Грусть на острие, а острие атле*

Она стояла с мечом в руке, опустив взгляд на каменный пол. Перед ней — манекен. Самый обычный — коричневый мешок, набитый соломой. Она подняла глаза. Выдержать такой сверлящий взгляд не каждое живое существо смогло бы, но кукла и не такое испытала на своём веку. Длилась пытка не больше двух минут, но тишина и холод исходящий от стен и девушки увеличивал время в разы. Она подняла руку. Острие меча смотрело вниз. Свет луны проходил сквозь окно и, отражаясь от стали, отбрасывал холодные белые пятна на соломенном теле. Рукоять меча поднялась до головы куклы, и сталь медленно вошла в мешковину, выйдя с другой стороны. Отпустив рукоять, девушка отошла на пару шагов назад, не отрывая стеклянного взгляда от пронзённого тела. — Хе-хей! — дверь с ноги открыл человек, и комната наполнилась теплым светом, исходившим от свечей в коридоре — ого, вот это самовыражение! Человек бодрым шагом подошёл к торшеру на стене и веселым движением поставил в него свой почти потухший факел. — Так-так-так, резко посетило вдохновение? — он вальсовыми шагами протанцевал до манекена и взглядом великого критика оценил масштаб происходящего. Девушка безразличным взором глянула на незваного гостя. Он взглянул на неё в ответ и взялся за рукоять меча. На пол высыпалось несколько сухих травинок — кукла и меч снова существовали порознь. Человек нашёл точку равновесия у меча, покрутил его в руке и замахнулся на девушку.