care

каору встряхивает небрежно стянутыми в хвост волосами, отводя их с лица после очередного неудачного приземления. скейтбординг не даётся ему так легко, как хотелось бы, но врождённое упорство с вредностью напополам отступить просто не позволяет, и он упрямо падает снова и снова, стирая об асфальт собственные руки и многострадальные чёрные джинсы. это не мешает. не мешают ни потёртости на коленях, ни ссадины на ладонях, ни заклеенные откровенно дебильными детскими пластырями пальцы — всё, что тогда осталось в аптеке. мешают грёбаные волосы, и каору ворчит себе под нос, хлопая по карманам в поисках ещё одной резинки — обычно он носит с собой как минимум запасную. как на зло, не сегодня. да и чёрт с ним, в самом-то деле. может, всё-таки пора сходить в парикмахерскую и обстричь всю эту шевелюру к чертям собачьим... — держи. — нарушает ушедшие не в самую позитивную сторону мысли голос коджиро над ухом, и каору моргает недоуменно, когда у него перед носом оказывается обычная чёрная резинка. судя по всему, даже новая. — у тебя-то откуда? — фыркает он, но всё-таки забирает и завязывает не менее растрёпанный пучок, путаясь в прядях непослушными уставшими пальцами. и действительно — откуда? у коджиро причёска ещё короче, чем его же список пятёрок по физике, ему точно не нужно с собой резинки таскать. или это он проявляет внимательного джентльмена и носит парочку для своей очередной девушки?.. впрочем, не то чтобы каору было действительно интересно. наверное. он только кивает с намёком на благодарность и уносится дальше — вечно спешащий вперёд, вечно желающий победить и доказать скорее себе, чем кому-то ещё, что он на это способен. коджиро, честно говоря, здорово напрягает его синдром отличника, но он тактично молчит, не желая усугублять чужие комплексы ещё сильнее. и, улыбнувшись, едет следом. необязательно же каору знать, что у него полные карманы резинок специально для его шевелюры, да?