенсации. Чимин слова сказать не успевает, как омега выкидывает пакет с испорченными вещами в мусорку для биоотходов. Только когда Юнги почти выходит из помещения, альфа кидает: - Я Чимин, кстати! В тот день ему пришлось потратить лишний час на дорогу домой, потому что заставлять людей дышать формалином в общественном транспорте не хотелось. Он подумал, что на улице это не так заметно. Что ж, он просчитался. Следующий раз он видит Юнги в студенческой столовой. Омега сидит в компании друзей со сдержанной улыбкой и скучающим лисьим взглядом. Он одет уже в другую одежду (Чимин немного расстроен, потому что ждал, что омега наденет его старую толстовку). Альфа засматривается и не замечает, как омега поднимает на него глаза. Только когда в бок его толкает Чонгук, Чимин отрывает взгляд и перестает выглядеть, как придурок (и это со слов лучшего друга). Пак извиняется, но все равно бросает быстрый взгляд за тот стол. Юнги смотрит на него с приподнятой бровью. - Перестань пялиться, уже мне неловко, - шипит Чонгук на ухо. – Он тебе все равно не даст. - Что? – Чимин все же отвлекается. – Да я и… почему? Чонгук усмехается. - Да хотя бы потому, что ты на год младше. Он второкурсник. - А если отбросить этот бред? Чон приподнимает бровь, но все же продолжает: - Просто я слышал, что с этим омегой лучше не связываться. Почему он вдруг тебя так заинтересовал? - Я облил его формалином, когда помогал на кафедре анатомии. - Ты что? – выходит слишком громко, и половина столовой кидает на них взгляды. Чимин, пользуясь случаем, снова смотрит на Юнги и улыбается ему. - Прекрати, ради всего святого. Я не собираюсь с тобой потом напиваться из-за жестоко разбитого сердца. Чимин приподнимает брови и смотрит на друга, как тот на него пару минут назад: как на придурка. - Откуда ты взял это? Чонгук глаза отводит, покрываясь милым румянцем. Чимин звонко смеется, хлопая друга по плечу. - Тэхену привет, - и продолжает смеяться. Он не знает, как двое лисьих глаз с прищуром наблюдают за ним. Чимин думает, что выиграл лотерею, когда в секционном зале видит спокойно работающего Юнги. Альфа шустро застегивает халат, надевает шапочку, проверяет в карманах инструменты и подходит к столу. - Привет, - здоровается он и кладет инструменты напротив старшего. Не дожидаясь ответа, Пак идет за подносом и через минуту приносит на нем препарат средостения. Юнги несколько секунд задерживает взгляд на подносе первокурсника, но потом возвращается к своему. У старшего на подносе нижняя конечность, в которой тот усердно ковыряется. Чимин молча начинает работать, часто бросая взгляд на Юнги. Тот какое-то время игнорирует, но в какой-то момент: - Ну и зачем ты пялишься? - Потому что ты красивый, - без задней мысли говорит альфа и округленными глазами смотрит на старшего. Юнги только бровью дергает и опускает глаза обратно к ноге. Чимин бесшумно выдыхает и тоже возвращается к работе, продолжая подсматривать за старшим. - Перестань, - произносит Юнги через какое-то время, не поднимая глаз от стола. Чимин цокает и больше не смотрит. В тот вечер он понимает, что сила воли у него - что надо. Заканчивают они одновременно. Юнги спокойно собирается, пока Чимин создает видимость занятости. Альфа позволяет уйти старшему первым, какое-то время сидит, смотря в пол, и только потом уходит, выключая после себя свет. Чимин, понимая, что приносит Юнги какой-никакой, а дискомфорт, перестает пялиться, хотя это и требует от него колоссальных усилий. Иногда он все же позволяет себе взгляд украдкой, но только пока омега не видит. Все же Чимин не маньяк. Наверное. К концу учебного года альфа случайно обнаруживает, что живет с Юнги в одном общежитии. Это случается, когда Пак, едва не светящийся от счастья после сданных на отлично экзаменов, врывается в здание общежития и залетает в закрывающийся лифт. И там по иронии судьбы стоит Юнги. Чимин продолжает улыбаться несколько секунд, пока омега не спрашивает: - Какой? - Что? - Этаж. Или тебе прямо к небесам? Чимин смеется и называет этаж. - Я закрыл сессию, - радостно сообщает он. Губы Юнги растягивается в совсем легкой улыбке. - Поздравляю, - искренне говорит омега. - Спасибо! – еще шире улыбается Чимин. Тут двери лифта открываются, и альфа выскакивает. Развернувшись, он счастливо машет старшему. Как только двери смыкаются, Юнги улыбается шире. Забавный этот Чимин. Весь следующий год Чимин ведет себя почти так же, разве что немного увереннее. Он улыбается Юнги, как только видит, иногда машет, если нет возможности поздороваться. Омега его, разумеется, игнорирует, редко поднимая уголок губ. Чонгук продолжает над Чимином посмеиваться. Пак на препарирование перестает ходить после сдачи анатомии и теперь почти не видится с Юнги. Но по правде, эти встречи ничего так и не дали: омега продолжал молча работать, а Чимин не досаждал. В конце второго курса Чимин оказывается приглашен на вечеринку третьекурсников, успешно перешедших рубеж. И конечно он идет, несмотря на подготовку к собственным экзаменам. Но вечеринка оказывается обычной студенческой попойкой на весь блок, куда приглашена почти что вся общага. Хвала небесам, кому-то хватило мозгов не прийти, иначе все закончилось бы плачевно. Конечно, Юнги тоже тут, уже изрядно выпивший. Чимин определяет это по его неугомонно танцующему телу в середине общей комнаты. Альфа улыбается и подходит к столу со стаканчиками. - Собираешься напиться? – звучит над ухом голос Чонгука. - Нет, собираюсь расслабиться, - и Чимин выпивает содержимое стакана. Весь вечер альфа танцует с остальными, но к Юнги близко не подходит: он все еще не хочет выглядеть навязчивым. Но выпитые три стакана с намешанным нечто думают иначе, и он все же подбирается к старшему. Юнги поворачивается и видит перед собой альфу. Неожиданно для младшего, широко улыбается, обнажая десны и пряча глаза, и Чимин понимает, что пропал. В голове словно лопается что-то, оставляя после себя только эту улыбку. - Я закрыл сессию, - громко говорит Юнги, не переставая танцевать. Чимин шире улыбается и неслышно произносит: «Поздравляю». Но из-за громкой музыки омега не слышит; берет младшего за кофту в области груди и притягивает. Чимин на секунду теряется, но потом соображает; склонившись над ухом, повторяет свое «поздравляю», но оно тонет, потому что на последних слогах альфа ощущает лаванду. И Чимин думает, что несмотря на сложившийся для всех и для него образ омеги, лаванда – самый подходящий аромат для Юнги. Чимин не понимает, чем руководствуется, когда предлагает омеге выйти ненадолго. И еще больше удивляется согласию. Альфа выходит в коридор, вдыхая – пусть и не свежий, но хоть какой-то воздух. Он не сразу замечает, как омега спиной упирается в стену и прикрывает глаза. А когда замечает, становится напротив. Не слишком близко, но и не далеко. Юнги смотрит на него пьяным взглядом и закусывает губу. Чимин, кажется, впервые смотрит на этого омегу так близко и так откровенно. И глаз оторвать не может: Юнги красив по-особенному. Не так, как большинство красивых людей. Иначе: он притягивает и одновременно отталкивает, потому что необычное всегда вызывает страх. Но Чимин не трус: он смотрит, не переставая. - Почему ты так смотришь? - Я уже говорил. - Скажи снова. - Потому что ты красивый. Очень красивый, Юнги. Омега удовлетворенно улыбается и притягивает младшего к себе. Чимин останавливается в нескольких миллиметрах от желанных губ. Альфа выставляет руки в стену, и только это уберегает его от потери разума. - Ты делаешь это, потому что пьян? – спрашивает он шепотом, тяжело дыша от такой непозволительной близости. - Потому что хочу. - А хочешь, потому что пьян? - Заткнись и поцелуй меня, Чимин, или я клянусь… Чимин улыбается и накрывает чужие губы своими. Так вкусно – сладко от алкоголя и горячо от самого Юнги. Омега мягкий настолько, что утонуть ничего не стоит, непривычно ласковый и… боже, альфа чувствует, как старший руки с груди переносит на шею и нежно поглаживает. И это точно не то, что Пак ожидал от этого омеги. Юнги чувствительный, внимательный и податливый. Он не кусается, со вкусом пробует альфу и обжигает его кожу прикосновениями. А Чимин ведь не железный. Он опускает руки на тонкую талию, заводит за спину и… притягивает ближе, чтобы чувствовать омегу всем телом. Он забывает, что, наверное, стоило опустить руки ниже, но… Юнги такой непривычно близкий, что хочется побольше, чтобы запомнить. А омега и не сопротивляется: запускает одну руку в волосы младшего, а второй крепче обнимает. Они целуются довольно долго, пока по спине Чимина кто-то не хлопает. Альфа неохотно отрывается и видит изумленное лицо Чонгука. - Пардон, - и младший исчезает так же неожиданно, как и появился. Чимин разворачивается обратно к Юнги. Омега румяный и, кажется, немного смущенный? Альфа не может сдержать улыбки. - Весело? – спрашивает старший. - Очень. Юнги усмехается. - Пора возвращаться, - говорит он. - Пора? Омега закусывает губу и улыбается. Чимин уверен, что не он один жаждет еще. Они перемещаются на лестницу, где Чимин уже имеет возможность гладить худые бедра, потому что Юнги решает, что сидя на коленях у младшего будет удобнее. Только вот кому? Явно не альфе, который из всех сил пытается сосредоточиться на чужих губах, а не на болезненно сжатом узкими джинсами члене. К трем часам ночи всех разгоняет комендант, и Юнги на прощание не целует, а только усмехается. - С этим сам разберешься, - кивает он на уже очевидный стояк альфы и убегает. Чимин после этого вечера омегу больше не видит: у тех начинается практика, а у самого альфы еще два экзамена впереди. Они встречаются осенью и ведут себя так же, как раньше. Словно поцелуя и не было. Хотя, может, для омеги его и не было, потому что тот был изрядно пьян. К концу зимней сессии Чимин думает, что повеситься – звучит неплохо, но как только напротив последнего экзамена стоит «хорошо», он отпускает эти мысли и напивается в стельку. Чонгук на следующее утро рассказывает, что тот орал песни о любви на все общежитие и даже пытался найти комнату Юнги. Но Чимин другу не верит: он может найти комнату омеги с закрытыми глазами, даже если будет не в состоянии передвигаться. Доползет. Чем ближе оказывается летняя сессия, тем больше Чимин думает, что повеситься все же не так и плохо. Если он напишет завещание, его тело отдадут кафедре анатомии, и у студентов появится новая модель для изучения предмета. Помоложе. А еще отпрепарировать его тело может Юнги. Чимин своим мыслям смеется, но это больше похоже на истерику, потому что сил к самой сессии не остается никаких. После первого не очень удачно сданного экзамена Чимин два дня депрессует: почти не ест, все время лежит и не готовится к остальным предметам. У Чонгука справиться с другом не выходит, поэтому он идет на крайние меры. На третий день вечером в комнату к Чимину заходит Юнги. Без стука и спроса омега заходит, хлопает альфу по бедру, чтобы тот подвинулся, и садится на край кровати. Он внимательно осматривает лежачее тело с пустым взглядом и удивляется. Он впервые видит так мало в этих глазах. - И что произошло? – спрашивает Юнги. - А что, Чонгук не пожаловался? – сухо отвечает Чимин. - Этот гиперактивный ворвался ко мне в комнату, схватил за руку и притащил сюда, ничего не объясняя. Поэтому ты должен мне объяснение. - И почему ты появился в моей жизни так не вовремя, - бурчит Чимин, но с кровати встает и идет к столу. - Я появился в твоей жизни два года назад. Альфа усмехается и молча протягивает старшему зачетку. - Всего-то, – комментирует Юнги, рассматривая «удовл» напротив названия предмета. - У меня три из пяти оценок – тройки. Чимин устремляет на омегу удивленные глаза. - И две из них – несправедливые, - добивает Мин. – Просто попались конченые экзаменаторы. Такое случается, увы. И омега протягивает младшему обратно его зачетку. - Я не думаю, что оценки – это те вещи, из-за которых стоит переживать. Чимин усмехается. - А из-за чего тогда стоит, - вопрос в воздух, ответ на него и не требуется, но Юнги думает иначе. - Например, из-за свидания, на которое мы пойдем после твоей сессии. И чтобы облегчить хотя бы эту твою муку, скажу, чтобы ты и думать забыл про ресторан. Чимин глазами забавно хлопает и поверить не может. - То есть… - осторожно произносит альфа, - ты пойдешь со мной на свидание? - Если ты сдашь сессию, - Юнги тянет уголок губ. - То есть… - Чимин, просто сдай эти экзамены, - Юнги поднимается с кровати, а потом наклоняется над скромно уместившимся у стенки альфой, - Договорились? - Ты со мной флиртуешь? – невинно спрашивает Чимин, поднимая брови. Юнги улыбается. Не по-лисьи, как обычно, а ласково, тепло. - Поднимайся и начинай готовиться. И передай гиперактивному, что в следующий раз он так просто не отделается. Юнги отталкивается от стенки и выходит из комнаты, оставляя в сердце альфы что-то яркое и теплое. И Чимин сдает эту сессию. Сдавший третий курс по традиции устраивает общажную попойку, на которую идет и Юнги. В этот раз Чимин постоянно находится рядом и даже танцует с радостным омегой. Юнги снова пьян, и альфа снова приглашает его выйти. - Я сдал сессию, - улыбается Чимин. – Теперь ты пойдешь со мной на свидание? Юнги широко улыбается. - Я же обещал. У альфы в голове что-то щелкает, и он одним шагом прижимает старшего к стене. - Я тебе нравлюсь? – выдыхает Чимин в губы омеге. - А что? - Ты мне нравишься. И в этот раз я не буду делать вид, что ничего не было. Юнги смеется, запрокидывая голову, а потом притягивает младшего и целует. Сразу мокро, развязано, глубоко. Так, что Чимин поначалу даже теряется, но потом нехотя отрывается. Омега недовольно хнычет. - Да, - Юнги направляет на альфу слишком уверенный взгляд для того количества алкоголя, которое он в себя влил. – Боже, да, ты мне нравишься. Теперь ты можешь меня поцеловать? - Как давно? – хитро улыбается Чимин, произнося это почти в губы, едва касаясь влажной розовой кожи. Юнги нервно вздыхает. - Год? Полтора? Я не знаю. Чимин отстраняется с удивленным лицом. - И ты говоришь мне об этом только сейчас? Юнги отмалчивается, но смотрит прямо в глаза. - Почему? – настаивает альфа. - Потому что я знал, что тебя ждет на третьем курсе. Это точно не время для отношений. - Поэтому ты поцеловал меня тогда? - А почему ты проигнорировал это? – Юнги забавно топает ногой. – Я решил, что больше неинтересен тебе, - омега опускает глаза, а после отводит голову в сторону. - Шутишь что ли? – улыбается Чимин и за подбородок обращает лицо омеги на себя. Юнги улыбается и снова становится обычным выпившим студентом. - Я думал, ты ничего не помнишь. Ты был очень пьяным. - Я почти никогда не бываю пьяным. На меня слабо действует алкоголь. Особенно эти их коктейли, - Юнги усмехается. – Поэтому я всегда все помню. И если ты сейчас же не поцелуешь меня, я обещаю, ты запомнишь этот день явно не как самый лучший. Чимин смеется и целует. Не потому что боится, а потому что сам хочет. Так давно хочет целовать Юнги. Каждый день, утром и вечером. И не потому, что омега просит, а потому что хочется. Кажется, Чимин так сильно влюблен в Юнги.

***

Чимина из воспоминаний вытаскивает приземлившийся рядом Юнги. Омега весь взмыленный, румяный и все с тем же пьяным взглядом, который не изменился даже спустя восемь лет. Чимин ласково улыбается, рассматривая мужа, пока омега не поднимает на него взгляд. - Что? Альфа качает головой. - Почему тогда так смотришь? – и по-лисьи улыбается. Юнги обожает задавать этот вопрос. - Потому что ты красивый, - не отрывая глаз, произносит альфа, и видит, как загорается взгляд у омеги. - Сколько вы уже знакомы? – прерывает их игры в гляделки Хосок. - Десять лет, - не задумываясь, отвечает Чимин. Юнги закусывает губу и улыбается. - И продолжаете флиртовать? Вам почти по тридцать. Юнги вдруг выпрямляет спину и укладывает голову на плечо мужа. - Любовь – она как секс. Чем больше опыта, тем лучше. - Боже, - Хосок смеется и откидывается на спинку дивана. Чимин кладет руку на талию Юнги и поглаживает, прекрасно зная, как это действует. Омега трется щекой о грудь Пака и вдыхает. Однажды, после того, как они уже начали встречаться, Юнги признался, что все это время хранил толстовку, которую любезно отобрал у Чимина в день их знакомства. Все дело в том, что Юнги обожает инжир, а альфа пахнет именно так: сладко и сочно. И толстовка альфы не потеряла аромата хозяина даже после стирки. Юнги рассказал, что сначала планировал вернуть одежду, но она слишком приятно пахла. И до сих пор омега слаб перед ароматом своего альфы. Он уже добирается носом до шеи – течка все ближе, поэтому Чимин слабо щипает мужа за талию, вынуждая подняться. Юнги вопросительно смотрит. - Поехали домой, - на что омега кивает. Они прощаются с Хосоком и Намджуном, и Чимин снова пробирается через толпу, в этот раз крепко сжимая руку омеги. По дороге домой альфа не убирает руки с бедра Юнги. Тот сидит расслабленно и гладит руку на своей ноге. - Ты же знаешь, что ты предтечный? – спрашивает альфа. - Я же врач, - кивает старший. - Тогда зачем ты поехал в таком состоянии в клуб? - Мне захотелось напиться. Чимин усмехается, когда Юнги вдруг кривится и немного сгибается, сильно сжимая предплечье мужа. Альфа ощущает резко сгущенный аромат лаванды. - Потерпи, мы почти дома, - Чимин перехватывает ладонь мужа и крепче сжимает. Юнги стонет от боли и сгибается сильнее. - Чимин, я не смогу. И альфа чувствует: лаванда заполняет легкие, проникает в мозг и перенаправляет кровь. - Ты можешь остановить машину? – Юнги смотрит из-под бровей, а на лбу проступают капельки пота. Чимин прикусывает губу и сворачивает с трассы. Благо, ночью дороги почти пустые. Он ставит машину на ручник, а после отодвигает кресло. - Иди сюда, - он помогает Юнги перебраться к себе на колени. Омега жмется, трется, ерзает и хнычет, пока Чимин не опускает руки на ягодицы и не сжимает. - Сними их, - Юнги приподнимается, пока альфа справляется с джинсами. Старший выдыхает и принимается за брюки Чимина. Течный Юнги всегда нетерпелив и жаден до касаний, поэтому альфа даже рук не отрывает от горячей кожи. Младший рвано выдыхает, когда омега зажимает в ладони его член. Чимина аромат лаванды с ума сводит, он носом утыкается в ароматную железу и вдыхает снова. На этом месте уже давно красуется его метка, но именно здесь не тронутая его собственным ароматом лаванда. Чимин целует это место, прекрасно зная, какое оно чувствительное у Юнги в течку. Омега стонет, но от очередной судороги. - Больно… - Дай мне пять минут, - и альфа протягивает руку к сочащемуся входу. - Не нужно, я готов. Чимин верит и приподнимает омегу за талию. Тот направляет в себя член и опускается. Так хорошо, так близко друг к другу. Даже в сексе оба нуждаются в близости друг друга. Не только одной частью тела – всем. Грудью, глазами, губами, бедрами – только так они берут все от отношений. Юнги проиграл ему, как только согласился надеть чужую вещь. А Чимин – немногим раньше, когда заглянул в злые глаза облитого им омеги. Подумать только, из-за формалина он тогда даже запаха не узнал, и все равно попал, как попадают подростки при виде первой любви. Десять лет. Чимин никогда бы не подумал, что за столько времени чувства могут сохраниться. Десять лет назад альфа и подумать не мог, что создаст с Юнги семью, что будет настолько счастлив со строптивым на первый взгляд омегой. И уж точно Чимин не мог подумать, что на самом деле Юнги окажется внимательным и чутким, а еще нежным и ласковым. Таким, как лаванда, хотя на первый взгляд казался колючим. Кактус лучше всего подходил для описания старшего на первый взгляд. Но это было большой ошибкой. Юнги кончает, пачкая их обоих, и Чимин выходит из него. Пока старший пытается восстановить дыхание, альфа помогает себе рукой. - Дай я, - и Юнги хлопает по ладони мужа, беря член в свои руки. Он делает это в своем стиле: сначала медленно, а потом ускоряясь. И как только Чимин закидывает голову, омега разворачивает руку и центром ладошки трет уретру. Альфа несдержанно стонет, вызывая у мужа удовлетворенную улыбку. Юнги целует Чимина в открытую шею и укладывает голову ему на плечо. - Что ты думаешь о том, чтобы завести ребенка? – спрашивает омега после какого-то времени молчания. Чимин продолжает гладить поясницу старшего. - Я не имею ничего против. Юнги заставляет себя отстраниться и серьезно посмотреть на мужа. - Ты серьезно? - Если ты готов, я буду счастлив, - Чимин улыбается, видя изумление в глазах напротив. – Почему ты так удивлен? - Наверное, потому что это неожиданно, - смеется Юнги. - Но это ты начал этот разговор. - Потому что ты его не начинал. Так, ты не против? - Разумеется, нет. - Тогда давай сделаем это, но в следующую течку. - Почему в следующую? - Я хочу пропить курс витаминов и всякое такое, чтобы подготовить себя. Чимин тихо смеется. - Хорошо, малыш, - шепчет он. - Я старше тебя. - Так, мне не называть тебя так? – альфа изгибает бровь. Он прекрасно знает, как Юнги реагирует на ласковые слова. - Давай поедем домой, иначе застрянем тут до утра. Чимин кивает и помогает омеге с джинсами. Затем натягивает свои и заводит машину. - Только быстрее, Чимин, - разморено говорит Юнги. Он все еще под действием неги течного оргазма, но боль может вернуться в любой момент. Омега, не отрываясь, смотрит на мужа. Чимин чувствует это и усмехается. - Почему так смотришь? - Потому что люблю тебя. Альфа поворачивает к нему голову и улыбается. Глаза Юнги переполнены чем-то сияющим, и это точно не алкоголь, выпитый в клубе. - И я люблю тебя. Это то, что они дарят друг другу каждый день. То, что между ними уже восемь лет, а то и больше. То, что они не собираются терять ни при каких условиях.