maybe love?

Утро началось как обычно, надоедливый сосед очень громко пытался выключить свой будильник. А будильник Минхо? Зачем он ему? сегодня в школу он не планировал, вечером сбор у Чанбина, какая школа? Пока Ли закутывался сильнее в одеяло, пытаясь заглушить этот противный звук, это он про голос матерящегося Хёнджина. Наконец-то тишина, но тут в Минхо прилетает подушка. — Ты жить передумал — слышится негромкое, но даже так, очень угрожающее ворчание из-под одеяла. Дверь в комнату захлопнулась, Хёнджин не удосужив Минхо ответом вышел из комнаты, при этом продолжая что-то бормотать себе под нос. Через три часа Минхо разбудил уже телефонный звонок, как же хотелось уничтожить весь мир. Вчера он до поздно играл в приставку, поэтому сегодня проснуться было в планах часов в пять вечера. На телефоне высветилось имя Чанбина, как только Минхо поднял трубку, не поднося к уху послышались раздражённые полукрики. — чёртов Минхо, сколько тебя ждать? закрутки сами себя не закрутят, поэтому поднимай свою жопу, я знаю, что ты спишь и иди сюда — после этого, больше предупреждения, чем просьбы, послышались долгие гудки. Пока Ли поднимал свою пятую точку от кровати он вспомнил Чанбина всеми словами, что были в его не скудном словаре, конечно же не одного культурного там не было. Зубы были почищены, голова, на удивление, тоже уже помыта и наспех высушена полотенцем, а сам Минхо сидел и не торопясь пил растворимый кофе, проверяя Какао. И вот уже через час он полностью облачённый в чёрный: чёрная толстовка, треники и немного потёртые кросовки, подходит к Чанбинову подъезду. Уже поднимаясь к квартире он слышал звуки громкой музыки и ржача, он на месте. Чанбин и ещё несколько его отморозков сидели с бутылками пива и играли в приставку, некоторые закручивали марихуану в специальную бумагу. С «друзьями» Со Минхо, если честно, не очень общался, но они находили отличную траву. Дружба ради выгоды — то что надо для Минхо, только с Чанбином он дружит по настоящему, ещё с Хёнджином, не очень, но он доверяет ему, с ним спокойно. Минхо молча отдал «привет» всем в комнате и сел за работу, взяв бутылку пива. Народу намечалось много, даже те, кто только вступили в старшую школу, Минхо сам с такого возраста ходит на схожего вида тусовки. Когда стукнуло шесть вечера квартиру начали заполнять люди, пиво начало исчезать быстрее, как и закрутки. вся кухня и гостиная были в дыму. Людям было весело, как и всегда на тусовках Чанбина, тот умел, умел как никто, Минхо это знал, поэтому не одной не пропускал. Время становилось поздне́е, а музыка громче. Из комнаты рядом уже слышались стоны, а Минхо было пофигу. Он уже не помнил какой косяк скурил, наверное шестой? Около того. Что он знал, что ему было хорошо, чертовски.

***

Музыка и клубы дыма заполняли всё пространство. Кайф от косяка разливался по всему телу, так хорошо он не чувствовал себя давно, наверное с предыдущей тусовки у Чанбина. Дома косяков он не водил, так как Хёнджин их не жаловал, он вообще был каким-то правильным, Минхо его не понимал, но уважал, находясь в таком мире он остаётся сильным, не поддаётся соблазнам. А людей тем временем становилось больше. Всё больше незнакомых лиц, всё меньше косяков. В квартире не оставалось места, кто-то лежал на диване, запрокинув ноги на журнальный стол, кто-то сидел у стенки, уже не способный ходит, в основном это были младшие, когда-то Минхо был в их числе, от такой дозы может не плохо обдать, но старшеклассник привык, он уже ко многому привык. Привык к постоянным тусовкам, а потом такие же частые выговоры учителей, за то что явился на занятия пьяный или вообще не посетил их. Сам Минхо находился в месте, где собиралась элита, огромный диван около стены, рядом с которым стояли ящики с пивом, лежали горки самокруток и конечно же джостики от приставок, которые сейчас лежали бесхозными, но охранять от варваров их надо, это самое дорогое в доме. В горле пересохло, а пиво заканчивалось, как раз в это время Чанбин шепнул, хотя нет, достаточно громко сказал, но никто не слышал из-за музыки и других, в том числе и непристойных звуков, что подвезли ещё пиво. Минхо кинул ему что-то не внятное, в чём можно разобрать «я встречу» и поднялся с дивана. Косяков было ещё много, Минхо постарался, поэтому он взял очередной в зубы, стрельнув чью-то зажигалку, скорее всего обкуренного парня, что лежал около дивана. Как только Минхо двинулся к выходу, сделав первую затяжку, то заметил парня, что очень не вписывался в обстановку рядом, он даже не был пьяный. Он был один, видимо друзья свалили, Минхо сюда когда-то так же попал. Просто какие-то пацаны-старшеклассники, с которыми он связался, чтобы показаться крутым, притащили его на эту же квартиру, только у Минхо выдержки меньше, поэтому он сразу же повёлся на то, что от косяков хорошо, а хорошо и было, только не на утро. Утром он проснулся в той же самой квартире, в чьей-то кровати с жуткой головной болью. Так он познакомился с Чанбином, который вытащил его, вот и не может теперь без него, просто привык к этому человеку. И вот сейчас тот парень с пухлыми щеками, в какой-то слишком правильной одежде и с укладкой, стоит, совершенно трезвый и не под кайфом, пытаясь отмахнуться от парня, что старше его на пару лет и к тому же в хлам обдолбаный. Что-то внутри Минхо щёлкнуло и вот через мгновение его кулак впечатывается ровно в скулу этого отморозка. — Ты в порядке? — зачем-то спрашивает он, а потом махнув рукой выходит на улицу, захлопнув дверь квартиры неправильно громко. — С..спасибо! Ты меня спас… Прости… Не мог бы ты ещё мне помочь… — слышалось бормотание сзади, но Ли не мог разобрать и слова. Минхо достаточно сильно вмазал тому обкуренному, так считал Минхо, хотя сам был не менее под кайфом, после этого даже болели костяшки, которые немного кровоточили. Совсем не понятно было чья кровь, того, что отхаркивался кровью или того, что сейчас быстрым шагом вылетил в входную дверь. Только Минхо хотел было спуститься на первую ступеньку, втягивая дым глубже, как его руку обхватили. Хватка была такая нежная, а пальцы были тонкие, что сначала можно было подумать, что это девушка, но когда он обернулся, немного поддаваясь руке, что ещё плотно держала его запястье, то увидел того самого парня с вытянутым лицом, пухлыми щеками и маленькими глазами-бусинками. Для Минхо он показался слишком не таким здесь. слишком не правильным для этого мира, одновременно совершенно идеальным для всего. Как будто с другой планеты, обитателей которой он прежде не знал. Если бы он не был под кайфом и достаточно большим количеством алькоголя, то скорее всего оттолкнул его и пошёл дальше, но он остановился, перехватывая руку, немного переплетая пальцы, всё это время молча глядя в глаза и начал спускаться по лестнице, преодалевая два этажа, держа парня за руку. За такое действие он бы осудил кого угодно уже давно, да и сам бы никогда так не сделал, хотя и под кайфом похлеще сегодняшнего он такого не делал, возможно дело было в другом… Дверь в подъезд открылась и свежий ночной воздух обдал лицо, пробиваясь в лёгкие. Самое лучшее, что сейчас могло быть, это вот так сидеть на скамейке, вдыхая лучший наркотик — ночную прохладу, а рядом ничего, сотканное из звуков сверчков и проезжающих вдалеке машин. Но рядом парень, которого зачем-то Минхо вытащил сюда, в своё время. Зачем? Показать? Может спросить? Сейчас Минхо сам не знает, лишь докуривает косяк, сидя на скамейке, уже отпустив мягкую руку, которую, если честно, хотелось подержать подольше. Парень, которого Минхо вытащил сюда ещё немного сидел, разглядывая пальцы, наклоня голову. Совсем немного побыв в тишине он потянулся рукой к косяку, что был зажат между ободранными пальцами Минхо и выбросил его на землю. — Прости… Не буду читать нотации о том, что это вредно, просто скажу, что мне не нравится запах… Спасибо… За то что спас… — продолжал юноша, немного сбивчиво. Минхо не хотел, чтобы его, он хотел бы признавать её своей, тишину прирывал кто-либо, но это сделали, при том нагло и безцеримонно выдернув его единственное успокоение прямо из пальцев. Теперь Ли не хотел слышать ничего, но то что парень рядом что-то бормотал заставило вслушаться. Он благодарил, да ладно, этого не делал никто, вообще. Когда-то Минхо спас девочку, что ему нравилась в средней школе от мальчика, что издевался над ней, а в ответ получил пощёчину, потому что та оказывается его любила. Бред. родители тоже считали, что он делает всё ради долга, не одного спасибо. А друзьям благодарен, без них он — никто, но и они не благодарят особо, не те они, кто словами разбрасываются, лучше делом. Жар, что пыхал, казалось, из всего Минхо сразу, немного остыл и тот повернул голову к говорящему. — я не прошу благодарностей — смотря холодным взглядом немного хрепящим голосом ответил Ли — ты можешь идти, а можешь сидеть тут, дело твоё, но никогда не говори мне «спасибо», не так благодарят, не умеешь — не берись — продолжал Минхо. Казалось, алкаголь и прочие вещества выветрились на ночной прохладе. Теперь Минхо сидел и спокойно вдыхал воздух, наслаждаясь тишиной, которая наступила на мгновение. Парень рядом с минуту смотрел на Минхо, что его взгляд можно было ощущать и это пожалуй единственное, что было не как всегда. Обычно на Минхо не смотрит никто, темболее так… Изучающе? Становилось немного не по себе от тишины, что до этого казалась родной и самой безопасной из всего, что его окружало. — Я не знаю, как ты хочешь чтобы я тебя отблагодарил, но ты меня спас. Этот факт неизменен. Если ты скажешь, какую благодарность хочешь… То я постараюсь осуществить твою хотелку, не обещаю, что получится, но я приложу все усилия. Ты слишком хороший для такого места… Никто даже не посмотрел на меня, а ты заступился. Прости… За костяшку… — чётко, будто подготовленную речь, выдал юноша и мягко обвел пальцами выпирающие косточки измазанные в крови. Минхо сидел, просто сидел, а парень нарушал его тишину, постоянно жужжа что-то про извинения. Честно, Минхо не хотел сейчас ничего слушать, голова вся в тумане и на утро он этого парня, похожего на белку даже не вспомнит. На данный момент он даже не понимал, зачем вытащил его сюда. Из мыслей Ли выдернула также мягкая рука, которая так нежно коснулась костяшек пальцев и Минхо вздрогнул. «Их надо обработать…» и тут Минхо, казалось, протрезвел и немного небрежно выдернул руку. — Нет, не надо — грубо ответил Ли, потирая костяшки, но сам не осознавая, мечтал вернуть прикосновения, которых сам же себя и лишил секундами ранее. Парень рядом прижал свою руку обратно к себе и поджал губы. Минхо соврёт сам себе, если скажет, что ему не стало жалкого его. Но казаться слабым и податливым на чувства было не в стиле Минхо и он молча поднялся, оставляя юношу одного и исчез за тяжёлой дверью подъезда. Музыка доносилась из-за двери всё громче с каждой ступенькой. Как они ещё соседний не разбудили? Наверное те привыкли, хотя на этаже небыло никого, в действительности. На всём втором этаже была лишь квартира Чанбина, все соседи когда-то посъежали, ведь бороться одним с шумными соседями было сложно, а цепляться за что-то в этом захолустном районе небыло смысла, вот и смотали все, только самые стойкие остались, которым уже пофигу. В квартиру Минхо зашёл вместе с холодом, что ворвался быстрее самого парня в помещение, полностью исчезая в далеко не приятном запахе. В квартире стоял смрад, как будто там кто-то умер, Минхо надеялся что это не так и прошёл в гостиную. Чанбин сидел всё ещё на томже диване в компании симпатичного парня со светлыми волосами, что уже был немного поддатый. Блондин сидел у Бина на коленях и вызывающи тёрся пахом об бедро. От этого Минхо стало неловко, впервые. Он был натуралом до мозга костей и Чанбин, как он подозревал, тоже. Ближе Ли подходить не решался, поэтому развернулся и пошёл в сторону кухни, что была более спокойна. В этой комнате был лишь один парень, в хлам пьяный, что лежал на полу, что-то бормотал и вроде спал. Минхо испытывал к таким отвращение, в первую очередь, потому что сам когда-то таким был, а на самом деле он хуже. К такой заразе имунитет выроботать тоже самое, что идти на верную смерть, вот и Минхо сейчас медленно умирает. Голову ненароком начали посещать мысли о том парне. Он казался для Ли таким другим, необычным. Он очень долго хотел сравнить его с чем-нибудь, но на ум ничего не шло, возможно он сделает это позже… Возможно…

***

Солнце тонким лучом скользит по спящему телу. Минхо сильнее заворачивается в одеяло, противясь надоедливому светилу. В комнате на редкость тихо, значит не дома. — Чанбина~а - хриплым голосом вымаливает Ли. — Блять, чо орёшь! - слышаться такой же сонный голос рядом и после этого на него падает уже чужое одеяло. Хотелось бы вообще всё снять, а тут ещё сверху дополнительно, спасибо, друг. В коридоре послышались шаги, явно чанбиновские, потому что до этого он тяжело поднимался с кровати, пихнув Минхо в бок. А потом рядом послышалось копошение и чей-то сонный голос, такой глубокий сам по себе, а ещё к тому же из-за сонной хрипоты ставший ещё грубее. Минхо не залипал на голоса парней, но на это залип, а потом до него дошло. Он в кровати с каким-то парнем! Он начал перебирать в голове всех, кто был на вечеринке, но не мог вспомнить не одного человека, кому мог принадлежать этот голос, поэтому Минхо решил повернуться, дабы узнать, кто прямо сейчас нарушает его покой и засоряет не похмелившуюся головушка тяжёлыми мыслями. Тяжело перевалившись, преодалевая головную боль, на другой бок он обомлел. Спиной к нему лежал светловолосый парень, тот самый, он его узнал, который восседал на коленях его друга. Супер. Он спал в одной кровати с парнями, которые возможно вместе кувыркаются, поэтому он быстро соскочил с кровати и вылетил в коридор, совершенно случайно громко хлопнув дверью, от чего проснулся парень-обладатель-шикарного-голоса и у самого Минхо затрещала голова. За завтраком Чанбин так и не удосужился рассказать, что за парень сидит рядом с ним, попивая какао, который, между прочим, у Со дома никогда не водился и поэтому Минхо с грузом непонятных мыслей сейчас бредёт домой. До его двора минут 15 пешком, но со скоростью с которой идёт Ли он будет дома минут через 20. Утреннее солнце слепило в глаза. Минхо не любил утро, но любил ещё не проснувшуюся природу, время полдень, а чувство, будто сейчас не позже девяти утра. Слишком безлюдно, хотя в этом районе так. Минхо бы получше прочувствовал этот момент, если бы не головная боль.

***

На плите стоит рамён, а из колонок играет негромкая музыка. Время обед, это время Минхо считает волшебным. Вообще он всему времени придаёт своё значение, вот в обед его настроение гораздо лучше, если это не те редкие дни, когда он решается посетить школу. Сейчас у их параллели уроки ещё идут, а параллель Хёнджина должна была закончить, поэтому сейчас Ли суетится у плиты, снимая рамён, чтобы друг, что так любезно отмазал его перед учителями мог нормально пообедать. Считается ли рамён нормальной едой Хо не знает, для него она нормальная, даже очень, он привык. Не успел Ли разложить обед по тарелкам, как дверь открылась. — Хёнджина~а? - послышался крик с кухни - еда готова, быстрее, а то я съем всё с... - не успел Минхо договорить, как его прервали. — Хо, тут это... - говорил Хван с прихожей, что насторожило Ли. Выловив всю лапшу он вышел в прихожую, вытерая руки об край футболки. Когда он вышел то замер, сначала в голову что-то стукнуло. Он закрыл не на долго глаза, а потом открыл снова. Образ. Всё утро он думал, что это был сон, но этот человек был реален. Всё, что, Минхо думал, ему снилось сейчас было тут, в маленькой прихожей его квартире с ободранными обоями, он всё также не вписывался в этот грязный, порочный мир. Тот парень, что напоминал космос...