Несокрушимый

      Здесь было спокойно и тихо. Безопасно и светло. Это общая атмосфера расслабленности была ей на руку, особенно в преддверии местного бала. Куча шумных детишек точно отвлечёт взрослых «важных дядек» от дел и некой доли паранойи, кроме Айронвуда. Ну, он был тем ещё упрямым бараном, что шло на руку её планам. Использовать сильные стороны человека, чтобы ввергнуть того в пучины отчаяния — что может быть лучше? А выходка Романа стала тем семенем сомнений, что потом превратится в всепожирающий лес. Чем не прекрасная картина? Но эти детишки… Лезут туда, куда им лезть не стоит. Разве в детстве им не говорили, что играть с огнём крайне опасно? Но убирать их нельзя, о, не в коем случае — они должны увидеть кульминацию. И помимо этого от их убийства всполошится директор, который тогда начнёт копать чрезвычайно интенсивно. А разве им это надо? Впрочем, детей не тронуть по ещё одной причине, которая вечно маячила на фоне и всем своим видом показывала, что всё знает и видит.       Лайт Натури. Столь экзотичная внешность. Столь завораживающие движения и сила. Иметь такого прислужника было бы великолепным вложением. Вот только тот был крайне хитрым и умным, а также ведущим свою игру от прямолинейности и агрессивности, которая, она честно признавалась, её восхищала. Быть настолько бесстрашным и одновременно безумным, чтобы в открытую ругаться с генералом Айронвудом. К сожалению, несмотря на всё желание видеть его рядом с собой, она не имела на это никакого права. Её госпожа заинтересовалась этим юношей и попросила передать приглашение к себе. Без агрессии, а как возможный соратник. Что же, сама Синдер была не против подобного. Всяко лучше Тириана и Воттса. Первый — безумец с манией к резне, а второй — эгоцентричный высокомерный ублюдок. Однако не признать их верности госпоже Фолл не могла.       О, и стоило теперь держаться от Лайта подальше. Бедные её подчинённые уже бледными ходят, особенно когда проходят мимо Натури. Хотя, та информация, что принёс Меркури, была интересна. Неужто у такого человека есть очень-очень страшные секреты? Но выяснить их не получится, пока — его друзья оказались довольно верными и осторожными. Попытки её команды сблизится с этими детишками провалились по всем фронтам. Жаль, конечно, но что поделать? Если бы всё было так просто, то госпожа бы точно не заинтересовалась этим юношей. Впрочем, самый главный секрет Натури Синдер знала — спасибо Эмеральд. Кто же знал, что у Лайта есть доступ к технологиям, ради которых Жак Шни отказался от выгодной сделки? «Госпожу это точно заинтересует» — Чёрт, у меня от него мурашки по коже, — её подчинённый съежился. — Я бы, может, врезал ему, но на спарринге он меня в стену вдолбил! — Давно пора было вдолбить в тебя. Хоть что-то, — Эмеральд как всегда ехидничала. — Ох, мне хоть в глотку, а не в задницу. Как там, — Блэк приложил палец к подбородку. — Я разорву тебя изнутри твоим же оружием, так? — Госпожа, разве такое можно простить? — Конечно, моя дорогая. Люди такого калибра всегда нужны. И пока он ничего не сделал. Пустые слова. Впрочем, отныне вам запрещено следить за ним и его сподвижниками. Её подчинённые охотно кивнули. Нужно всё-таки давать им пряник, особенно Нео. Её здесь держит лишь только Роман и его смерть может привести к неприятным последствиям. Так что стоит пока подождать с этим и убрать их в нужный момент обоих. Когда она получит то, что заслуживает. «Вот что даёт сила — она даёт власть, власть, которая не снится политикам. Какой же ты обладаешь, Лайт Натури, если можешь так говорить с сильными мира сего?» В своё время Синдер всё узнает. Сейчас же стоило сконцентрироваться на других задачах, чтобы продемонстрировать, что достойна силы. Достойна доверия её госпожи. — Меркури, Эмеральд, — Фолл нахмурилась. Из-под сени деревьев было хороши видно, как со стороны посадочных площадок медленно шёл тот, кто мог их узнать, несмотря на Подобие Сустрей. Кроу Бранвен. Личный ферзь Озпина. — Будьте бдительнее прежнего. Ничто не должно помешать ей и госпоже. Даже собственные подчинённые.

***

      Раньше Лайт относился скептически к любви Вайсс к Винтер, однако после ситуации с Жаком, Натури поменял своё мнение. Быть может у них не такие отношения, как у Янг и Руби, однако всё равно очень тёплые. О, и сегодня очень неприятный день для многих студентов — родительский день. Это когда родители, опекуны или близкие люди могут приехать и посмотреть на своего ребёнка. Если бы он, Лай или Нора знали, что это такое. Но подобное только для учащихся Бикона, иначе от наплыва людей можно было бы сойти с ума. И вот проблема — ему лично нужно познакомиться с матерью Пирры, дворецким Вайсс, не быть выловленным Саммер… И если бы не подошедшие Руби и Вайсс, то его разговор с генералом перешёл бы в более грубую форму. — Лайт. — Винтер. — Вся эта ситуация с генералом мне крайне не нравится, однако каких-либо отрицательных чувств к тебе я не имею. Ты борешься за то, во что веришь. — Взаимно. — А мы тут точно нужны? — Я могу вернуть тебя твоей маме. — Я её обожаю, но некоторые разговоры… Смущают. — Как дела, Снежная Королева? Все четверо обернулись, чтобы посмотреть как один небезызвестный пьяный Охотник качает головой дроида, которую оторвал от одного из сопровождающих. Винтер одним движением остановила двух других охранников и выступила вперёд. Лайт увёл девушек подальше от этих двоих, между которыми началась ругань. Как обычно. — У… Дядя Кроу, конечно, крутой! — Крутой? Как по мне — он неотёсанный варвар! — Да? Все, кто не соответствует твоим параметрам, неотёсанный варвар? Грубиянка! — Я?! Грубиянка?! И снова началось. Между этими двумя всегда случались подобные потасовки, которые не заходили слишком далеко. Просто дружеская перепалка, которую Лайт остановил, похлопав обеих по головам. — Как по мне. Они оба — варвары. Один — алкоголик со стажем. Играющий с огнём. Вторая — вспыльчивая. Нет, чтобы поговорить. Они затевают потасовку. Но, кроме слов, ничего не будет. — Думаешь? — Вайсс вскинула бровь, так и не скинув руку Натури. Парень молча кивнул в сторону приближающейся делегации из директора, его заместителя и генерала, который недобро смотрел на Натури. Ничего, они продолжат свой разговор. Когда он закончит со своими делами. — Ну и ну. Что за шум? Неужели кто-то не сумел поделить игрушку? — директор улыбнулся. — Думаю, наш уважаемый многодетный отец выдаст ещё одну, верно? — Ох, Оз… Ты! С тобой мы ещё не закончили! — резко произнёс Айронвуд, увидев Лайта. — Ах, прости, я тогда задел тебя за больное! — Вайсс и Руби переглянулись. Их… Друг никогда не вёл себя подобным образом. Столько яда и ехидства в голосе никогда не было. — А, точно — мне всё равно. — Спокойней, господа. Вы всегда можете продолжить разговор у меня в кабинете, не боясь кричать, — намекнул Озпин, а Лайт тихо вздохнул. Видимо, сначала придётся договорить, а уже потом заняться тем, чем планировал. Это даже неплохо — сделать всё и спокойно готовиться к завтрашнему дню. В частности, осмотреть костюм и идеально продумать вечер, чтобы никого не обидеть. А это… Будет нелегко. — Что ещё скажешь? — Ты — глупец, Натури! Неосознающий всей картины глупец! — Я? Тогда ты — человеческий Гримм, который способен отправить невинную девушку на войну, а также профукать целую партию чёртовых мехов. Видимо, ты ошибся кабинетом — кабинет для дебилов в другом королевстве и другой Академии. — Да как ты смеешь подобное говорить?! Я никогда не буду вредить человечеству! — О, не будешь? При этом ты собираешься отправить Пенни, которая куда человечней тебя, в самое пекло, плюс засунуть в консервные банки вкусное для Гримм мясо. Жду, когда ты выстрелишь в Озпина, а затем начнёшь отдавать безумные приказы. — А ты считаешь себя великим мудрецом, что имеет право указывать людям, что им делать, верно?! И неужели столь великий ум смог отдать Жаку, ЖАКУ, машину, что способно перевернуть весь мир?! — Я отдал её ради близкого мне человека, ты знаешь это. И отдал бы ещё раз, если потребуется. — Конечно же. А когда Гримм предложит тебе подобную сделку, что, тоже согласишься и как собачка побежишь исполнять? — Я его изрублю. — Да? Конечно, я уверен. Чего ещё ожидать от подростка? — Теперь оперируем возрастом? Ты просто великовозрастный ребёнок, что играет в солдатиков. Думаешь, кто-то испугается твоих корабликов? Да это только смех вызывает. Будете стрелять по гражданским, когда Гримм окажутся в городе? — Я никогда так не поступлю! И никто из офицеров! — И каким-то образом вы упустили самоходные снаряды. Отличная работа, генерал. Оба молча сверлили друг друга взглядом, пока директор молча наблюдал и анализировал. Да, мистеру Натури наступили на больное место. Очень больное место. Столько слов из его уст мужчина никогда не слышал, что говорит о многом. Беспокойство за других, в частности за своих друзей, у юноши развито очень сильно. Терял кого-то близкого, что теперь страдает гиперопекой? Нет, он не контролирует каждый шаг, а оберегает от опасностей, с которыми подростки сталкиваться не должны. Но Джеймса понять можно — какой-то пацан полез на рожон, ругая самого генерала. Не то высокомерие, не то безумие. Впрочем, пацан ли? Такой взгляд, как у старого воина, который до конца будет отстаивать свою точку зрения… Всё больше вопросов, на которые нужны ответы. — Вы оба, успокойтесь, — настало время закончить этот фарс. — Я понимаю ваш гнев, мистер Натури, а также твоё негодование, Джеймс, однако попрошу заметить, что сейчас вы оба выглядите как маленькие дети, не способные разрешить конфликт без криков. Выскажите свои условия, и уже от них мы будет говорить. — Пенни — не твоя игрушка. Дашь ей жить вольно — мгновенно забуду все обиды. — Пенни, хотя и выглядит как девушка и думает как девушка, всё ещё робот. — Который будет драться в Колизее, — подчеркнул Кроу. — Отличная мысль, Джимми. — Победа в турнире доказала бы, что она способна драться с Гримм. — И показать превосходство Атласа, да? — Кроу… — При этом ты обманул нас всех. Не рассказал об этом! А если её, не знаю, разорвут на части — Ауры ведь внешней нет! — И это уже другая часть разговора. Думаю, никто из вас пока не может даже думать о соглашении. — Да, думаю да. — Верно. Озпин ещё раз потёр переносицу. Он точно не в детском саду? Эти двое не могут придти к соглашению просто из-за своей твердолобости, которая мешает им найти золотую середину. — Пусть мисс Поллендина доучится в Академии. А затем уже сама решит свою судьбу — быть ей Охотницей или кем-то ещё. То, что я видел… Она не робот, Джеймс. Просто девушка с металлическим телом. А вы, мистер Натури, слишком близко всё принимаете к сердцу.       Ей было тяжело. Очень тяжело. Сидеть в комнате в своей комнате, что была наполнена людьми, ещё полбеды. Это были две команды и их родители, а также товарищи из других команд. Пенни и Сан неплохо влились в их компанию, если только не считать странности девушки и откровенные попытки парня понравиться её родителям… Нет, он не плохой, просто сейчас отношений она не искала. И так было больно расставаться с Адамом… Пока пусть всё будет так. Через некоторое время можно и попробовать — Вуконг довольно неплох. Вот только об этом думать сейчас не время — время стыдливо прятаться за книгой от умилительных взглядов взрослых и смеха её друзей. Проклятье, мам, это было десять лет назад… — О, это ещё цветочки! — Тайянг, отец Янг и Руби, поднял руку. — Что учудила Янг в возрасте Блейк… Не одной ей страдать здесь. Больше смущающих историй, чтобы потом шантажировать блондинку. Её каламбуры должны закончиться, хотя, судя по манеру разговора её отца, ясно, откуда истекают проблемы. Прав был Лайт, когда говорил, что это генетическое. — Пирра сделала кое-что получше… Юнона Никос. Мама Пирры Никос — старшая версия своей дочери, кроме причёски — у женщины она пышная и объёмная. Она была милой и хорошей, как и её мама, только, наверно, менее гиперактивная. О, а вот и история про Руби. Бедная Роуз. Несмотря на долгое отсутствие, эта удивительная женщина помнила многое из детства своих дочерей, чем пользовалась, смущая их. «Неужели долг каждой матери — это смутить своего ребёнка перед друзьями?» Кстати о друзьях, а где их Убийца Богов? Он должен был уже придти, хотя если верить словам Вайсс и Руби, тот ушёл ругаться с генералом Айронвудом, как и обещал. Видимо, дилемма Пенни не разрешилась, к сожалению. И если раньше она бы лишь покрутила пальцем у виска, то узнав о Лайте больше, теперь так поступить Блейк не может. — О, ещё кое-что! Мама, нет!

***

      Натури не понимал кое-чего. Зачем нужен бал подросткам, которые не привыкли к подобному развлечению? Это же просто танцы и общение под классическую музыку, которую молодёжь не шибко любит. Так помимо сомнительности занятия, все как с цепи сорвались, ища себе пару на танцы и сокрушаясь, если шли одни или не умели танцевать, а их позвали. Вот Лайт не умел танцевать, как и Руби, которую, судя по выкрикам Янг, учили ходить на каблуках. Он же примерял костюм вместе с Лаем, которому выдали бесплатно, как и всем, у кого такого не было. Девушки были в комнате команды «Рубин», поэтому смущаться было некому. И костюм его был… Во имя Судей, в этом костюме воитель походил на обычного франта. Чёрный с белым — обычное сочетание цветов, вот только фасон и общий вид так и кричали о богатстве и изыске. Словно Натури — бизнесмен, который идёт на заключение важной сделки. Как Жак. — Этот костюм — ужасен. — Выглядишь довольно неплохо, — приметил Рен. — Хотя… Да, зная твой характер, слишком вычурно и богато. — Может. Обмен? — Размер не тот. — Подгоним. — Времени нет. Так что прости, лидер, я оставлю тебя с этой проблемой. Да и перед Руби тебе нужно быть великолепным. Сам же позвал её на танцы. — Чтобы все успокоились, — в том числе и Саммер. Вчера эта женщина долго и методично полоскала мозги на тему его безрассудности, и вообще — хватит быть героем. Целый час этот монстр в женском обличии пытался донести до него мысль, что отдавать дорогие и опасные вещи подозрительным людям — опасно. Благо, мать Пирры, Юнона, встала на его сторону и даже поблагодарила за дружбу с дочерью. И говорила таким тоном… Точно взрослая Пирра. И, чтоб его Цербер сожрал, если Натури не прав — все матери его друзей чересчур… Сексуальны. Те книги были лишними. Особенно последняя. А что? Он не виноват, что у Блейк подобные сборники. — Естественно. И теперь мне стало ясно, почему ты так тянул с ответом. Как тридцатилетний мужик будет с пятнадцатилетней девушкой? — Не только. Я столько сражался. Столько терял. Думаю, отношения не для меня. — Разучился жить как обычный человек? — Лайт кивнул. — И что будешь делать? Руби любит тебя, тут без вариантов. Даже преподаватели видят это. Может, это просто подростковая влюблённость, а может и вечная любовь — кто знает? Сколько знаю Нору… А женщин я так и не понял. Даже обретя эмпатию. Поэтому я не дам тебе никаких советов, кроме одного — действуй так, как хочешь. Ты более не обязан спасать мир или брать чужой груз себе на плечи во вред. Не делай больно себе или ей. — Я знаю. После откровения. Стало легче говорить. Думать. — Ну, с говорить я бы поспорил, — усмехнулся Рен, поправляя галстук. — Кто с кем? — Ты про танцы? Нептун, скорей всего, пригласит Вайсс, Сан — Блейк. Янг позвала Пирру в качестве шутки, однако та согласилась. Мы с Норой, ты с Руби. — Стоим в стороне. — Смотря на силы, что вложили Янг и Вайсс в организацию бала, вас скорей всего заставят танцевать. Даже если не умеете. — Не откажешь им. В настойчивости. — С тобой — не сравнится.       Как странно видеть этот зал украшенным и наполненным праздничной атмосферой. Эмпатия одновременно была в экстазе и в агонии от количества эмоций, что тут были. Счастье, волнение, смущение, предвкушение, похоть, страх, любовь, ненависть, зависть. О, сколько зависти. Странно даже как-то — нет, чтобы порадоваться за того, у кого есть пара — человек нашёл себе, возможно, жену или мужа в будущем, который или которая подарит в будущем счастье и заботу. Так что внутренне Лайт был доволен, видя столько пар. Даже если они распадутся — опыт будет получен. Себе бы ещё также сказать, ага. — Сегодня истинное буйство цветов всех видов. — Согласен, лидер. — Милые розы, огненные лилии, белоснежные орхидеи, загадочные белладонны, мирные тюльпаны, неунывающие хризантемы, серьёзные лотосы, пугливые водяные лилии и сияющие подсолнухи. Которые додумались. Надеть костюм. — Ты забыл кое-что ещё, Лайт, — Рен усмехнулся. — Все эти цветы растут на плодотворной и крепкой земле, которая дарит им свою заботу и любовь, не прося ничего взамен. — Ой, хватит говорить метафорами! — пробухтела Янг и толкнула Лайта в сторону Руби. — Иди. Твоя невеста тебя заждалась. Лайт промолчал, отметив, что Шао Лонг была в практически том же платье, что было на ней во время похода на концерт. Как и на Руби. Вайсс была одета в красивое бальное платье с прозрачными краями и напоминала ему фею. Блейк — в чёрном простом платье, которое шло вечно скрывающейся кошке. Нора не изменяла себе, поэтому была в розовом лёгком платье с белым полом, а Пирра — в шикарное вечернее платье с вырезом на правой стороне. «Я понимаю парней. Любоваться подобной красотой — не грех, а обязанность» И вот странность — Нора была с Лаем и весело щебетала, Пирра смеялась с Янг, Блейк улыбалась, смотря на кривляние Сана, который был искренен в выражении чувств. А вот Вайсс стояла рядом с Руби, а Нептуна видно не было. Хотя должен быть. Вычеркнуть его из списка цветов. — Ох… Лайт, привет. — Ага… Привет. — Что-то случилось? — Отлично выглядишь! — выпалила Руби и покраснела. — Э-этот костюм подходит твоим г-глазам. — Великолепный вид, — кивнула наследница. — Сразу показывает твой статус. — Спасибо. Вы всегда прекрасны — в платьях или без. — Без?! — Роуз стала краснее розы и даже Шни покраснела. Лайт не мог понять смущения. Он ведь ничего неправильного не сказал? Вроде нет. — Где моя рыбка? — Ты о ком? — отошла Вайсс и выгнула бровь. — Нептун. Плавающая брюхом кверху рыбка. Недавно завёл. — Ну… — Вайсс нервно отвела взгляд. — Я ему отказала. Не думаю, что у нас с ним что-либо получится. И тешить его и себя иллюзиями не хочу. — Так что в нашем клубе, что стоит рядом с пуншем стало на одного члена больше! — весело защебетала Руби. Лайт мог лишь вздохнуть — лучше бы они просто посидели в комнате, а не вот это всё. От Вайсс прямо тянуло печалью и разочарованием, как и от Руби, плюс от неё было ещё и предвкушение. Вот вам и бал, вот вам и праздник. — Говорю сарказм. Отличный вечер. — Ага… — Согласна… — Ладно, — Натури лениво наблюдал за тем, как пары танцуют. Нора тащила бедного Рена, Сан старался изо всех сил, а Янг и Пирра отжигали, демонстрируя свои навыки. И только они стоят тут и просто смотрят. Как и Пенни, что стоит подальше рядом с генералом, который переговаривается с директором. — Предлагаю выйти на балкон. Там хотя бы свежо. — Хорошо… — Окей… Нужно что-то было делать с этим разочарованием и грустью.       И решение пришло довольно быстро — рассказать несколько историй из своей жизни. Шуточные и просто идиотские, благо отсутствие людей позволяло подобное. И Лайт не затрагивал тяжёлые или кровавые темы — просто глупости, которые он делал по молодости. Это помогло. Девушки хихикали и улыбались. — А потом? — спросила Вайсс, поправляя платье. — Я раздвинул руки и ноги, а затем сказал: «Иди ко мне, сладкий». Сатир убежал. Почему — не знаю. — Ты же был голый! — Верно. Я мылся. Не в одежде же. — Да уж, ты поступал очень глупо, — кивнула наследница. — Но это всё в прошлом — теперь этого от тебя не ожидаешь. — Никто не просил. — То есть, если тебя попросить, то ты разденешься? — Да. Только сначала. Зачем? — А… — Ну, думаю, я пойду, — Вайсс кивнула Руби, а Роуз в ответ улыбнулась. Очередные женские сигналы? Эмпатия тоже ничего не понимает. — Лайт. Завтра я должна сказать тебе кое-что важное. Вечером. Пахло это дурно. Пахло это тем самым подарком Руби. Впрочем, от наследницы не ждёшь подобного. Может, захочет отблагодарить как-нибудь в духе Шни? — Хорошо. — Пойду отберу у Янг Пирру. До встречи. И спасибо за вечер. Принцесса ушла, оставив их двоих. Что же, это момент истины. Но как сказать об этом Руби? Как подойти? — Спрошу прямо. Ты всё ещё влюблена в меня? — Да, — ровно ответила девушка, смущённая. — Знаешь, я не дура. Я понимаю, что в жизни всё не так, как в книгах и у меня дома. Ты можешь отказать мне. Я… Пойму. Эмпатию бешено воротило от такой волны надежды и отчаяния вперемешку. Что ответить, мать вашу? Если отказать — ввергнуть девушку в печаль на долгое время. Согласиться — обмануть себя. Он ведь… Не готов. Воителю нужно время, чтобы привыкнуть, обвыкнуться, ещё год или два времени — а не сразу с корабля на бал. Что делать? — Руби, я… — Лайт! — девушка указала за спину парня, а тот нахмурился. Кто-то бежал сзади, прямо в сторону башни межконтинентальной связи — спокойствие и холодная решимость. Кто-то уверен в своих силах. И это ему знакомо, ох как знакомо. — Руби. За генералом и директором. Я — за неизвестным. — Поняла, — девушка схватила за руку парня, встала на цыпочки и поцеловала в щёку. — На удачу. Чтоб всё это сожрал Цербер!       Лайт перепрыгнул через перила и устремился к фигуре в чёрном облегающем костюме и плотной чёрной маске, что была закреплена на лице. Ничего, кроме волос, не было видно. Однако даже фигуры Натури хватило для опознания — Синдер Фолл. И прямо сейчас она буквально влетела через вход, раскидав всех охранников, однако воитель просто-напросто проделал отверстие в стене и оказался прямо рядом с лифтами, остановив соперницу. — Браво, мисс Фолл, — воин похрустел шеей. — Удачи с камерами здесь. Быстрый удар парных мечей заблокировала стена из железобетона, что выросла слева. Девушка отпрыгнула и прямо в полёте выстрелила из лука тремя стрелами. «Обсидиан» Правая рука просто смела снаряды, а левой Лайт поднял столб из земли, который ударил врага прямо в полёте, заставив ту крутануться в воздухе. Но ловкость данной особы была на высоте — та умудрилась выпустить ещё стрелу, что просто разбилась об Ауру парня. В ответ тот прыгнул, занеся кулак для удара. Противница успела отпрыгнуть от удара, что образовал кратер в полу и сотряс здание. Впрочем, мощный удар ноги отправил ту в полёт прямо в стену, которая сместилась вперёд, принимая спину Фолл. Лайт высоко поднял ногу, и опустил, отправляя линии острых каменных шипов в противницу. Та ловко уклонилась от каждой, в ответ выпуская стрелы, не сближаясь со своим противником, зная, что в ближнем бою ей ничего не светит. Снаряды просто разрушались, ударяясь об Ауру. Очередной удар попал в молоко, а стеклянное копьё попало прямо в голову, заблокированное полем. В ответ Лайт метнул каменное, которое вонзилось в миллиметре от черепа Синдер, которая успела отклонить голову. — Теряю хватку. Воитель прыгнул вперёд и резко сел на шпагат, ударив девушку прямо в пах, подбросив в воздух. Затем он подпрыгнул и ударом ребра ладони вбил врага в бетон, образовав кратер. Противница быстро оправилась и рванула в сторону выхода, который был заблокирован каменной стеной. — Нет. Пока девушка взирала на препятствие, Лайт вновь сблизился и ударил прямо по затылку кулаком, который был покрыт электричеством. Фолл вскрикнула от пробежавшего по ней заряда электричества, а затем в ответ метнула огненный шар, который разбился об Ауру. Натури молча смотрел на женщину, усмехаясь. Та дотронулась до стены и импульсом силы разнесла на мелкие кусочки, что мгновенно полетели в неё. Несколько попали в спину, как и удар прыгнувшего вперёд ногами Натури. Эта атака отбросила Синдер далеко вперёд, чуть ли не прямо к ногам директора, генерала и Руби, которая была с Пенни. Не обращая внимания на прибывших, Натури рывком сблизился с вставшей Фолл, ударил как таран, схватил за левую руку и провёл три удара: в голову, в печень и по левому колену. Неожиданно раскалив своё тело, она вырвалась и буквально взорвала землю под собой, подняв вихрь огня, пыли и камней, скрывшись. Лайт мог бы побежать за ней, но не стал — лучше известный враг, чем неизвестный. — Лайт! — Друг Лайт! Ты в порядке? Две девушки подбежали к нему и начали чуть ли не ощупывать его на предмет ран и травм. Воитель же молча движениями рук вернул всё в первоначальный вид, кроме бедного осветительного столба, что был снесён огненной вспышкой. — Проклятье! — Айронвуд сжал кулак. — Упустили! — Зато все студенты целы, как и архитектура. Спасибо, мистер Натури. Однако, что здесь случилось? — Неизвестная, — действия директора и генерала могли спугнуть Фолл. — Пыталась проникнуть в башню. Руби увидела. Отправился к ней. Спугнул. — Довольно шумно. Теперь нужно будет объяснить это студентам. — Или же использовать фейерверки, — улыбнулся директор, посмотрев на озадаченного Джеймса. — Профессор Порт думал, что смог спрятать свой склад с пиротехникой. Как жаль, что я знаю, где это. «Итак, Синдер что-то нужно было. Теперь уж точно я с неё глаз не спущу. Надеюсь, что она не подумает, что я веду свою игру и со мной надо контактировать» Что делать с Руби, которая улыбалась вместе с Пенни, которые убедились, что с ним всё в порядке, воитель не знал. Да и этот поцелуй на удачу… «Во имя Судей… Всё стало ещё сложней»