The toy named Bart.

- Подумай над своим поведением, Барт! - зло произнесла Мардж, слегка подтолкнув ребенка к выходу из кухни. Барт кипел от раздражения и желания высказать все, что думал в этот момент, но мать буквально не давала открыть мальчику рот. Придя в свою комнату, Симпсон не задумываясь подбежал к окну. Привычным способом он оказался на улице, решив устроить некий протест своей семье в очередной раз. Даже скорее не протест, а просто нежелание и полнейшее отвращение к ситуации и к дальнейшему развитию ее событий. Барт хмуро шагал по асфальту, освещаемому тусклым светом фонарей, пиная все, что попадется под ноги. Он смотрел в одну точку, вниз, абсолютно игнорируя все вокруг. Резкая и пульсирующая боль пронзила затылок, казалось, нечто липкое касается кожи, одежда прилипает к спине. Мальчик успел только провести руками по голове, убедившись в том, что она пропитана кровью, как в глазах потемнело, мир стал расплываться, а в ушах шуметь. Он с силой упал лбом в дорогу, от чего струйка крови потекла и по лицу. Барт очнулся на холодном полу в луже собственной крови. Боль охватила голову сразу с обеих сторон. Привычная оранжевая футболка неприятно зачерствела, покрывшись шершавой коркой. Голова, как ощущал он, треснула. Он был критически голоден и испуган. Сколько он так пролежал? Место, где он находился, освещала едва работающая лампочка на потолке. Комната была чем-то средним между подвалом и сараем. Симпсон попытался встать, но обнаружил, что конечности зафиксированы толстой и жесткой веревкой, привязанной к безобразным палкам, торчащим прямо из пола. Наконец, взгляд более менее расфокусировался, и Барт ужаснулся увиденной картине. Множество непонятных мешков, столбы, на одном из которых висела веревка. Справа находился металлический стол, на котором аккуратно лежали различные медицинские приборы, до блеска вычищенные, ни намека на пылинку. Барт ощутил сырость под собой, то ли он обмочился, то ли виной была сама комната, в которой царила влага и сырость. Парень понял, что ему не грозит ничего хорошего и захныкал. Обрывающийся плач эхом раздавался по комнате. Острая боль в висках как будто острием ножа проткнула мозг. Мальчик провалился в топящую его сонливость. Барт срыву открыл глаза, когда человек рядом вколол ему какой-то препарат. То был никто иначе, как Тервиллигер Боб. Барт рефлекторно издал звонкий крик, за что получил по щеке. -Бартоломью, держи себя в руках. - холодно произнес маньяк, держа в руках маленькую ложку и тарелку с какой-то кашей. - - Если голоден, веди себя прилично, иначе опробуешь себя в сухом голодании. Повисла давящая тишина, которую нарушило недовольное урчание живота Барта спустя минут десять. - Открой рот. - тихо, но низко процедил Сайдшоу. Поколебавшись несколько секунд, юноша выполнил заданную команду. Боб не спеша кормил мученика с ложки, дожидаясь, пока тот прожует. Каша на удивление оказалась мягкой, теплой и не слишком сладкой. Повторив действие, ровно до момента, пока миска не опустела, Андерданк взял в руку стакан с водой. Не дождавшись какой-либо реакции, он приложил угол ко рту мальчика. Тот очень старался не расплескать жидкость, но в горле предательски защекотало, и он закашлялся. Боб тяжело вздохнул. Встав с колен, он взял в руки оба предмета и направился к выходу из помещения. - Боб... - хотел было задать тысячу и один вопрос Барт, когда тот грубо его прервал. - Заткнись. - эхом прозвучало в комнате, после чего мужчина запер единственный выход на свободу.